Академия Сумерек. Солнце ночи

41

— Октавия, грёбаных богов ради, не будь такой вульгарной, — выразительно поморщился Тай. — Ты всё-таки говоришь с моей родственницей, наследницей Страрфолла, а не с какой-то титулованной шлюхой…

— Захлопни пасть, Сангстер! Некогда миндальничать; нас всех того гляди за жопы ухватят!

— Ну так не лишай наши жопы единственного шанса на спасение! — рявкнул он, прежде чем просительно уставиться на меня: — Лили, пожалуйста, будь нашим парламентёром, а? Кто-то должен пойти и сознаться. Тебе ничего не будет, даю слово! Во-первых, у тебя алиби, ты была в Блэк-холле, а во-вторых, дядюшка на тебя надышаться не может.

— Твой дядюшка не дурак, знаешь ли. В два счёта догадается, кто спёр книгу из красной секции, — хмуро сообщила я, присев на краешек постели. — Ладно, вот что я думаю: не всё так плохо. Если следовать логике, зелье даже в искажённом виде воздействовало на гормональный фон, никак не касаясь рассудка. То есть и с медицинской точки зрения, и с точки зрения магического права это не приворот, а скорее мощный афродизиак…

— …а значит, передачки вам в тюрягу таскать не придётся, — подхватил Лэндон ехидно.

— «Вам»? — возмутился Дик. — Слышь, белобрысый, охерел тут? Ты тоже участвовал!

— Кто, я?! Ваша честь, я протестую! Вы только посмотрите в мои добрые, честные глаза!..

— Заткнулись, клоуны! — прикрикнул Тай, затем вернул всё своё внимание мне. — А ты верно говоришь, Лили. Я в панике как-то не задумался, но ведь и вправду… привороты по-другому работают. Но всё равно мы накосячили, притом эпично.

— Да и… блин, паршиво как-то вышло, — пробормотал Стеф, зябко обхватив себя руками. — Мы же просто их немного осадить хотели, а в итоге что? Помолвки рвутся, отношения рушатся, рыдающих девчонок противозачаточными отпаивают. Нельзя же так. — Все согласно закивали, даже мой вредный двойняшка. — Я тоже за то, чтобы сознаться.

И так же дружно все они уставились на меня, как голодные щенята на мамочку.

— Хорошо, хорошо, — проворчала я, нехотя поднимаясь. — Надеюсь, вы понимаете, что моё декольте не всесильно, и нам всё равно влетит по первое число? Славненько. Ох, Пекло… Идёмте, девочки, платье выбирать будем.

— А мальчиков взять не логичнее? Ух, мы б тебе выбрали нарядец, прям от души душевно в душу! — Молча продемонстрировала охальнику Фарли неприличный жест, заставив парней радостно заржать. — Да, красотуля, испортили мы тебя вконец!

Платье девчонки выбрали почти сразу, и… и я ведь так и знала, что оно будет красное! И впрямь — титулованная шлюха. Ладно, допустим, я немного преувеличиваю: платье не красное, а скорее алое, такого благородного, холодного оттенка, весьма элегантное и даже почти скромное… Ну, если не считать выреза, так смело открывающего плечи и верхнюю часть груди. Одного беглого взгляда в зеркало хватило, чтобы жарко покраснеть.

— Ну, мисс Целомудрие, и как это было? — насмешливо протянула Тави, копаясь в моей шкатулке с драгоценностями. Мира тем временем расплетала мои косы, чтобы соорудить на голове нечто посолиднее. — Секс с гадюкой. По шкале от одного до десяти.

— Не то чтобы мне есть с чем сравнивать, — в тон ей отозвалась я, расправляя тяжёлую атласную юбку — уже идеально отглаженную, спасибо всем богам за бытовую магию. — Ну, всё было… чудесно? Вроде как.

— Полагаю, на языке нашей скромницы это означает десять гадюк из десяти, — выдала Мира, и мы все дружно захихикали. — Та-а-ак, а грязные подробности будут? Ну типа… сколько раз, сколько сантиметров?

— Серьёзно? О, в следующий раз обязательно захвачу линейку. И секундомер ещё в трусах спрячу.

— А что, ты можешь.

— Так, цыпочки, время деньги, потом потрахушки обсудим, — призвала нас Тави к порядку. И тут же с фирменной ядовитой ухмылочкой прибавила: — Уймись ты, Мира, всё там отлично с сантиметрами! И с разами тоже.

— А ты откуда знаешь? — изумилась та.

— Здрасьте, дорогуша! Я года три как сплю с Блэквудом, который якобы Сангстер. Очень даже ничего. А вы думали, чего я ударилась в унылую моногамию?

— Правда, что ли? — не удержалась я. — Наш чопорный тихоня Тай — секс-террорист?

— А то ж! Чем тише омут, тем жирнее черти. — Наконец, определившись с выбором, Тави застегнула у меня на шее тоненькое рубиновое колье, вдела в уши подходящие серьги и удовлетворённо кивнула. — Вот так, ничего лишнего. Хотя можно было и без побрякушек, твой женишок всё равно их не заметит.

И впрямь, хорошо вышло. Алый атлас красиво оттеняет мою бледную кожу и светлые кудри, струящиеся по спине почти до самых бёдер; рубины подчёркивают потусторонне-сумеречный цвет глаз; лёгкий макияж добавляет лицу выразительности — глаза кажутся глубже, губы яркие и сочные, словно спелый плод… Да уж. Только таблички «возьми меня» не хватает.

— Тема сисек раскрыта, — довольно изрекла Тави, полюбовавшись делом рук своих, ну и Мириных тоже. — Я почти завидую. Ладно, подарочек упаковали, теперь надо доставить прямо в руки.

— В таком-то виде? — с сомнением покосилась я на подруг. — Уж точно не по коридорам в таком шастать. Эх, нам бы телепорт…

— Рано нам ещё телепортами пользоваться, — хмыкнула Тави. — Застрянешь такая красивая где-нибудь в стене, что делать будешь?