Академия мистиков. Ловушка для пантеры

3

В сознание я приходила крайне неохотно, словно сопротивляясь пробуждению, буквально через силу заставляя себя открыть тяжёлые, налитые свинцом веки.

И была едва не морально размазана, раздавлена увиденной картиной, которая предстала передо мной в утреннем свете.

Ковэрн мирно спал на земле, раскинувшись в неудобной позе, а в почти погасшем костре безнадёжно догорало жаркое, превратившееся в обугленную массу.

То есть, получается, он совершенно спокойно себе спал всё это время, пока я отдыхала, забыв о единственной возложенной на него обязанности, которая состояла в том, чтобы элементарно бодрствовать.

– Эй! – гневно рявкнула я, срываясь на крик и швыряя в бесполезного охранника щедрую пригоршню подхваченной сухой земли вперемешку с золой. – Ковэрн, демоны тебя сожри! Я же ясно сказала, что мне нужно поспать всего-навсего пару часов, максимум два! Неужели так трудно было просто посидеть и…

Мужчина сонно, с трудом разлепил припухшие глаза и затуманенным взглядом медленно огляделся по сторонам, явно пытаясь сообразить, где находится и что вообще происходит.

В области его левого виска я мгновенно заметила тёмный, наливающийся багровым синяк, и меня буквально окатило ледяной волной. Я похолодела от волны накатившего всепоглощающего ужаса, пробирающего до костей.

Я завалила тест! Провалила его с треском!

Нет-нет-нет-нет! Только не это!

Я стремительно вскочила на ноги, едва не запутавшись в собственной одежде, и принялась лихорадочно, в панике разглядывать окрестности нашего лагеря, проверяя каждый куст, каждое дерево.

Вся зона вокруг костра была абсолютно чистой и безопасной, никаких признаков вторжения. Следов нарушителя, следов борьбы или чужого присутствия просто не было, словно никто и не приближался к нам за ночь.

Да и вообще, логика подсказывала, что он не дал бы мне спокойно доспать до утра, если бы действительно напал по всем правилам! Меня бы разбудили, объявили о провале, активировали артефакт переноса.

Минут пятнадцать, а может, и больше, я пыталась лихорадочно, напрягая все извилины, сообразить, в чём же дело, что произошло на самом деле. Перебирала варианты один за другим, но ни один не складывался в логичную картину. А потом медленно, с нарастающим подозрением посмотрела на грустного, жалко сидящего у костра некогда важного чиновника.

– Тебя кто-то ударил в висок, – не спрашиваю, а утверждаю, – или ты сам как-то умудрился?

– Я просто сидел тихо, как ты велела, – ответил тот виноватым тоном, рассеянно ковыряя палочкой безнадёжно сгоревшее, превратившееся в угли жаркое. – Ты только уснула, прошло буквально пару минут, не больше, а я вдруг почувствовал резкий удар и… дальше просто провал, темнота, ничего не помню.

Это точно был тёмный мистик. Никаких сомнений, стопроцентная уверенность. Удар профессиональный, выверенный.

Но тогда оставался главный вопрос. Почему он не убил Ковэрна, не прикончил объект?

Зачем вообще нужно было просто вырубать его, тратить время?

И самое странное было то, почему он меня не разбудил и не атаковал, когда я была абсолютно беззащитна.

По всем существующим правилам академии, по всем канонам теста, тёмный должен был сообщить о том, что я бесславно завалила испытание, и немедленно отправить обоих в академию через артефакт.

Но этого не произошло.

Ничего не понимаю. Совершенно ничего!

А что, если это был вовсе не тёмный, а кто-то из других щитовиков, из моих конкурентов?

Но тогда возникал другой вопрос. Что ими двигало, какая мотивация?

Простое желание оставить нас позади, вывести из игры без убийства объекта?

Но это абсурд, потому что так можно было элементарно просто обойти наш лагерь стороной, не привлекая внимания. Мы бы даже не посмотрели в их сторону, не заметили бы. Объединение сил между щитовиками было, конечно, теоретически хорошей и правильной вещью, но слишком энергозатратной и невыгодной в жёстких условиях конкуренции, когда каждый борется за место в рейтинге.

Нет, определённо не мог это быть другой щитовик. Логика не сходится.

Ладно, хватит ломать голову. Отсюда нужно срочно убираться, сматываться, пока неизвестный благодетель не передумал. Подумать обо всём этом спокойно сможем потом, когда доберёмся до финиша.

– Собираемся, уходим немедленно, – непреклонно, не терпящим возражений тоном уведомила я, впиваясь жёстким взглядом в несчастное, измученное лицо голодного мужчины.

– Может, всё-таки перекусим сначала хоть немного? – жалобно попросил он, глядя на обугленные остатки ужина. – Я очень…

– Хочешь окончательно лишиться жизни? – резко перебила я, и, посмотрев, как тот испуганно качает головой, я криво, безрадостно улыбнулась. – Тогда не давай второго шанса тому неизвестному, кто по какой-то причине милостиво позволил нам обоим спокойно выспаться ночью. Думаю, серьёзно думаю, что подобные ошибки он точно не повторит дважды, если мы задержимся.

Ковэрн, услышав угрозу в моём голосе, моментально, с неожиданной для его комплекции прытью поднялся на ноги и принялся суетливо похлопывать себя по некогда, наверное, шикарному и дорогому пиджаку, в котором сейчас наверняка было жутко неудобно куда-либо идти, особенно по пересечённой местности, ведь это была абсолютно непрактичная одежда для леса.

– Тогда идём, я готов, – часто закивал он, изобразив на своём круглом лице максимально серьёзное выражение, которое выглядело почти комично.

Это не было забавным, совершенно. Мне сейчас вообще ничего не казалось забавным или смешным, никакого желания шутить. Внутри клокотала смесь страха, непонимания и дикой усталости.

Хотелось просто упасть навзничь прямо здесь, на землю, и отрубиться ещё на долгих десять, а лучше двадцать часов подряд, забыв обо всём.

Двигаться по лесу приходилось мучительно медленно, на мой взгляд, даже чересчур, но постоянно устающий, задыхающийся и спотыкающийся на ровном месте подопечный был тем ещё невыносимым грузом на шее.