Академия над бездной. Оседлать шторм

Глава 26

Кайден был безжалостным учителем. Не хвалил, не ободрял, лишь указывал на ошибки. Четко, холодно, безэмоционально. Но в его голосе всегда чувствовалось что-то большее: непоколебимая уверенность, внутренняя сила, от которой хотелось выпрямить спину и сделать хоть что-то правильно.

Под его взглядом невозможно было оставаться беспомощной. Я научилась чувствовать магию — не просто видеть потоки, а различать их вкус, температуру, плотность. Светлую — мягкую, как мед. Иллюзию — звонкую, как тонкое стекло. Тьму… холодную и враждебную, как лед в венах.

Иногда он заставлял меня делать невозможное. В один из вечеров он соткал передо мной паутину из десятков тончайших нитей энергии, постоянно движущихся, сплетающихся в живой узор.
— Поглоти одну, — сказал он. — Только зеленую. Остальные не тронь.

Я вспотела, руки дрожали, мир сузился до пульсирующих линий света. Но я справилась. Когда последняя зеленая нить растворилась в воздухе, он лишь коротко кивнул — и этого было достаточно.

Наше общение оставалось сугубо деловым, но между строк — между командами, паузами, взглядами — стали появляться тонкие, почти невидимые трещины.
Иногда, после особенно изнуряющего занятия, он молча ставил передо мной чашку горячего чая. Без слов, без выражения лица. Но чай всегда был именно тем, который мне нужен: мятный, с долькой лимона, в меру горячий.

Иногда, когда я справлялась с трудным заданием, я ловила в его глазах мимолетную вспышку — не гордости, нет, но… удовлетворения. Как у ученого, чей эксперимент наконец доказал гипотезу.

Я все еще боялась его. Но к страху примешивалось что-то другое. Тихое, упрямое, опасное. Привычка.
Я привыкла к его голосу. К тому, как он стоит, неподвижно, скрестив руки, наблюдая за мной с вниманием, от которого хочется дышать глубже. Он стал константой в моем хаотичном мире. Моим личным драконом-мучителем, без которого дни казались бы уже неполными.

Эта странная стабильность была разрушена во вторник утром. По всей академии пронеслось магическое эхо — официальное объявление, которое звучало одновременно в каждом зале и коридоре. Голос глашатая объявил о проведении ежегодного бала Двух Солнц в конце недели. Явка всех студентов была строго обязательной.

— Бал? — переспросила я Элару за обедом. — Серьезно? У нас тут мгла наступает на пятки, монстры вылезают из лесов, а они устраивают бал? Мы что, притворяемся, что мир не разваливается по швам?

— Это традиция! — восторженно ответила Элара, ее глаза блестели. — Бал Двух Солнц — это главное социальное событие года! В академию съезжается вся знать королевства, министры, генералы! Это шанс показать себя, завести полезные знакомства! И потанцевать! Нужно срочно придумать, что мы наденем!

Я посмотрела на нее с ужасом. Бал. Это означало: А) Платье. У меня не было платья. Мой гардероб состоял из нескольких комплектов формы и походной одежды, сотворенной Моренной. Из разнообразия у меня лишь нижнее белье и носки, купленные перед моим попаданием в академию. Б) Танцы. Мои танцевальные навыки ограничивались неуклюжими подергиваниями на школьных дискотеках. Вальсировать с каким-нибудь аристократом? Я скорее наступлю ему на ногу и случайно поглощу магию из его запонок. В) Социальное взаимодействие. Разговоры с незнакомыми людьми. Улыбки. Светская беседа. Это мой криптонит.

— Я не пойду, — твердо заявила я. — Я больна. У меня аллергия на балы. Смертельная.

— Явка обязательна, Лиза, — вздохнул Лео, не отрываясь от своей книги. — Неявка без уважительной причины, заверенной мадам Имельдой, карается месяцем чистки артефактов в хранилище. Говорят, там очень пыльно.

Я застонала и уронила голову на стол. Похоже, от судьбы не уйдешь.

Проблема «что надеть» встала во весь рост. Элара предлагала мне платья в своем стиле. «Смотри, это сшито из лепестков ночной фиалки! Оно пахнет дождем!» — говорила она, показывая на что-то фиолетовое и бесформенное. «Нет, Элара, это похоже на мешок из-под картошки, который упал в чернила».

Денег на покупку приличного платья в столице у меня, конечно, не было. Я уже смирилась с мыслью, что пойду на бал в своей обычной тунике, и пусть все думают, что это такой минималистичный тренд. Но за два дня до бала, вернувшись в комнату после очередного изнурительного урока у Кайдена, я нашла на своей кровати коробку.

Большую, плоскую, из темного картона, перевязанную серебряной лентой. Никакой записки.

— Что это? — спросила Элара, сгорая от любопытства.

Я с опаской открыла посылку. Внутри на подкладке из черного шелка лежало платье. И оно было… идеальным.

Сшитое из тяжелой, струящейся ткани глубокого иссиня-черного цвета, напоминающего ночное небо. Простой элегантный крой без лишних рюшей и оборок. Длинные рукава, скромный вырез. Оно не было кричаще роскошным, но от него веяло сдержанным достоинством и силой.

— Вау, — только и смогла выдохнуть Элара. — Лиза, кто это прислал? Тайный поклонник?

У меня не было поклонников. Зато в должниках имелся один очень гордый аристократ. И этот жест так походил на него. Не извиняться. Не благодарить. А просто… закрыть долг. Дорого, пафосно и так, чтобы не вступать в прямой контакт.

Я была зла. Я была смущена. И к своему стыду, я была благодарна. Потому что платье в самом деле оказалось невероятно красивым.

— Понятия не имею, — соврала я. — Наверное, ошибка.

Но в день бала я его надела. Элара сотворила с моими волосами какое-то чудо, уложив их в элегантную, но простую прическу. Я посмотрела на себя в зеркало и не узнала. Я выглядела… взрослой, величественной, элегантной… и совершенно не собой. Я чувствовала себя так, будто нарядилась для косплея на очень серьезного персонажа.

— Ты выглядишь потрясающе! — восхитилась Элара, прелестная в своем зеленом, как весенний лес, платье. — Все кавалеры будут твои!

— Мне бы хоть одного не разозлить, и то хорошо, — пробормотала я.

Большой зал преобразился. С потолка свисали гирлянды из светящихся живых цветов. В воздухе парили сотни магических огоньков, создавая иллюзию звездного неба. В дальнем конце зала играл оркестр из призраков, и их музыка была неземной и прекрасной. Студенты смешались с гостями — разодетыми в пух и прах аристократами, важными чиновниками из министерства и высокопоставленными военными в парадных мундирах. Воздух гудел от разговоров, смеха и звона бокалов.