Академия стихий Folemento

21. Первый год: Яйца докси

04.12.

Эмма лежала на кровати Руби, раскинувшись звёздочкой, и смотрела на свои карты. Она смогла научить подругу играть, но проблема в том, что сама начала проигрывать. И ей это не особо нравилось.

— Зай, признай, туз у тебя? — со смехом пыталась выпытать у неё Эмма. На что Руби лишь загадочно хихикала и прикрывала карты. — Как можно за один вечер научиться так блистательно играть, чтоб обыгрывать меня. Это же нереально! — в шутку возмущалась девушка.

— Нереально, потому что туз всегда в твоём рукаве? — тоже смеялась Руби.

— Аргх, давай сделаем перерыв на чай, я устала проигрывать, — сдалась девушка, бросив карты. После чего поднялась и направилась к чайнику. — Что сегодня? Зелёный? Каркаде?

— Есть что-то клубничное? Зима навевает тоску, я соскучилась по ягодкам, — объяснила свой выбор Томпсон. Она была уверена, что у Эммы есть всё.

— Ради тебя, Любимая, — даже клубнику в декабре, — она достала нужный пакетик с чаем и потрясла рукой, показывая его. — А я люблю всю эту новогоднюю атмосферу, — её взгляд скользнул по сияющей гирлянде, что висела на окне. — Снега не хватает. Может, сходим как-то на Айрис? Я слышала, что весь остров — это горная заснеженная долина. Наверное, там красиво…

— Тебе правда хочется нарушить правило просто ради прогулки? — Руби хохотнула. — Давай такие вопросы лучше с Джеком решать.

Она старалась не показывать того, что ей всё ещё немножко страшно нарушать правила ради забав, но… Руби могла признать, что это весело. И энтузиазм Эммы всегда передавался и ей, заставляя соглашаться на любые шалости, что задумали эти двое.

Рыжая тем временем старательно заваривала чай. Руби всегда казалось, будто она над ним колдует, пусть ничего волшебного в этом напитке и не было. Но Джонсон его обожала. Хотя зимой, наверное, больше хочется пить тёплое какао с зефирками, завернувшись в дурацкий новогодний свитер.

— Готово! — довольно воскликнула Эмма и протянула подруге напиток. — Ой, точно, он ещё слишком горячий для тебя, — и она с помощью палочки левитировала кружку на столик рядом с кроватью.

— Лис, беспалочковая всё никак не получается? — тоскливо спросила Руби.

Все знали, что их Академия единственная, кто так рано учит юных волшебников беспалочковой магии, и уж тем более стихийной магии. В других заведениях этим почти не пользуются, а беспалочковой магией начинают владеть уже в более зрелом возрасте. Многие волшебники вообще считают, что стихийная магия уже мертва.

Но дети, которые учатся здесь — доказательство того, что это не так. Это древняя магия, и она сильнее, чем многие думают. Их поколение ещё возродит её.

— Я… работаю над этим, — слегка растерялась Эмма. — Хочу владеть огнём.

Руби улыбнулась. Земля является самой сложной, но раз к ней она предрасположена больше всего… Тоже нужно тренироваться. Хотя пока что с воздухом она отлично нашла общий язык.

— Я конечно не Джек, но… — она слегка взмахнула рукой, с помощью воздуха призывая к себе чашку. — Может смогу как-то тебе с этим помочь?

Эмма чуть замялась. Её походы в библиотеку в последнее время стали реже, но лишь из-за того, что им начали задавать больше домашки, а они с Джеком по вечерам сидят над зельем невидимости. А ещё нужно готовиться к шоу талантов. Но её стремление к тому, чтоб овладеть стихийной магией, никуда не исчезло.

То, как у Руби с лёгкостью получилось взять воздух под контроль, вызывало у Эммы восторг и искреннее восхищение. Но ей не хотелось напрягать подругу, к тому же, как они с Джеком выяснили, у Джонсон должны быть собственные методы обучения для того, чтоб всё получалось, как надо.

— Ох, нет, Зайка, только не на нашей ночёвке! Если бы я хотела заняться обучением, мы бы сейчас сидели в библиотеке. От Джека тоже нужно отдыхать, — захохотала рыжая. — Только вспомни его лицо «а почему мне нельзя на вашу ночёвку», бу-бу-бу, потому что это женское пространство веселья и обсуждения романов!

— Он просто переживает и… ну не знаю, это мило, — она слегка улыбнулась. — После того, как Роза тебя отравила, он глаз с тебя не спускает.

— Мы с тобой, Любимая, сильные волшебницы! И сможем постоять за себя, — Эмма со смехом навалилась на Руби, обнимая её. — Ну что, ещё одну партию в карты? Я отыграюсь!

— Да… хотела бы я иметь хоть каплю того внимания, что он оказывает тебе… — еле слышно пробормотала она в ответ.

Эмма в этот момент уже тянулась за колодой, чтоб перетасовать её, но от услышанного выронила её и едва ли не засмеялась. Подавившись смехом, чтоб не обидеть подругу тем, что её рассмешили эти слова, она забыла о картах и взволнованно взглянула на неё.

— Что такое, Зая? Мы ведь друзья… Втроём… Он хорошо к тебе относится, может, просто плохо это показывает, он такой, да… — залепетала рыжая. — Но он ценит тебя. Мы одна команда!

Руби хихикнула, но как-то нервно, и опустила взгляд вниз, чтоб не показывать грусти. Но её эмоции были, как открытая книга. Эмма подползла к ней и снова обняла.

— Ты чего?

— Лиса, ты правда не понимаешь или так хорошо притворяешься? — глухим голосом спросила Томпсон, всё ещё не поднимая на неё взгляд.

— Эм… — Джонсон правда не знала, что ответить подруге. Особенно когда не до конца понимаешь, что с ней.

— Мерлин, Эмма, ты правда невероятна. Джек влюблён в тебя до безумия, а ты этого действительно не видишь? — на выдохе проговорила терратеовка.

Эмма дёрнулась от Руби в сторону и нахмурилась. Её слова застали рыжую врасплох. Она не понимала, зачем вообще сейчас говорить о дурацкой любви, если они собрались просто повеселиться. Джонсон тупым взглядом впилась в девушку, пытаясь найти какие-то слова, как-то отшутиться, перевести тему, как она делала всегда, когда разговор заходил в это русло. Но у неё не получалось.