Академия проклятых душ

Глава 2. Соседка по комнате

Я буквально влетела в здание общежития — двухэтажный коттедж в современном стиле, мимолётно поразившись яркому контрасту с академией. Положила коробки и пакеты на пол и едва не закричала от радости, увидев у входа мой чемодан. А может, закричала, потому что из двери в глубине коридора выглянула голова, уставившись на меня глазами в круглых очках.

— Здравствуйте! — поприветствовала неизвестного. — Это мой чемодан, он потерялся, а теперь нашёлся. Я заберу его, ладно?

Дверь распахнулась шире, и я узрела плечи обладателя этой головы. За плечами высунулось и всё остальное, заставив меня ахнуть — туловище незнакомца заканчивалось хвостом. Да-да, таким полупрозрачным хвостом нежно-салатового цвета.

— Вы кто? — невежливо спросила я.

Хвостатое существо переместилось ближе, и я не смогла отследить, как оно это сделало.

— Я комендант общежития Гуссейн ибн Гассан. Вы ко мне, дарна?

— Нет, я не спрашиваю, кто Вы, то есть спрашиваю, но не... не об этом, — окончательно запуталась в формулировках.

Слова кончились, и я просто обвела руками пространство вокруг хвоста.

— Ах, вот Вы о чём, — улыбнулся Гуссейн, будто только сейчас заметив своё такое явное отличие от людей и магов. — Я джинн.

— Джинн? То есть Вы утверждаете, что вот этот, с позволения сказать, хвост, у Вас с рождения?

— Разумеется. А что Вас так напугало, дарна? Как Вас зовут, кстати?

— Аруана Миррей, — представилась я. — Нет, Вы меня не напугали, просто я думала, что комендант... ну...

— Договаривайте, дарна, не стесняйтесь. Вы хотели сказать, «должен быть человеком», так?

— Ну, в общем, да, — помявшись, согласилась с комендантом. — А Вы джинн. В принципе, всё нормально, быть тэри гораздо, гораздо хуже, чем джинном.

Гуссейн ибн Гассан поправил очки на носу и пригласил меня в кабинет.

— Проходите, дарна, подумаем, куда Вас заселить. Вы ведь первый курс, правильно?

— Точно. Хотелось бы комнату поменьше, не люблю, когда много соседок.

Комендант предложил мне сесть на кожаный диванчик и угостил чашкой ароматного, чуть кисловатого чая.

— Вкусно! С чем чай? С лимоном?

— С бергамотом, — поправил джинн. — Берите конфеты, вкусные, вишнёвые.

— Спасибо! — поблагодарила я, разворачивая полосатый фантик. — Так что с комнатой?

Гуссейн задумчиво рассматривал какие-то бумаги, бормоча себе под нос.

— ... если поселить Вас сюда... нет, здесь старшекурсники, учиться не дадут... тогда, может... нет, тоже не подходит... вот, знаю.

Он подлетел к ящичкам под потолком, взял связку ключей и спустился обратно.

— Вот, комната номер двадцать шесть, второй этаж, от лестницы налево. Один ключ Ваш, другой запасной. Соседка уже заселилась, тоже первокурсница. А, вот ещё. Возьмите это.

Он протянул розовую бумажку, на которой мелким шрифтом было что-то напечатано.

— Правила проживания в общежитии. Особое внимание советую обратить на пункт первый. Вам всё понятно, дарна Миррей?

— Да, Гуссейн ибн...

— Можете звать меня просто Гус. Моё имя сложно запомнить.

— Договорились, Гус. Или я должна добавить антан?

— Нет, Гус, просто Гус. Помочь Вам с вещами?

Второпях я и забыла о пакетах с коробками, не говоря уж о чемодане. За раз мне их точно не унести.

— Было бы здорово, спасибо.

Джинн легко поднял мои вещи, направив на них указательный палец и заставив плыть по воздуху. У двери с кривыми цифрами два и шесть остановился, постучал и толкнул дверь.

Чемодан, пакеты и коробки вплыли в комнату и приземлились на свободную кровать. Джинн удовлетворённо кивнул и попрощался, а я принялась разглядывать место, которое станет мне домом на ближайшие три года.

Две кровати с металлической сеткой и тумбочки возле них, письменный стол у окна с видом на горы, шкаф для одежды и пара стульев. Аскетично, удобно, но не то чтобы комфортно. За отдельной дверью — туалет, за второй, видимо, ванная – там шумела вода и кто-то пел высоким, приятным голосом.

Жить можно, решила я, распаковывая вещи. Прежде всего извлекла из чемодана швейную машинку с ручным приводом — мою гордость. Шить я обожала, у себя на родине обшила всех родных и знакомых и собиралась заниматься своим любимым делом и в академии.

Установив на тумбочке машинку, распаковала форму: интересно, что мне придётся носить начиная со следующего понедельника? И застыла в недоумении, вытянув из пакета шёлковые чулки. Белые, с кружевом наверху, и полупрозрачные.

За этим занятием меня и застала соседка, как раз закончившая мыться. Короткий шёлковый халатик обнажал её стройные ноги, а тюрбан из полотенца на голове непостижимым образом украшал девушку.

— Привет! — дружелюбно сказала она. — Ты здесь будешь жить? Я Нелли.

— Привет! С лёгким паром! Аруана.

Обмен приветствиями закончился, и я вернулась к созерцанию чулка.

— Ты так на него пялишься, будто хочешь съесть, — пошутила Нелли. — Это всего лишь чулок, часть твоей формы.

— Я что, должна надевать их каждый день? В обязательном порядке?

— Ну а что в этом такого ужасного? Мило и сексуально.

— Но я никогда не носила чулок.

— Вот новости! А что ты носила, если не секрет? Бабушкины рейтузы? Колготки? Или... ничего вообще?

Глаза её загорелись нездоровым блеском. Вот я попала так попала, девица-то озабоченная!

— Колготки носила, — буркнула я. — А чулки слишком провокационные.

— Да ладно тебе! Все девчонки носят чулки. И потом, ты не можешь отказаться от них.

— И что, меня прибьют, что ли? Если откажусь?

— Нет, конечно, — покачала головой Нелли, устраиваясь на кровати. — Но тогда ты будешь выделяться, оно тебе надо? О, а мини-юбки ты тоже не носишь или как?

Я достала короткую юбку в красно-синюю клетку. Примерила — она с трудом закрывала места, которые нельзя показывать никому.

— Сумасшествие! Если я такая пойду на занятия...

— ...то все парни в группе будут твои, — закончила Нелли.