Академия морских драконов

Глава 1. Пропавший жених

Полиция заявление о пропаже не принимала - рано, должно пройти три дня. В моргах числились лишь неопознанные тела пожилых мужчин, но я всё равно собиралась ехать на опознание.

Было невыносимо тревожно. Лишь бы Степан был живой, лишь бы не стать вдовой раньше времени.

Утром позвонила Маша, нашедшая знакомых в аэропорту. Ей удалось выяснить, что пассажир Маврин Степан Викторович в самый момент нашей несостоявшейся регистрации вылетел в один из южных городов.

Мир остановился для меня. Я просто не верила, что это на самом деле происходит.

Маша продолжала говорить что-то в телефон, но я не слышала ее, всё моё тело заледенело.

Пассажира на этом рейсе хорошо запомнили, так как летел он со спутницей на бракосочетание. В аэропорту их провожали и поздравляли родители с друзьями, и даже на борту самолёта экипаж не остался в стороне.

Значит, свадьба у Степана всё-таки состоялась.

***

Я - Ольга Дарина. Тридцать пять лет, женщина-учёный. Все, кто не достиг тридцати девяти, считаются сейчас молодыми учёными. Я считала себя вполне симпатичной, со светлыми волосами до плеч, часто собранными в узел и зелёными глазами за очками.

Два года назад Степан появился в нашем университете, его пригласили читать лекции по управлению и менеджменту, в том числе в морском деле. Кроме специальных дисциплин для студентов всегда находились и общие.

Степан сразу обаял всех женщин института. Подозреваю, что и студенток тоже, потому что он с улыбкой рассказывал о записках после каждой лекции. Читал он очень хорошо, в удобном темпе, прекрасно сочетая материал с презентациями.

Ещё замечательнее Степан пел - прекрасным густым баритоном, подыгрывая себе на гитаре. Песни бардов и даже романсы. Это как раз и выяснилось тогда, на праздновании Нового года.

Мы именно тогда и познакомились. Мне было тридцать три года.

Я традиционно исполняла обязанности Снегурочки, так как со времён аспирантуры отвечала за подарки коллегам. Роль Деда Мороза же досталась Степану, и он был великолепен. Позволил мне нарядить его во взятый напрокат костюм, а потом заставил всех петь. У него прекрасно получилось вести этот праздник.

С того дня Степан начал очень красиво ухаживать за мной. Ненавязчиво, вроде бы по пути, предлагал то подвезти, то прогуляться, выпить чашечку кофе или помочь с техникой, которая часто глючила.

Я знала, что он был разведён, и в бывшем браке не было детей.

Объективной к нему в тот период я не могла быть. Хотя и ловила иногда себя на мысли - что же во мне привлекло его? В институте были молодые одинокие женщины гораздо интереснее внешне.

Гнала от себя подозрения, что его могла привлечь успешность моей карьеры и умение добывать гранты. Я рано защитила кандидатскую диссертацию и вполне официально работала над докторской. А ещё успешно и регулярно получала финансирование на исследования со своим особым объектом.

Гранты - это деньги. И определённая независимость для учёного, возможности конференций и зарубежных поездок.

Моя карьера шла в гору, статьи и гранты делали меня заметной фигурой в институте. К моему мнению прислушивались, и именно эта моя востребованность, кажется, и зацепила его.

Но это я сейчас поумнела, а тогда… Всё пребывало в розовом тумане…

Через два месяца наши дружеские, полуделовые отношения переросли в ухаживания на глазах всего коллектива. На столе у меня не переводятся цветы, а из поездок Стёпа всегда привозил приятные сувениры.

Мы посещали, как и положено в конфетно-букетный период, театры, выставки, показы фильмов.

Ещё через пару месяцев я сдалась окончательно. И Степан стал моим первым мужчиной.

Ухаживали за мной и раньше, а вот опыта любовной связи у меня, увы, совсем не было.

Так уж получилось…

Про таких, как я, есть даже специальное выражение - «вся в науке».

Мы встречались чаще всего у него на квартире, в основном по выходным. Жильё у него было просторное, в новом доме, с выходом на площадку и видом на реку. Первая линия, у самой воды.

Два выходных дня мы проводили наполовину в постели. Секс с ним приносил мне огромное удовольствие, но экспериментировать я не любила и не хотела. Степану вроде бы всё нравилось, по крайней мере, он говорил мне об этом открыто. Да я и сама это будто бы чувствовала.

Коллеги, как мне казалось, завидовали и без обиняков выспрашивали, когда же мы оформим отношения. В конце концов однажды я и сама задала Степану этот вопрос.

Он вроде бы даже удивился.

- Оля, милая, да нам же и так хорошо, - это была первая реакция Стёпы.

Но, заметив выражение моего лица, он поправился:

- Скажи, это так важно для тебя? Мы свободные люди, ни от кого не прячемся.

- Важно, - ответила я, - мне нужно рассчитывать свои силы. Извини, если звучит прагматично. Если выходить за тебя замуж, подготовка займёт немало времени. А у меня преподавание, наука, гранты. Мне необходимо всё точно знать.

Так мы определили дату свадьбы.

При этом я никак не могла отделаться от довольно противного ощущения, что это именно я сделала Степану предложение, а не наоборот.

***

Подготовка к регистрации и торжеству отнимала действительно много сил. Тем более, что Степан несколько раз уезжал с нашими коллегами на семинары по переподготовке в области морского дела. Чтобы он, пришлый управленец, мог полностью соответствовать специфике института.

Но это я как раз понимала. Повышение квалификации, да ещё и в новой для него сфере - дело святое.

Поэтому и встречаться мы стали реже, и в основном уже у меня. Так было ближе к университету.

Всё как-то само собой свалилось на мои плечи, покупка платья, подарков родным, рассылка приглашений, заказ ресторана и ещё десятки свадебных мелочей.

Мы только костюм жениху и кольца выбирали вместе. Моё мне очень понравилось - тонкий золотой ободок с небольшим бриллиантом.