Академия пограничья. Война стихий

Глава 20

Я думала о том, чтобы поговорить с Эолой. Ведь все то время что я ничего не чувствовала она волновалась за меня, и это многое значило, потому что за время учебы в академии мы действительно стали друзьями. Но ноги сами понесли меня в другую сторону.

Переговорная. Я должна попробовать ещё раз. Теперь, когда я знаю настоящее имя мамы.

Дежурные на входе даже не взглянули на меня — я пронеслась мимо, быстро показав кулон огненного факультета, и нырнула в самую дальнюю кабинку. Руки дрожали, когда я активировала защитный контур — туманные стены замерцали, отрезая меня от внешнего мира.

Я сделала глубокий вдох. Сердце колотилось где-то в горле.

Норисса Сивэл.

А если это ошибка? Если мама — это просто мама, Мерида Уэлис, обычная женщина, которая сейчас волнуется, не зная, где я?

Но Сорен не мог ошибаться. И Дэн подтвердил.

Я положила ладонь на холодный кристалл и, собрав всю волю в кулак, произнесла:

— Норисса Сивэл.

Помедлила и добавила на всякий случай:

— Орна.

Кристалл вспыхнул ровным голубоватым светом. Я замерла, боясь дышать.

Секунда. Другая. Третья.

Я уже начала думать, что ничего не выйдет, что это была глупая надежда...

И вдруг в глубине кристалла проявилось лицо.

Мама.

Она выглядела такой же, как всегда — тёплые карие глаза, мягкая улыбка, русые волосы, собранные в небрежный пучок. Но в глазах было что-то новое — тревога, напряжение и... облегчение?

Я не сдержалась. Всхлип вырвался сам собой.

— Мама... — прошептала я, и слёзы потекли по щекам.

— Милая, тише, тише, — её голос, такой родной, прозвучал сквозь потрескивание магии. — Успокойся, это я. Я здесь.

— Почему? — выдохнула я, и слова посыпались, перебивая друг друга. — Почему я не знала даже твоего настоящего имени? Почему ты мне не сказала? Что происходит? Я не понимаю ничего, мама, я...

— Даниэлла, — перебила она мягко, но твёрдо. — Дыши. Я всё объясню. Но сначала скажи: что ты уже знаешь?

Я попыталась взять себя в руки. Кратко, сбивчиво, но постаралась рассказать всё: про дар, про кулон, про Сорена, про то, что он назвал меня сестрой, а также про слова Дэнталиана о князе Сивэле и теневой ведьме, умолчав о нашем поцелуе и его непонятных глазах.

Мама слушала молча, и с каждым моим словом её лицо становилось всё серьёзнее.

— Хорошо, — сказала она, когда я закончила. — Слушай меня внимательно, милая. У нас очень мало времени. Я не могу говорить долго — меня могут отследить. Тот, из-за кого всё началось, до сих пор охотится за нами.

Я замерла.

— Поэтому, пожалуйста, больше не пытайся со мной связаться. Я сама найду тебя, когда смогу. Обещаю.

— Но мама...

— Послушай, — перебила она. — Твой отец, Льюис Сивэл, действительно был князем Хаоса. Мы полюбили друг друга, ведь были истинными и поженились, хотя это было запрещено — союз огненного демона и теневой ведьмы, разные стихии. Мы скрывали наш брак, но когда я забеременела тобой, в Дэоре стало небезопасно. Нас начали искать.

Она вздохнула.

— Мы ушли в один из «карманов» на Земле. Место, где магия почти не работает, где нас нельзя было найти. С нами ушла и твоя бабушка, Моргана. Она не огненная демонесса, как все думали, — она воздушная. И всю жизнь это скрывала. Кулон, который она тебе передала — это «Кровь первородного». Он скрывает твою магию, и его нельзя отследить. Он защищает тебя. Никогда не снимай его.

— А отец? — спросила я, чувствуя, как внутри всё сжимается. — Он... он правда мёртв?

Мама отвела глаза. Всего на секунду, но я заметила.

— Я не знаю, — сказала она тихо. — Мы... нас разлучили. Я чувствую, что он жив, но где он — не знаю. Прости меня, дочка.

Я сглотнула ком в горле. Жив. Отец жив. Эта мысль обожгла надеждой, но тут же сменилась новым вопросом.

— Где он? — выдохнула я. — Если ты чувствуешь, что он жив, может быть, ты знаешь, где его искать?

Мама покачала головой, и в её глазах блеснула боль.

— Если бы я знала, милая... Я искала. Всё это время искала. Но тот, кто похитил его, очень силен и влиятелен. Я только знаю, что Льюис жив. И этого достаточно, чтобы не терять надежду.

Я сглотнула ком в горле.

— А Сорен? — спросила я. — Он правда мой брат?

Мама грустно улыбнулась.

— Да. Его мать — моя сестра-близнец, Кларисса. Мы были очень близки. Когда мы ушли из Дэоры, Сорен был ещё малышом. Он не мог запомнить меня, но, видимо, сходство с матерью... Он увидел его. Узнал тебя.

— Почему он не пришёл на встречу? — вырвалось у меня.

— Не знаю, — мама нахмурилась. — Будь осторожна с ним, Даниэлла. Я давно не общалась с семьей Орна, не знаю изменились ли их взгляды, или семья все-таки осталась на первом месте, они... непростые. Но если он правда захотел тебе помочь, возможно, вы сможете доверять друг другу.

Она помолчала, и в её глазах блеснули слёзы.

— Милая, мне пора. Но запомни: тебе понадобятся друзья. Те, кому ты сможешь доверять. Не пытайся справиться со всем одна. Найди тех, кто будет рядом.

— Мама, подожди! — воскликнула я. — У меня еще столько вопросов!

Кристалл вспыхнул алым. Ярко, ослепительно.

— Нет! — закричала я.

Но было поздно. Кристалл рассыпался на тысячи осколков, которые тут же испарились, не долетев до пола.

Я стояла, глядя на пустоту там, где только что было лицо мамы. Слёзы текли по щекам, но я их не замечала.

Она жива. Она правда жива. Но всё стало ещё запутаннее.

Кто охотится за ними? Что случилось с отцом? Можно ли доверять Сорену? А главное как спасти свою семью?

Вопросы роились в голове, не находя ответов.

Я выбежала из кабинки, едва не сбив с ног какого-то адепта, и помчалась по коридору. В голове билась одна мысль: скоро обед. Эола будет в столовой. Мне нужно с ней поговорить.

Держать всё в себе стало невыносимо.

Я влетела в столовую, оглядываясь в поисках знакомой рыжей головы. Увидела Эолу за нашим обычным столиком — она сидела одна, ковыряясь в тарелке, и вид у неё был встревоженный.