Академия: право на силу

Неотменимый

Вернувшись в комнату, Лира сбросила обувь и рухнула на кровать. Стянула с полки потрепанную книгу по основам зельеварения — не для учёбы, а чтобы просто заполнить тишину.Но буквы расплывались перед глазами: мысли крутились вокруг завтрашнего дня.

«Завтра объявят помощника зельевара…»

Она перевернулась на бок, уставившись в стену.Вакансия была единственной на весь курс — престижная, с неплохой оплатой и доступом к лаборатории. Если не пройдёт… придется искать что‑то другое. Что‑то незаметное, нетребующее внимания кураторов и старших магов.

В голове прокручивались варианты:

• мытьё котлов в алхимическом цехе;
• сортировка трав на складе;
• помощь библиотекарю с оцифровкойстарых свитков.

Всё низкооплачиваемое, утомительное — но хоть что‑то.

«Мне нужно пальто, — напомнила она себе. — Осенние ветра уже пробирают до костей, а старое на локтях протёрлось. Но просить денегу родителей… нет. Я справлюсь сама».

Она сжала кулаки.

Не нужны ей ни сладкие пирожки из городской лавки, ни сушёные фрукты, ни даже лишний кусок мяса к ужину. Она готова отказаться от всего, лишь бы не чувствовать себя обузой .Лишь бы доказать: она может стоять на своих ногах.

«Я не беспомощная. Я не нуждаюсь в их покровительстве. Я сама заработаю».

Лира резко села, провела рукой по волосам. До встречи оставалось пятнадцать минут.

Она встала, накинула мантию, проверила карманы — кристалл связи, носовой платок, маленький нож для трав (привычка ещё с дома). Глубокий вдох. Выдох.

«Просто вечеринка. Просто вечер. Ничего особенного».

Но сердце билось чаще, чем следовало.

Лира пришла первой. Огляделась: фонари уже зажглись, отбрасывая дрожащие тени на дорожку. В воздухе пахло дождём и дымком — где‑то вдали, за деревьями, готовили фейерверки.

Она прислонилась к каменной колонне, стараясь выглядеть спокойной. Но внутри всё сжималось: «А если я сделаю что‑то не так? Если опозорюсь? Если…»

— Ты рано.

Голос раздался за спиной. Лира обернулась.

Нэйтон.

Он стоял в трёх шагах — в тёмной мантии, руки в карманах, взгляд спокойный, будто он не подслушивал её мысли.

— Я всегда прихожу вовремя, — ответила она сухо.

Он кивнул, но не отошёл. Просто встал рядом, глядя в ту же сторону, куда смотрела она.

Тишина между ними была плотной, почти осязаемой.

Где‑то вдалеке засмеялись. Заиграла музыка.

Вечеринка начиналась.

Лира резко развернулась. Её глаза — тёмные,напряжённые — впились в лицо Нэйтона.Больше не было смысла молчать, играть в вежливость.

— Хватит, — голос звучал твёрдо, хотя внутри все дрожало. — Не нужно ходить за мной. Не нужно устраивать этот цирк с друзьями. Я нехочу ни дружить с ними, ни общаться. Оставьте нас в покое.

Она говорила тихо, но каждое слово было какудар. Нэйтон даже не моргнул. Только бровь чуть приподнялась — будто её слова его…забавляли.

Он шагнул ближе. Слишком близко.

— А кто сказал, что я делаю это ради тебя? — его голос опустился до шёпота. — Может, ты мне нравишься. Или просто интересна. Или… — он сделал паузу, — я просто не люблю, когда мне указывают, что делать.

Лира сжала кулаки.

— Ты не имеешь права…

— Права? — он усмехнулся. — Кто определяет эти права? Ты? Твой страх? Или, может, тот факт,что ты ещё сама не знаешь, во что ввязалась?

Он наклонился чуть ближе, и она почувствовала запах зимнего леса и металла — его постоянный, неуловимый аромат.

— Ты думаешь, всё сводится к дружбе или не дружбе? — продолжил он. — Нет. Это только начало. И поверь, ты ещё узнаешь, каково это — быть в мире, где ты… в моей власти.

Её сердце пропустило удар.

«Он знает? Догадался, что я подслушала?»

Но прежде чем страх успел сковать её, Нейтон резко отступил. Развернулся — и в тот же мигиз‑за деревьев показались его друзья.

— О, вы уже тут! — воскликнул Грег, обнимая Агату за плечи. — Мы боялись, вы передумаете!

Том рассмеялся:

— Да ладно, разве можно пропустить такое?Фейерверки уже заряжают!

Агата, раскрасневшаяся и немного смущенная вниманием, посмотрела на Лиру:

— Ну что, идём?

Лира стояла, пытаясь выровнять дыхание. Слова Нэйтона звенели в ушах: «Ты ещё узнаешь, каково это…»

Она сжала пальцы в карманах мантии.

«Нельзя показывать слабость. Нельзя дать им понять, что я боюсь».

Подняла голову, встретилась взглядом с Нэйтоном — он смотрел на неё с тем же холодным интересом, будто ждал, сломается она или нет.

И тогда Лира улыбнулась. Не широко, не радостно — но твёрдо.

— Идём, — сказала она Агате. — Посмотрим, что тут у вас за «веселье».

Компания двинулась вглубь сада. Фонари мерцали, музыка становилась громче, смех разносился между деревьями. Но для Лиры всё это теперь звучало иначе.

Она шла в толпу, но чувствовала себя одинокой.

И знала: эта вечеринка — не просто развлечение.

Это — первый шаг в игру, правила которой ей ещё не известны.

Сад преобразился. В сумеречном свете фонари отбрасывали дрожащие блики на дорожки,выложенные серым камнем. Между деревьями мерцали волшебные сплетения — тонкие нити светящейся энергии, переплетённые впричудливые узоры. Из них лилась музыка: негромкая, а обволакивающая, словно шепот ветра в листве.

Беседки, увитые плющом и диким виноградом,были заняты: в одной компания адептов оживлено обсуждала предстоящие уроки,в другой — смеялись, играя в магическиезагадки. Где‑то вдали разгоралось фаер‑шоу:огоньки танцевали в воздухе, складываясь вфигуры зверей и цветов. Чуть правее плавали иллюзии — призрачные образы звёзд,падающих в траву.

У изгороди, возле которой Лира подслушала разговор Нэйтона с отцом, стоял длинный стол.На нём — блюда с закусками хлебцы с паштетом, миниатюрные пирожки с грибами, маринованные оливки, кувшины с напитками и бокалы, мерцающие в свете огней.