Академия нежити

Глава 14

День клонился к вечеру, а я только добралась до места. Вдохнула, выдохнула и решительно направилась к цели.

Чем ближе подходила к Академии, тем явственнее ощущала, как уверенность по капле покидает меня. Тревога будто была разлита в воздухе. Хотелось бежать отсюда без оглядки.

Такую слабость я не могла себе позволить, поскольку дала слово. Занесла руку, постучала в дверь. Получилось так тихо, что сама едва слышала этот звук. Благо здесь имелось кольцо, дернув за которое я запустила некую систему оповещения. Где-то на той стороне прозвенел колокольчик, за ним еще и еще один. Негромкий мелодичный звон никак не вязался с образом мрачного здания, от которого так и веяло холодом. На дворе май, а у меня мурашки по коже.

Я выждала несколько минут. Собралась позвонить снова, как из боковой неприметной двери появился мужичок невысокого роста в домотканых штанах и рубашке, подпоясанной бечевкой. Из-под густых бровей на меня смотрели неопределенного цвета глаза. Они то казались карими, то совершенно черными. Но самым примечательным в его образе была борода. Про такую говорят “лопата”. Ей и правда можно было снег грести, такой густой и плотной она казалась.

– Здравствуй, девица, – мужичок поклонился. – С чем пожаловала?

– С добром, – поклонились в ответ. Вынула из сумки грамоты, пробежала глазами и подала ту, что должна была обеспечить мне допуск на закрытую территорию.

Мужичок развернул ее, несколько раз прочел, повертел в руках, посмотрел на свет. Хорошо хоть на зуб не попробовал.

– Подлинная, – вынес он вердикт. – Идем. Мастер Академии вроде еще не ушел. Может, успеет тебя принять.

Пропустил меня вперед, оглянулся и запер дверь на засов.

Мой провожатый вел меня бесконечным узким коридором. Редкие свечи освещали его тусклым светом, но совершенно не чадили. Не чувствовалось запаха дыма. Воздух был таким же свежим, как снаружи.

Присмотревшись, я заметила небольшие ниши в стене, расположенные через равные промежутки. Видимо, где-то там находилась система вентиляции. Меня распирало любопытство, но я не позволила взять ему верх. Если получу должность преподавателя, у меня будет достаточно времени разгадать эту и другие тайны.

Наше путешествие закончилось еще одной дверью. Даже мне, несмотря на невысокий рост, пришлось пригнуться, чтобы пройти через нее.

– Для гномов их, что ли, строили? – пробурчала чуть слышно, но мужичок услышал меня.

– Для каких таких гномов? – спросил он, нахмурившись. – Для домовых, известно. Да и вы, люди, вполне помещаетесь внутри. Ты, вон, ни разу голову не согнула, пока шли.

Ведь правда, домовой! Как я сразу не догадалась. Вроде бы не в первый раз в этом мире, а все еще удивляюсь привычным для местных вещам.

– Простите! Я издалека приехала…

– Из такого “далека”, что даже домовых у вас нет? Кто за порядком следит, за хозяйством смотрит?

Я чуть было снова не принялась извиняться. Благо там, куда мы пришли, нас уже ждали. Не знаю, каким образом домовой оповестил о моем приходе, но он точно это сделал.

Нам навстречу вышел высокий, еще довольно крепкий мужчина в длиннополом одеянии. Он немного припадал на левую ногу, потому вынужденно опирался на посох. Навершие последнего представляло собой искусно вырезанную медвежью голову. Два черных камня заменяли ему глаза. На мгновение мне показалось, что они блеснули, но я списала это на игру света.

– Здрав будь!

Я приложила руку к груди, поклонилась в пояс. Современному человеку подобный ритуал казался странным, хотя в Японии, например, люди постоянно кланяются при встрече друг с другом. Мужчина, как старший по возрасту, ограничился простым кивком.

– Да пребудет с тобой милость богов!

Язычник, мелькнула мысль. То-то ни икон, ни креста, никаких иных символов христианской веры я не заметила здесь. С ними мне еще не приходилось сталкиваться. В Китиже жили преимущественно православные. Правда, смирением они не всегда отличались и считали свою религию единственно верной. Мне же было все равно, как человек называет Бога, как ему молится, лишь бы жил по совести и не делал другим зла.

– Спасибо, Молчан, – добавил он. – Приготовь гостье комнату, а дальше посмотрим.

Это его “посмотрим” мне совсем не понравилось. Значит, не решил еще, примет ли он меня или проводит за порог. Да, все оказалось несколько сложнее, чем предполагал Мирон Петрович.

Я внутренне собралась. Экзамены сдавала? Сдавала. Собеседование тоже проходила, пусть и на должность официантки. Какой-никакой опыт был.

Мастер распахнул передо мной еще одну дверь, испещренную магическими символами, вошел вслед за мной. Указал на кресло. Я воспользовалась возможностью хоть немного отдохнуть. Села, достала и протянула мужчине свои документы, молча приготовилась ждать.

– Ростислав Жданович, – запоздало представился он и углубился в изучение грамот.

От нечего делать и, стремясь хоть чем-то занять себя, я рассматривала его кабинет. Он мало отличался от кабинета Мирона Петровича, но помимо книг, свитков и прочих атрибутов учености на столе красовался гладкий черный череп. Пустые глазницы подсвечивались изнутри красным потусторонним светом. На этот раз мне не показалось.

Я зябко передернула плечами, но более ничем не выдала себя. По крайней мере, так мне показалось. Поймала взгляд мастера – внимательный, изучающий, настороженный. Вопросы, которые он задавал, были обычными. На каждый у меня был ответ, который мы заранее приготовили с Мироном Петровичем. Несмотря на это, разговор напоминал если не дуэль, то теннисный матч точно: так быстро мы обменивались репликами, будто ударами.

– Как давно закончила Китежскую Академию?

– Год назад.

– Какую специализацию получила?

– Алхимик-зельевар.

Надо же было как-то объяснить наличие второго диплома, который, по словам мастера, гарантировал мне место в Академии нежити.

– Почему решила передавать опыт и знания другим, а не продолжила совершенствовать свои навыки? Чем занималась в течение этого года?