Академия разрушителей. Мое истинное оружие

Глава 21

Эрика задремала прямо в бадье и очнулась только когда снова открылась и закрылась дверь. Приоткрыв один глаз, она увидела на табуретке рядом чистую рубашку и белье.

– Спасибо, – тихо пробормотала она и потянулась к кусочку ароматного мыла. – Жаль, закончится скоро.

Но ее разочарование быстро сменилось предвкушением. Они прошли первую боевую практику! Значит, Мастера выделят разрушителям один день отдыха перед новыми заданиями. Настоящий выходной! Можно выйти в город, пройтись по рынку и крохотным магазинчикам, спрятанным в каменном нутре домов.

– Надо уговорить Мару купить новое мыло.

О, а там же будет что поесть!

Прямо на улице жарили мясо, продавали фрукты в карамели и свежий хлеб.

Рот сразу же наполнился слюной.

Хорошая идея! А то, кроме учебы и испытаний, они не видят толком ничего.

В тишине ванной, когда рядом не ворчал оборотень, Анни медленно погрузилась в поток мыслей. Во время испытания думать некогда, нужно сражаться. Сейчас же вспомнился и визит матери Мару, его новая невеста, и где-то в дальнем уголке тлел огонек негодования и волнения о судьбе Лики.

Девчонка не заслуживала ни капли доброты за все, что вытворила во время боя, но все же она живой человек.

И куда она могла деться?

В Академию Лика не вернулась. По правилам Мастер над мастерами должен была отправить Искателей на поиски пропавшего ученика, а учитывая, что папка у Лики совсем непростой, то и участников испытания могут привлечь к поискам.

Повесить на них ответственность за исчезновение бедной, хрупкой Лики.

Эрика передернула плечами. Ей совсем не хотелось сталкиваться с родителями девчонки лицом к лицу, но внутри скреблась тревога за чужую жизнь. Какой бы стервой ни была Лика, но затеряться в неизвестности, не в силах вернуться домой, остаться в окружении смертельной опасности – этого никто не заслуживал.

Задумчиво натирая руки и шею мылом, девушка невольно вспомнила новую невесту Мару, и болезненная холодная иголка ревности кольнула сердце.

Действительно ли оборотень готов отказаться от семьи и остаться в Академии? Он говорил уверенно.

Но Эрику терзали сомнения. Мару никогда не давал ей повода сомневаться в себе и принятых им решениях. Оборотень был настолько непоколебимым в некоторых вопросах, что Эрике было стыдно сомневаться в нем, но все же, когда на кону твоя семья и будущее в стае…

Да и невеста такая красивая, явно непростая и наверняка может добиться желаемого.

Казалось, она из того типа женщин, кому просто так не отказывают.

Даже думать об этом не хотелось!

"Всё равно все зависит от Мару. Ему принимать решение. Что я могу сделать?".

Выбравшись из бадьи, Эрика взяла с полки отрез грубой ткани, заменявший полотенце.

Натянув чистое белье и рубашку Мару, девушка почувствовала себя намного лучше. Не хотелось забирать голову пустыми размышлениями о вещах, на которые она никак не могла повлиять.

Все будет так, как должно быть. Эрике остается только верить в своего напарника. Больше ничего.

Когда девушка вышла в комнату, бросил на нее быстрый нечитаемый взгляд и на секунду его глаза потемнели, а брови сошлись к переносице.

Хмурый вид ему совсем не шел.

– Завтра у нас будет выходной, – Эрика невольно смутилась и отвернулась. На душе снова стало неспокойно. – Мы сможем…

– Как захочешь, – оборотень ответил быстрее и резче, чем обычно. Что-то было в его голосе странное, непривычное. – Завтра праздник. День "Долгой дороги".

Точно.

Мару когда-то об этом рассказывал. На главной площади города зажигают магические огни, в честь богини-хранительницы Эолы.

Считали, что она следила за всеми живущим людьми, и она же проводила их души после смерти в иной мир, где они обретают новую жизнь.

Переход душ в другой мир называли "Долгой дорогой".

Мару быстро прошел мимо Эрики и остановился у двери ванной.

– Ложись спать на кровать, хорошо? Нам обоим нужно нормально отдохнуть.

Эрика растерянно кивнула, а оборотень закрыл за собой дверь, и вскоре она услышала плеск воды.

Сев на краешек кровати, девушка завалилась набок и прикрыла глаза. Ей хотелось поговорить, спросить, что не так, развеять сомнения, но спать хотелось сильнее.

И когда Мару все-таки помылся, Эрика уже сладко посапывала, уткнувшись носом в подушку.