Академия Семи Стихий. Семерида

Глава 29. Веяние перемен

Муж неожиданно сменил тактику поведения, стал появляться передо мной, куда бы я не пошла. Я начала регулярно встречать его в коридорах академии по пути на занятия, в академической столовой, на дорожках парка во время прогулок. Каждый раз он приветливо улыбался мне, кивал, желал доброго дня или вечера, но близко не подходил, ограничивался улыбками и ласковыми взглядами. Лэйт терпеливо ждал, что всё плохое, случившееся между нами, забудется, уйдёт на задний план под натиском новых приятных впечатлений. Избранная им тактика вполне могла сработать со временем.

Меня устраивало такое положение вещей. Лэйт не мешал мне жить спокойно, а я не мешала ему делать то, что он хочет. Такой своеобразный нейтралитет, который, конечно же, не мог продолжаться долго. И действительно спустя неделю муж в образе адепта Найта подсел за мой столик в столовой. Сел за противоположенный край стола, на расстоянии примерно полутора метров от меня. Хищно усмехнулся и произнёс с дерзкими нотками:

– Магесса Мианет Таори, как вы поживали в последнее время? По мужу не соскучились? Говорят, ваш муж красивый статусный мужчина...

Найт говорил громко, с непередаваемыми подзуживающими нотками в интонациях голоса. Адепты, сидевшие вокруг и лениво обсуждавшие свои дела, сразу же навострили уши и начали перешептываться с тихими смешками.

– Могу вас познакомить со своим мужем, чтобы вы лично убедились насколько он хорош, – проговорила я вполголоса, чтобы любопытные слушатели заметили, что я отвечаю, но не смогли разобрать слов.

В глазах Найта отразился злой азарт. Он словно заявил: «Сейчас я выведу тебя на чистую воду! Пусть все узнают, какая ты жена!»

Я смотрела на него, ощущая смущение: «Да, я плохая жена! Но не нужно было принуждать меня к браку. Даже девушки, которые вышли замуж по великой любви, часто несчастливы в браке. А я так и подавно. Живу так, словно меня заперли в клетке, и при этом хотят, чтобы я радовалась потери свободы и была благодарна». Мне много всего хотелось сказать Найту, но не на людях. Похоже, я трусливо не хочу делать свою семейную жизнь достоянием общественности. Мне и без этого немало досталось горечи от разных слухов и пересудов.

Взгляд Найта ещё больше ожесточился, он проговорил приторным тоном:

– Госпожа Таори, вы...

И был вынужден замолчать, так как рядом со столом из воздуха соткалась фигура ректора Татума, который грозно прошипел: – Найтис Торн, у вас есть время на праздные разговоры в столовой?! Почему я до сих пор не увидел новую главу вашего проекта?! Живо за мной!

Я не успела и рта открыть от удивления, как Найт и Торлис – оба исчезли из столовой. Адепты ещё пошушукались и вернулись к прерванной трапезе. Я же неторопливо собрала тарелки, отнесла поднос в мойку и тоже покинула столовую. Аппетит у меня полностью пропал, и на душе было противнее некуда. Моя жизнь постепенно превратилась в нечто неудобоваримое. И хотя я порядком устала от всего, я не имею права сдаться на полпути. Если сдамся, точно буду жалеть об этом всю оставшуюся жизнь. А этого я точно не хочу.

Я неспешно шла по коридорам академии с приклеенной улыбкой на лице, ощущая себя марионеткой в руках судьбы. Провидение вертит мной как хочет. Даёт небольшую передышку и вновь бросает в пучину отчаяния. Мне часто кажется, что это никогда не закончится. Что я не смогу справиться. Не смогу вырваться из этого замкнутого круга. При этом я сама виновата во всем и от этого мне невыносимо горько. Я ошиблась, сильно ошиблась, поэтому жизнь поставила меня на колени, и распекает на все лады за излишнюю самонадеянность. Признаю, я бываю взбалмошной, импульсивной и своенравной. Совсем не подхожу для роли примерной жены. Но я и не хотела ей становиться. Поэтому и не могу смириться с уготованной мне участью. Не моё это, и всё!

На моих глазах навернулись слёзы. «Мне жалко себя! Говорят, жалеть себя – малодушно... Но что поделать?! Я такая, какая есть. Может, с годами вырасту в нечто большее, чем своенравная женщина, которая пыталась обмануть судьбу, а в итоге лишь навредила себе. Теперь же когда жизненный урок усвоен, нужно двигаться дальше. Жизнь никогда не стоит на месте, и мне тоже пора действовать. Но с чего же мне начать?»

Я, наконец, дошла до своих новых апартаментов, открыла дверь и с силой толкнула её, закрывая. Однако в последний момент поймала дверцу воздушной петлей и тихо прикрыла. Конечно, настроение у меня сейчас ужасное, но это отнюдь не повод сообщать об этом всем вокруг, громко хлопнув дверью. Я порывисто подошла к окну, преодолевая желание разбить что-нибудь вдребезги.

Потом просто стояла и смотрела вдаль, пока бурлившие во мне эмоции не начали затихать. Огонь – моя стихия, он пробуждает во мне буйство чувств и эмоций. Спокойствие воздуха обычно помогает мне охладеть. Но иногда обе стихии бушуют вместе, и тогда остаётся полагаться лишь на свою человеческую разумность. Воздух во мне пока молчал – не помогал справиться с полыхавшем внутри пламени, но и не мешал тоже.

Я глубоко вздохнула, прикрыла глаза, разогнала эмоции по тёмным уголкам сознания, мысленно представила радостную природную музыку цветущего луга, солнечный день, ярко-голубое летнее небо. Красота представленного мира заполнила меня до краёв, подарив толику надежды на светлое будущее.

– Миа, выход обязательно найдётся... – проговорила я вслух. И ощутила, что пространство передо мной почти неуловимо изменилось.

Открыв глаза, поняла, что вид за окном стал другим. Железные ворота были широко распахнуты, и в них въезжала золочёная карета с королевскими вензелями и гербами на дверцах. В Академию семи стихий пожаловал кто-то из монаршей семьи. Возле ворот, на краю красной дорожки стояла небольшая делегация из преподавателей академии во главе с ректором Торлисом Татумом. «А меня не позвали... – промелькнуло где-то на заднем фоне сознания. – Это к лучшему!» – сразу же заключила я, и чуть отступила в тень портьеры, незаметно понаблюдать за дальнейшим развитием событий.