Академия одаренных. Зарождение

Глава 2

— Агата Беррингтон? — Едва различимый в шуме аэропорта женский голос привлек внимание Агаты и заставил ее обернуться, и тут же задрать голову — представшая ее взгляду юная особа была выше самой Агаты на добрую голову, чему, вероятно, способствовали и весьма внушительные каблуки. Изящным движением вынув из нагрудного кармана удостоверение с гербом академии, который Беррингтон-младшая не раз видела на документах, которыми уже достаточно долго занимались родители, — Мое имя Джессика. Джессика Майер. Полагаю, это вас мне необходимо сопроводить в Райнвилль?

— Да, все верно… спасибо вам, мисс Майер, что…

— Не стоит, девочка, это моя работа. — Джессика мило улыбнулась, все с тем же изяществом вложила документ обратно в карман, и, не дожидаясь, когда завершится обмен любезностями, решительно двинулась вперед мимо Агаты, которая тут же торопливо принялась нагонять попутчицу, — О багаже позаботятся, на выходе отдашь квитанцию нашему шофёру. Ты когда-нибудь раньше бывала в Райнвилле?

— Нет… — Едва поспевая за стремительным шагом мисс Майер, младшая дочь семейства Беррингтон все же смогла как следует рассмотреть новую знакомую. Перекрашенные из русого в рыжий волосы едва доходили ей до середины шеи, становясь короче к затылку, и пышными кучеряшками подпрыгивали в такт ходьбы владелицы; деловой пиджак, наброшенный на плечи, свободная белоснежная рубашка с закасанными по локоть рукавами, черные широкие брюки держащиеся на ремне, и туфли с таким высоким каблуком, что Агата на секунду задумалась, как девушка умудряется так бодро на них идти, довершали образ молодой преподавательницы. По виду Джессике Майер вряд-ли кто-то бы дал больше двадцати лет, но благородная осанка, высоко поднятый подбородок и поистине королевская поступь были настолько величественными, что создавалось ощущение, будто на голове она носит невидимую корону, и, несмотря на ее юность, в груди сразу возникал некий благоговейный трепет.

«Кажется, она ровестница Джинни. И все же, интересно, сколько ей на самом деле лет?»

— Двадцать два. — Голос попутчицы вывел девушку из раздумий, и она недоуменно нахмурилась, не совсем понимая, что та имела ввиду.

— Прошу прощения?

— Мой возраст — двадцать два года. Разве ты не это хотела узнать? — Едва повернув голову в сторону собеседницы пояснила Джессика, в то время, как глаза Агаты медленно приобретали размеры блюдец.

— Да, но как вы поняли, что я хочу это узнать? — В ответ на это мисс Майер усмехнулась, отчего в ее глазах заплясали озорные искорки, и, наконец, повернулась к девушке.

— Твои мысли гораздо громче слов. Рискну предположить, что ты не слишком общительная? — Усмехнулась юная преподавательница, глядя на ошарашенный вид Агаты.

— Мысли громче?

— Именно. Я перципиент. — Порыв ветра от открывшейся двери решительно подхватил волосы Джессики, и стал пытаться их растрепать, но та словно не обратила на это внимания, подхватывая распахнутую дверь за косяк, и кивком приглашая младшую Беррингтон пройти вперед, — Говоря более простым языком, я могу слышать мысли других людей так же, как и устную речь.

Спешно проскользнув в проем двери, Агата снова подняла глаза на выплывшую вслед за ней мисс Майер, непроизвольно проведя рукой по волосам. Дома она давно привыкла и к достойной чемпионки ловкости старшей сестры, и к поражающему своей остротой уму отца, однако их способности по своей сути не являлись чем-то невозможным, даже у людей, которые и не догадывались о существовании одаренных их уникальные возможности не вызывали вопросов. Ну в самом деле, у кого сейчас может вызвать вопросы очень умный и начитанный человек, и его пластичная дочь, которая с детства занимается художественной гимнастикой, и неоднократно становилась призёркой турниров? И теперь, столкнувшись с человеком, способным читать мысли других людей, Агата чувствовала себя не в своей тарелке. Ладно, сейчас мисс Майер читала ее мысли. Но как она справляется со своей способностью изо дня в день? Ведь Агата еще может уйти, а сама Джессика? Ведь даже среди молчащих людей она все равно будет слышать нескончаемый гул их мыслей… Да еще и все одновременно!

Пока Агата сосредоточенно раздумывала над тем, как выглядит жизнь ее попутчицы, Джессика снова усмехнулась, и заговорила:

— Ты когда-нибудь каталась на лошадях? — Получив утвердительный кивок, мисс Майер продолжила, — ты сидела в седле и с упряжкой, так ведь? С ними даже самого строптивого коня можно оседлать. А теперь представь, что ты подходишь к самому нелюдимому коню и садишься на него без седла и вожжей. Как думаешь, что произойдет?

— Он меня сбросит.

— Верно. И с одаренными то же самое. Способность — это конь, ее носитель — наездник, а седло с вожжами, это умение человека использовать и контролировать свой дар. И чем быстрее человек научится пользоваться этой упряжей, тем быстрее он «оседлает» свою способность. — Агата нахмурилась и опустила голову, изо всех сил стараясь не возразить, однако мысли подчинялись ей не настолько хорошо, как речь, — для каждого дара существует способ подчинения, Агата. Вопрос лишь в том, насколько тяжело будет его найти. Благодаря этому способу я и не слышу чужие мысли постоянно, иначе я бы давно сошла с ума.

Несколько мучительно долгих, для пытавшейся не думать ни о чем Агаты, секунд прошли в молчании, и лишь приблизившись к парковке, ее попутчица остановилась, и повернулась к напрягшейся девушке.

—Дай мне свою квитанцию на багаж и иди к первой машине с левой стороны стоянки. Тебе есть, о чем подумать. И, полагаю, тебе будет спокойнее делать это в одиночестве.

Молча вынув из бокового кармана рюкзака сложенный вчетверо лист, изо всех сил стараясь избегать зрительного контакта с Джессикой, младшая дочь семейства Беррингтонов передала той документ, и направилась к поджидавшей в указанном месте машине. Слова мисс Майер были совершенно верными, Агата слышала их за свою жизнь не один раз. Только в одном юная преподавательница ошиблась. Не для каждой способности существует способ подчинения.