Академия "Memento mori". Том 1

Глава 15 о разговорах у озера и за ужином

Марианна Лафлёр

Я сидела с карандашом в руках и альбомом на коленях на берегу у маленького озера, которое мне уже полюбилось. Смотрела я на воду, но совсем её не видела. В голове крутилась одновременно куча мыслей, и в то же время ни одной цельной не было. Наверное, никогда я ещё не чувствовала себя настолько растерянной.

– Мара? – раздался неожиданно для меня голос позади.

Я одновременно резко и заторможено обернулась.

Гил. Опять этот демон. И чего он постоянно здесь ходит?

– Привет, – кратко ответила я и отвернулась.

– Ave[1], – так же кратко ответил он, и я почувствовала, как он садится рядом.

Какое-то время мы сидели в тишине. Я всё так же бездумно смотрела на воду.

– Поздравляю с победой в поединке, – наконец тихо сказал Гил. – Я видел твой бой. Это было… красиво.

Он что, занятия прогуливал? Во время моего поединка как раз пара шла. Хотя… Ну и пусть, какая разница.

– Спасибо, – глухо отозвалась я.

Мы помолчали.

– Неужели ты так расстроилась из-за Тан? – задал неожиданный вопрос Гилберт.

Я удивлённо моргнула. А, ну да, раз он видел бой, то и про случившееся наверняка уже знает. Хотя об этом, наверное, и так вся Академия уже знает: всё же подобные инциденты здесь случаются не так часто.

– Не скажу, что расстроилась, – честно ответила я и тяжело вздохнула. – Просто я впервые увидела мёртвым кого-то знакомого мне. Я теряла близких: два года назад моя бабушка со стороны мамы умерла, но я не видела её мёртвой, поскольку она умерла в бою, и её тело сгорело. А здесь… Как будто бы это заставило взглянуть на смерть иначе: не так, как при работе с каким-то незнакомым трупом в морге. Ты видишь смерть… ближе. И чётче.

– Смерть всегда рядом. А с нами, тёмными, она вообще шагает рука об руку. Тебе повезло понять это, будучи уже довольно взрослой.

Видимо, ему не повезло?

– Когда это понял ты?

Гилберт сорвал травинку и стал крутить её в пальцах – тонких и длинных. Я как заворожённая стала смотреть на быстро пляшущий стебелёк, который постоянно менял ритм и стиль движения.

– Мне было пять, когда во время нашей прогулки убили мою мать. Меня успели спасти подоспевшие охранники, но вот её… ей помочь не смогли. Это был мой первый призыв магии смерти – я по-детски наивно пытался её воскресить.

– Мне очень жаль, – шепнула я, сглатывая комок в горле. Бедный ребёнок, как же это ужасно… Я поспешила ухватиться за косвенные подробности: – Ты владеешь магией смерти?

– Да. На самом деле, я более всего талантлив именно в ней. Но поступать пришлось на боевой факультет. Всё эти традиции, тьма их побери… – Гилберт досадливо смял в пальцах травинку и выбросил. Я с сожалением проследила за её падением: мне нравился этот танец.

– То есть ты жертва традиций? – безрадостно спросила я, переводя опять взгляд на воду.

– М-м-м, не то чтобы я был против учиться на боевика. Это мне тоже не чуждо. Но отчасти – да, так и есть. Поэтому я так удивился, узнав, что наследница Лафлёр будет учиться на теоретика. У вас в роду одни воины, какая теория магии? А как же традиции?

Я не сдержалась и закатила глаза, а затем откинулась назад, опираясь на локти.

– Tenebrae! Это всего лишь учёба, и она никак не определяет моё будущее и следование традициям! – отрезала я. – Может быть, я после окончания учёбы вообще захочу выйти замуж, забыть про любую магию и рожать мужу каждые год-два по ребёнку. А может, захочу стать отшельницей далеко в горах и не иметь никаких контактов с живыми. Или я действительно проникнусь боевой магией, буду жить тренировками и стану выдающейся боевой тёмной ведьмой. Но делать я это всё буду не из-за того, что я наследница Лафлёр, а из-за того, что я Марианна! И слава тьме, что мои родители тоже это понимают.

Я коротко выдохнула после такой длинной тирады.

– Может быть, они это понимают, потому что твой отец сам, насколько я помню, нарушил традиции? – ехидно поинтересовался, смахивая с лица непослушную белую прядь, Гилберт.

– Ты про женитьбу на маме? – уточнила я и, когда получила утвердительный кивок, продолжила: – Возможно. Отец действительно женился на ней без одобрения своих родителей. И они до сих пор с нами почти не общаются. Хотя, как видишь, место в Совете дед всё же передал отцу.

– Что удивительно, – ухмыльнулся демон.

– Отец сказал, что это был подарок на моё рождение, – поморщилась я. – Дед уже и не чаял обзавестись наследниками по его линии: к моменту моего рождения родители прожили вместе сто восемьдесят лет. Вот на радостях и…

– Забавно, – улыбнулся Гилберт. Я непроизвольно улыбнулась в ответ и поняла… что моя меланхолия-то прошла. Нет, состояние всё ещё не самое радостное, но тот ступор и растерянность наконец прошли.

– Ты меня искал? – спохватилась я, вспомнив его появление.

– Нет, – снова улыбнулся он, – просто прогуливался. Здесь хорошо, – он подставил лицо солнцу, закрыл глаза и глубоко вдохнул воздух. Я согласно угукнула и более осознанно посмотрела на рябь серебристо-голубой воды.