Академия пограничья. Война стихий

Глава 33

Большую часть ночи я проворочалась без сна, терзаемая волнением и сотнями мыслей, которые роились в голове, не давая покоя. Я думала о том, что ждёт нас завтра. Сможем ли мы так легко найти Храм, как обещал Оливер? Или нас ждёт ловушка, подстроенная Забытыми? Найдут ли в академии убийцу и шпионов, пока мы будем отсутствовать? Сколько членов совета, вместе с Дориан предатели? А главное — сможем ли мы вообще собрать все артефакты и противостоять забытому богу? Пусть он и забытый, но он всё ещё бог, а мы — всего лишь смертные, пусть и с магией.

На краю сознания всплыла какая-то важная мысль, но я так и не смогла поймать её за хвост. Она растворилась в темноте, оставив лишь смутное ощущение, что я упустила нечто значительное.

Наконец, когда за окном уже начало сереть, организм сдался, и я погрузилась в тревожный сон.

---

И снова я очутилась в тумане. Сером, густом, липком, который обволакивал со всех сторон, не давая разглядеть даже собственных рук. Чувство, будто за мной наблюдает нечто опасное, лишь усиливалось с каждым мгновением. Я не знала, куда идти, но и стоять на месте было невыносимо.

— Кто здесь? — попыталась крикнуть я, но голос не слушался. Из горла вырвался лишь беззвучный хрип.

А потом на моё плечо легла чья-то ладонь.

Я не видела её — только чувствовала. Холодную, сухую, чужую. От неё веяло смертью и тленом, будто её обладатель пролежал в могиле сотни лет и только сейчас поднялся, чтобы коснуться живого. Конечность начала неметь, холод пополз вниз, к локтю, к груди, к сердцу.

Я застыла, не в силах пошевелиться. Сердце колотилось в ушах, заглушая все остальные звуки. Всё чувствовалось слишком реальным — не как сон, а как явь, как прикосновение смерти к моей душе.

Послышался тихий шепот. На удивление, голос был приятным — бархатным, глубоким, почти ласковым. Но интонация и слова говорящего заставили меня похолодеть.

— Ваши попытки сопротивления лишь вызывают усмешку, — произнёс он, и в его голосе не было злобы, только насмешливое превосходство. — Вы как насекомые, запутавшиеся в паутине. Отчаянно жаждете вырваться, дёргаетесь, бьётесь, но итог неизбежен. Лишь больше запутываетесь, увязаете, теряете последние силы. И в конце от вас ничего не остаётся. Лишь память паука о сытной трапезе.

Меня начало трясти. Я хотела закричать, позвать на помощь, но язык прилип к нёбу. Хотела вырваться, дёрнуться, убежать — но тело не слушалось. В голове билась только одна мысль: Дэнталиан, спаси!

Ещё несколько мгновений этой пытки — и я распахнула глаза.

---

Сознание вернулось рывком. Я лежала в своей кровати, простыни сбились в комок, лоб был мокрым от пота. Надо мной нависал Дэн — его лицо было бледным, а в глазах горела тревога.

— Даниэла! — он сжал мою руку. — Ты как? Что случилось? Я почувствовал твой страх через связь. Такой резкий, такой... ледяной.

Меня всё ещё трясло. Кошмар не отпускал, и я чувствовала на плече холод чужой руки. Дэн, видя моё состояние, не стал ждать ответа — просто притянул меня к себе и обнял так крепко, будто хотел защитить от всего мира.

Мы сидели так по меньшей мере минут десять. Я вдыхала его запах — дым, тепло, жизнь — и постепенно дрожь утихала. Сердце переставало колотиться как бешеное, дыхание выравнивалось.

— Мне приснился кошмар, — наконец сказала я, уткнувшись носом ему в плечо. — Забытый. Он был там. В тумане. Он говорил со мной. Сказал, что мы — насекомые в паутине, и что от нас ничего не останется. Все было таким реальным...

Дэн напрягся, но не отпустил.

— Он коснулся меня, — продолжила я. — Я чувствовала его руку на своём плече. От неё веяло смертью, тленом... я не могла пошевелиться.

— Тебе нужно научиться ставить ментальные щиты, — сказал он, отстраняясь и глядя мне в глаза. —Не обычные, а с помощью артефакта. В нём частица силы богов, он может защитить тебя от таких вторжений. Забытый не сможет больше проникнуть в твои сны.

— Но разве кулон не должен скрывать, защищать меня? — спросила я.

— Должен, — кивнул Дэн. — Но, возможно, дело не в артефакте, а в твоём моральном состоянии. Ты волнуешься, ты боишься, ты на пределе. А такие эмоции — как маяк для тех, кто умеет читать их. Я понимаю, что тебе страшно, но не забывай: я всегда рядом. Что бы ни случилось.

Он снова притянул меня к себе и чмокнул в макушку. Потом отстранился, устроился рядом со мной на кровати и обнял так, чтобы я чувствовала его тепло.

— Тебе нужно отдохнуть, — сказал он. — У нас есть ещё несколько часов до рассвета. Спи и не волнуйся. Я буду охранять твой сон.

Я счастливо улыбнулась и кивнула. Он прав — совсем скоро мы отправимся на поиски Храма, нужно набраться сил.

— Но тебе тоже нужен отдых, — попыталась возразить я.

Он убрал прядь волос мне за ухо и прошептал:

— Спи.

Как ни странно, я мгновенно провалилась в сон. На этот раз — спокойный, глубокий, без сновидений. Только тепло его объятий и ровное дыхание, которое убаюкивало лучше любых колыбельных.

---

Проснулась я от того, что по комнате плыл аромат свежесваренного кофе. Сладкий, бодрящий, обещающий новый день.

— Даниэлла, просыпайся, — услышала я голос Дэна. — Завтрак готов.

Я открыла сначала один глаз, потом второй. На прикроватной тумбочке меня ждал поднос: кружка с дымящимся кофе, свежая булочка с маслом и даже маленькое блюдце с мёдом. Рядом сидел мой любимый злыдня — взъерошенный, но довольный.

Пожалуй, такое утро точно можно назвать добрым.

— Это ты принес? — удивилась я, садясь на кровати.

— А кто ещё? — он усмехнулся. — Эолы нет, а ты без кофе с утра как зомби. Пришлось договариваться с домовыми духами из столовой.

Я взяла кружку, сделала глоток и чуть не застонала от удовольствия.

— Мм, обожаю тебя,— выдохнула я.

— Я знаю, — он лукаво посмотрел на меня и вдруг взлохматил мне волосы. — Ты такая милая с утра. Лохматая и сонная, прямо как домовёнок.

Я в шутку надула губы и кинула в него подушкой. Он легко перехватил её и, усмехнувшись, поцеловал меня в нос.