Академия Меча и Чар 1.

Глава 34. Орфей и Эвридика

Лекс

Они свалили! Сначала эта непонятная Кира, а затем и по уши влюбленный в нее Ник! Они просто встали из-за личного столика Златоновских и унеслись в неизвестном направлении! И это после того, как Ник заказал почти все блюда из меню в этом самом дорогом и роскошном ресторане нашего города! Я – труп! Отец спалит меня заживо одним своим взглядом! И в тот самый момент, когда, казалось, ситуация уже просто не может дальше испортиться, все стало гораздо хуже…

Мой огромный телефон громко пиликнул, приняв новое сообщение, которое оказалось от моего отца:

«Алексей! Где твоя сестра? Что за фотки у нее в инстаграмме?»

Я судорожно сглотнул, мигом обернувшись на Анжелику. Она, зачесав вверх свою белобрысую челку и сжав губки бантиком, делала очередь селфи с тем самым вареным красным лобстером, которому Ник успел откусить правую клешню. Почувствовав на себе мой пристальный неодобрительный взгляд, она прекратила фотосессию и, невинно хлопая ресницами, взглянула на меня своими сине-серыми глазами:

– Где Ник? Леш, позови его обратно!

Я хотел было разбить ее хрустальные мечты и ответить, что Колтин, должно быть, уже сделал Кире предложение, но передумал. Я молча взял телефон своей беззаботной сестры, весь в блестках, он был раза в два тяжелее от стеклянных страз, и отключил на нем вай-фай. Нет интернета – нет проблем. Во всяком случае пока…

– Так, Кларк, Парк… Марк, – я постоянно забывал имя своего белобрысого компаньона, а точнее – причину, по которой он таскается за мной, как хвост. Это я выясню оптом, а сейчас у меня были вопросы поважнее, – у тебя есть с собой наличка? Колтин сбежал. Вся сумма на нас.

– Погоди, еще вино не распили, – спокойно ответил Марк, блестя черными глазами. Он оказался еще бесполезнее, чем моя сестра. Вот так бы его и треснул прямо по белобрысой макушке!

– Да мне хоть рак на горе свистнул! – огрызнулся я, – нет налички – так и скажи!

Он заговорчески приложил указательный палец к губам и кивнул в сторону небольшого возвышения возле самого длинного стола в зале. Там рядом с партитурами только что появился подтянутый мальчишка со скрипкой наперевес. Белая рубашка отлично оттеняла загар, он тряхнул своей черной кудрявой головой, положил скрипку на плечо и зал замер, наполнившись чарующими, печально-сладкими звуками музыки, которая не снилась даже Моцарту.

Время остановилось, в моей груди застрял восторженный вздох, мигом из самых сокровенных уголков памяти нахлынули все самые теплые воспоминания. Мама, Спарти, конная езда, море – их было немного, но достаточно, чтобы по моим горячим щекам побежали слезы.

– Только не сейчас! – прошептал я, запрокидывая голову назад, чтобы слезы вкатились обратно, – что это?

– Андреа Лепренто, – просветил меня Марк, – ты хоть знаешь сколько стоит взмах смычка этого итальянца?

Конечно, я знал, у меня на мобильнике стояла его музыка, правда в более современной обработке.

– Лепренто? – недоумевая, прошептал я, разглядывая черноглазые загорелые лица и дорогие роскошные наряды в зале – все они были преимущественно в бело-светло-кремовой гамме. Кажется, все гости сговорились, они где-то подзагорели и устроили «вечеринку в белом стиле». – Что он тут забыл?

– Он сегодня здесь самый счастливый – празднует помолвку со своей будущей невестой, – ответил Марк, он как-то подозрительно косился на всех вокруг, словно ему было неудобно или неловко тут находиться. Естественно, ведь единственная сила, которая была больше всех ненавистна и совершенно неподвластна Демону – это любовь. А зал этого ресторана, словно большая ловушка, со всех сторон обжигал Марка яркими человеческими чувствами. Как снежинка на горячей ладони, он словно чувствовал пульс молодых сердец Ника, Андреа и Анжелики. И с каждым ударом в нем все сильнее закипала ненависть. – Никто не знал об Андреа Лепренто, он был обычным босоногим мальчишкой, который играл на скрипке возле одного из сотен мостов Венеции, пока однажды по этому самому каналу, именно под этим самым мостом, не проплывала в гондоле Лиана Спарвьери, прекрасная дочь богатого и знатного отца. Они…, – тут Марк замялся, естественно, но Демону совсем не хотелось произносить слово «любовь» даже на примитивном языке смертных, –… они приглянулись друг другу. С этой секунды музыка Андреа изменилась, словно утренняя несмелая звезда она зажглась ярким полуденным солнцем. И его заметила не только Лиана, но и весь мир! И даже ты, Алексей.

– М-да, говорят, если музыкант влюблен, он переиграет самого Моцарта, – перебил я фразой, которая всплыла из какого-то старого давно забытого фильма. – Ну, а сегодня-то что за вечеринка?

– Совсем недавно выяснилось, что в венах Андреа течет голубая кровь и он принадлежит к знатному и богатому роду Лепренто. Даже если и нет, то они, естественно, усыновили талантливого пацана. Это была отличная новость для мальчишки – он стал Маркизом, а Маркиз может жениться на Маркизе. Плохая новость – его прекрасная избранница Лиана оказалась из рода Спарвьери, которые вот уже несколько сотен лет исправно были врагами Лепренто, как ястребы для кроликов. Но в мире смертных деньги и слава решают все – знатные семьи быстренько помирились и решили скрепить свою дружбу помолвкой Лианы и Андреа, а заодно и отличным плотным ужином.

– Так сейчас же время обеда? – не выдержал я, снимая с плеч свой металлический пиджак – несмотря на кондиционеры, в зале становилось все жарче и жарче.

– Хороший ужин плавно вытекает из обеда! – криво улыбнулся Марк, его черные глаза пробежались по моей белой рубашке, – правильно мыслишь! Вечеринка в белом – может быть, они примут тебя за своего и включат в общий счет. Однако, я бы не советовал так быстро переодеваться. Белый – ужасный цвет.

– Это почему?

– Но нем больше всего заметна кровь. – многозначительно вздохнул Марк.

– Всего то? – отмахнулся я, приветливо улыбаясь, но не ему, а загорелым итальянцам, которые тут же великодушно улыбались в ответ. – Это что там маячит? Ник? Что за хлам он тащит в руках? Блин, он же все испортит!