Академия: право на силу

Нападение

Лира опустилась на кровать, всё ещё чувствуя лёгкое покалывание на губах. Взгляд её скользнул по Нэйтону — он небрежно развалился рядом, опираясь на локоть, и на лице его играла едва заметная ухмылка.
— Что же будет дальше? — тихо спросила она, скорее себя, чем его.
— Завтра суббота, — отозвался Нэйтон, будто это всё объясняло. — Мои родители приглашают твоих в наше поместье. Утром, скорее всего, тебе напишут.
Лира вскинула брови:
— Приглашают? Как… официально?
— Более чем. — Он повернул голову, глядя на неё с тем странным выражением, в котором смешивались уверенность и что‑то ещё, неуловимое. — Матерям есть что обсудить. Помолвка, подготовка, традиции рода… Ты же знаешь, как это бывает.

— То есть это не просто встреча? — Лира невольно сжала край покрывала. — Это уже… начало?
— Начало чего? — Нэйтон приподнялся на локте, глаза его блеснули. — Официального оформления? Да. Но ты ведь не думала, что мы будем тянуть?
— Я вообще не думала, что это произойдёт так быстро. — Она вздохнула. — Всё как в тумане.
Он неожиданно рассмеялся:
— Представь, как наши матери сейчас обсуждают детали. «Какой цвет платья?», «Сколько гостей?», «А вдруг Лира захочет что‑то необычное?»
Лира невольно улыбнулась:
— Ты думаешь, они уже делят торт?
— О, торт — это самое простое. — Нэйтон подмигнул. — Они наверняка уже спорят о том, кто будет вести церемонию. Моя мать настаивает на верховном жреце, а твоя, наверное, захочет кого‑то из местных.
— Моя мать? — Лира покачала головой. — Она скорее спросит, можно ли обойтись без лишнего пафоса.
— Вот тут-то и начнётся битва. — Он снова рассмеялся, и на миг Лире показалось, что всё не так уж страшно.

Она вдруг осознала, что напряжение, сковывавшее её с момента ритуала, потихоньку отпускает. Внутри разливалось странное ощущение — не эйфория, но уверенность. Как будто мир, ещё утром казавшийся хаотичным, теперь обрёл чёткие контуры.
— Странно, — пробормотала она, глядя в потолок. — Я должна злиться. Или паниковать. Но… я спокойна.
Нэйтон замер. В его глазах промелькнуло что‑то, похожее на удовлетворение, но он быстро спрятал это за маской беззаботности.
— Это нормально. Ритуал стабилизирует. Ты теперь часть рода Борд — пусть и формально пока. Это даёт… опору.
— Опору? — Она повернулась к нему. — Или цепи?
— Зависит от того, как ты на это смотришь. — Он наклонился ближе, голос стал тише. — Но поверь, Лира, я не хочу тебя сковывать. Я хочу, чтобы ты чувствовала себя защищённой.
Она хотела ответить резкостью, но слова застряли в горле. Вместо этого она поймала себя на том, что смотрит на его губы — и в груди снова вспыхивает тот странный огонь, оставшийся после поцелуя.

Лира смотрела на губы Нэйтона — и внутри разгоралось пламя, которого она не могла ни понять, ни остановить. Каждое биение сердца отдавалось в висках одним‑единственным желанием: прикоснуться.
Её пальцы непроизвольно сжались в кулаки, пытаясь удержать себя в руках. Но тело уже жило отдельно от разума: кожа горела, дыхание становилось чаще, а взгляд никак не мог оторваться от его лица.
Нэйтон заметил. Уголок его рта дрогнул — то ли в усмешке, то ли в сдерживаемом порыве. Он не отвёл глаз. Не отодвинулся.
— Ты… — начала Лира, но голос сорвался.
Она хотела сказать: «Ты делаешь это со мной. Ты влияешь на мои чувства». Но слова растворились в гуле крови в ушах.

Он медленно приподнялся, не разрывая зрительного контакта. В его глазах — тот же огонь, но холодный, расчётливый, будто он знал, что происходит, и намеренно держал её на краю.
— Лира, — произнёс он тихо, почти шёпотом. — Ты чувствуешь это?
Она кивнула. Не могла не кивнуть.
— Это связь. Она становится сильнее.
— Или ты… — она сглотнула, — ты управляешь мной.
Он не стал отрицать. Только улыбнулся — чуть шире, чуть теплее.
— Я не управляю. Я… направляю. Это для твоей же защиты.
— Защита не должна лишать воли, — прошептала она, но уже знала: её сопротивление тает.

Он наклонился первым.
Его губы коснулись её — не резко, не властно, а жадно, будто он тоже долго сдерживался. Лира вздрогнула, но не отстранилась. Наоборот — подалась вперёд, сама не понимая, как её руки оказались на его плечах, как пальцы впились в ткань его рубашки.
Поцелуй стал глубже.
Энергия хлынула в неё — не холодная, как в ритуале, а горячая, пульсирующая, наполняющая каждую клеточку тела. Она чувствовала, как её собственная сила смешивается с его, как они сплетаются воедино, как…
…как она больше не может думать.
Только чувствовать.
Только хотеть ещё.

Когда он отстранился, Лира едва удержалась, чтобы не потянуться за ним. Её губы горели. В груди — ураган, в голове — туман.
— Теперь ты понимаешь? — его голос звучал низко, почти хрипло. — Это не просто ритуал. Это… слияние.
Она пыталась собраться с мыслями, но они разбегались, как капли воды по горячему камню.
— Ты знал… что так будет? — еле слышно спросила она.
— Предполагал. — Он провёл пальцем по её нижней губе, и от этого прикосновения по телу пробежала новая волна дрожи. — Но не думал, что это будет… настолько сильно.
Лира закрыла глаза.
Ей хотелось закричать: «Остановись! Не делай этого!»
Но в то же время — она хотела ещё.

Как только Нэйтон ушёл, Лира опустилась накровать, даже не потрудившись снять плащ.Воздух в комнате будто сгустился — каждыйвдох давался с усилием, будто лёгкиенаполнялись не кислородом, а воспоминаниямио его прикосновении.
Она легла, уставившись в потолок. Глаза былиоткрыты, а разум — в хаосе.
«Почему никто не предупредил? Почему несказали, что связь будет… такой?»
Мысли крутились по одному и тому же кругу:
Его губы.
Энергия, пронзающая тело.
Ощущение, будто её воля растворяется в егоприсутствии.
— Это не я, — прошептала она, сжимая крайодеяла. — Это связь. Это ритуал.
Но слова звучали неубедительно. Даже сейчас,в одиночестве, она чувствовала тягу. Не критуалу, не к энергии — к нему.