Академия невест-попаданок. Дракон с того света

Как и предполагалось

— Я не пойду, — мгновенно ощетинилась я, когда в комнату в сопровождении мад Хольген вкатился подталкиваемый магией манекен, накрытый тканевым чехлом. Из-под чехла нагло топорщилось что-то пышное цвета двухдневного синяка.

— Хогошо, не пойдете, — покладисто согласилась мад Хольген, чем окончательно выбила из колеи, а я услышала звук.

С этим звуком рушатся небеса и надежды, падают репутации и челюсти. Вдребезги. Как сервиз на шестнадцать персон прицельно пущенный в стену.

Чтобы Синяя Дама, второе после ректора Силберна лицо в Академии, согласилась с чьими-то возражениями?

Вдох-выдох, вдох…

— Тогда что это? — проговорила я.

— Платье, в котогом вы не пойдете, — невозмутимо продолжила мад Хольген, сдернула чехол и сложила его, шелковый и скользкий, как подтаявшая наледь, так ровно и аккуратно, что об уголки глаз выколоть — раз плюнуть.

Синяя Дама оставила сложенный чехол на кресле, вернулась к манекену, приподняла край своего форменного — синего — платья и, изящно пнув ножкой в синей же туфле, вытолкнула невидимую мне до этого пирамиду коробок.

Пирамида пошатнулась, как и сложившийся у меня в голове образ принципиальной, сухой, экстремально порядочной стервы: чулок под платьем был не синий, а развратно-красный.

Умереть и встать… Хорошо, что сижу.

— Платье, в котогом вы не пойдете, а также чулки, туфли и укгашения, котогые вы не наденете, — снова заговорила она и — контрольный в голову — улыбнулась.

Шок. Еще один подобный гвоздь в крышку моего шаткого мироздания, и меня отсюда ногами вперед вынесут, а «обожаемый» учитель с радостью прочтет над телом напутствие в непередаваемой язвительно-пофигистской манере.

В Академии Истинных Дев, а по-простому Академии невест-попаданок, не так много неизменных вещей: драконы, драконы, драконы и Синяя Дама. Было бы смертельно жаль лишиться последнего на фоне прочего, так что я старательно фокусировалась на привычно строгом синем платье мад Хольген и ее же манере произносить слова. Этот занятный околофранцузский «говогок» — ее изюминка.

Однако мад Хольген вновь удивила меня, да и всю Академию разом, явившись на семестровый бал в персиковом. Данью традициям были оставлены выражение лица, которое не спрятать под бархатной полумаской, и веер, который в руках Синей Дамы подобен револьверу: складывается, как выстрел, бьет без промаха.

Зачем маска? Потому что так положено на маскарадах.

С чего вдруг маскарад на семестровом балу, где драконы присматривают себе будущих жен? Потому что Академия празднует тысячелетний юбилей и этот бал тоже с круглой цифрой.

Откуда я в курсе про персиковое? Потому что сейчас я на том самом балу, на который не пошла.

Мад Хольген слов на ветер не бросает. Обещала, что я не пойду, я и не пошла — меня доставили. Обездвижили, нарядили и докатили до бального зала как олицетворение того, что правила в Академии не нарушаются.

Раз прописано, что студентка что-то обязана, значит, обязательно будет. Даже та, для которой стены древнейшего учебного заведения не более чем просторная, достаточно комфортная, но все же тюрьма.

Магия вне-жизни, дар о котором я не мечтала, сделал из меня преступницу. Меня обвинили и заперли здесь, потому что есть еще одно непреложное правило: если попала в Проходной мир через природный портал, значит ты потенциальная драконья невеста, твое место в Академии Истинных Дев, а выпускной — неизбежная свадьба с драконом. С каким? Здесь и начинается самое интересное. На мне метка, а ее хозяин мертв настолько давно, сколько стоит Академия.

Едва закрылись двери бального зала, я принялась озираться по сторонам в поисках альтернативных выходов с этого праздника жизни. Но у каждого окна и у каждой скрытой двери для слуг прохаживались преподаватели.

Самую перспективную для побега дверь за кадками с громадными разлапистыми фикусами охраняли даже двое: Малахитовый Сэр мист Виридан и его жена Дама Изумруд. Красивая пара. Оба в зеленом. Тут у каждого преподавателя свой цвет служебного платья. Виридан с женой так органично вписывались по тону, что я их сразу не заметила. Рванула к фикусам — а всё.

Осталось стоять и ничтожно радоваться, что пока мое бесчувственное тело наряжали, я в очередной раз опоздала к раздаче ручек и сердец, то есть к представлению студенток потенциальным женихам.

За моим регулярным опозданием на семестровые балы (это третий) чувствовалась твердая рука Синей Дамы. Ведь меня уже как бы выбрали, для других я не подхожу, потому она старалась, чтобы эти другие ко мне тоже не подходили, но правила соблюдала.

На первом балу были ужасно скользкие туфли. Едва не убилась, растянувшись на полу, когда вошла в зал, после чего меня оттранспортировали в целительский домик.

На втором подвело платье. Красивое, но из такой плотной ткани, что я чувствовала себя как в сауне, все время хотела пить, а мад Хольген случайно (да-да, мы верим) подала бокал со столика для гостей, откуда студенткам напитки брать нельзя. Радость пузырьками ударила в голову, и меня удалили с поля, чтоб не позорила Академию слишком широкой улыбкой.

Очень последовательная и методичная женщина. Маг порядка. Страшное дело. Страшнее только персональный конвоир и по совместительству учитель, который имеет непосредственное отношение к магии вне-жизни, мертвому, не-мертвому и тому, что я сама жива, умеренно здорова и относительно в своем уме.