Академия проклятых драконов: попаданка на всю голову

Глава 1

Все попадают в другой мир по-разному. Кто-то умирает, кого-то за ручку проводят высшие сущности. А я — из-за краски для волос! Так с бьюти-процедурой ещё никто не промахивался!

Началось всё банально. Со спора, который я благополучно продула. Так глупо! Нужно было просто проигнорировать дурацкие требования Максима — и всё. Что бы он мне сделал? Ещё раз на свидание позвал?

Ну, собственно, выбор стоял как раз между свиданием с ним и издевательством над собственной внешностью. Я выбрала второй вариант.

Покрасить волосы в яркий цвет? Ну, подумаешь. Пару лет назад вон толпы девочек с цветными волосами ходили и не умерли. Я от смены окраса тоже не умру. А вот на свидании с Максимом — не факт.

В общем, я выбрала смену имиджа. Сказано — сделано. В тот же вечер я купила осветлитель для волос и тонер с аппетитным названием «сладкая вата».

Ну а что, не идти ведь в салон красоты. Там на мою длину можно половину зарплаты оставить, а я и так не особо много зарабатываю. Репетиторов по английскому слишком много, а я ещё и студентка… В общем, очередь из желающих не выстраивается, и с деньгами туго.

Издевательство над собственными волосами продолжалось долго. Настолько, что я успела раз тридцать проклясть Максима с его планами на мою скромную, пока ещё темноволосую, персону.

И через два часа, смыв тонер с волос и наспех высушив их феном, я взглянула на творение своих кривых рук. Некогда каштановые локоны теперь и правда были похожи по цвету на сладкую вату с клубничным вкусом. Особенно сейчас, когда оставались пушистыми после фена.

Но вот странность. Мои светло-карие глаза как будто ещё сильнее посветлели. Ореховый оттенок с каждой секундой становился всё более янтарным.

Это из-за цвета волос? Неужели так оттеняет?

Да нет, не может быть.

Приблизившись к зеркалу, я попыталась рассмотреть себя под другим освещением. Кажется, это было ошибкой. Увиденное мне не понравилось. А всё потому, что моё тело… исчезало. В прямом смысле!

Я таяла, растворялась, словно в дешёвом фильме про призраков.

Запаниковать я успела, а вот закричать — уже нет. Мир вокруг стал каким-то странным, а перед глазами всё завертелось, словно меня в центрифугу погрузили.

***

Не знаю, как меня не вывернуло на этих американских горках, но в какой-то момент я осознала, что всё закончилось, а я нахожусь почему-то под открытым небом.

Как я это поняла? Было холодно. Очень. Так, будто я в домашней пижаме и тонких носках стою на снегу.

Впрочем, слово «будто» здесь было излишним.

Я действительно стояла на краю какого-то странного обрыва, который скорее подходил под описание «трещина в земле», и балансировала изо всех сил, чтобы не упасть.

И самое неприятное — из этой трещины на меня кто-то смотрел.

Создание, которое могло бы посоперничать по степени отвратительности с гремлинами, Чужим и другими порождениями кинематографа. Только у этого были небольшие кожистые крылья, длинные узловатые пальцы, серая кожа и рахитичное брюхо…

Страх парализовал и не позволил пошевелиться. Даже отскочить от этого… этого… Это что вообще такое?

— Ты что творишь, дура? — прокричал кто-то за моей спиной.

А потом меня отшвырнули в сторону так сильно, что я покатилась по земле и потеряла сознание.

***

Очнулась я на чём-то твёрдом. Ясно, на пол грохнулась. Видимо, сознание потеряла из-за чего-то.

Но что это за краска такая токсичная, что я такой приход словила? Надо на производителя в суд подать! То монстры мерещатся, то снег в родной квартире, то голоса какие-то…

Голоса?

Прислушавшись, я действительно поняла, что над головой слышен гул, в котором можно различить речь. А потом открыла глаза и едва не застонала.

Кошмар продолжался. Только теперь я была в помещении.

Кто-то сгрузил меня как мешок с картошкой прямо на каменный пол. А чуть в стороне совещались около дюжины совершенно незнакомых мне мужчин.

— Выдать элларам, и дело с концом, — сказал высокий блондин с таким брезгливым выражением лица, словно ему кто-то под дверь нагадил.

— Жест доброй воли. Для дипломатических отношений хорошо, — согласился с ним кто-то, кого я не видела.

— А если воспитать как следует? — вмешался кто-то третий.

— И удерживать до смерти? — возразили ему.

Диалог был информативным, но совершенно непонятным. Ясно было только одно — обсуждают мою персону.

Я не знала этого наверняка, но чувствовала всеми фибрами души. Интуиция, которой у меня отродясь не было, буквально кричала, что сейчас решается моя судьба.

— Эй, уважаемые, вы обо мне говорите?

Сделав усилие, я села, оглядевшись. Под ногами, а точнее, под моей пятой точкой, была каменная кладка, как будто мы в средневековом замке. Стены тоже были из камня, а освещалось помещение странными то ли свечами, то ли просто огоньками.

Мамочки! Куда я попала?!

И почему стоило мне открыть рот, вся дюжина незнакомцев уставилась на меня так недружелюбно?

— А вы мои глюки, да? Что, всё сразу?

— Лара, что вы делали возле разлома? — спросил один из них — седовласый низкорослый мужчина с пышными усами.

Пожалуй, он здесь внушал мне больше всего доверия. То ли добродушными чертами лица, то ли своими сединами.

— Кто что-то делал возле чего? — уточнила я.

— Понятно. Скажите, лара, к какому роду вы принадлежите?

— Я не Лара. Меня зовут Ева. И моя фамилия Савина, если вы об этом.

Старичок улыбнулся.

— Лара — это вежливое обращение к вашему виду, — пояснил он.

— Какому виду?

Не знаю, сколько ещё я бы продолжила тупить, но на галёрке у кого-то сдали нервы:

— Вы что, не видите — она ведь не в себе.

— А вот я в этом не уверен, — хмыкнул старичок. — Вполне возможно, что лара действительно не отсюда, и тогда это открывает перед нами весьма занятные перспективы.

— Считаете, это возможно? — спросил тот самый блондин, который с утра явно хлебнул уксуса.