Академия Света на улице Тьмы

Глава 23

Никита шагнул ко мне, замер и шумно вздохнул.

- Ничего себе! Аня, я готов поклясться, что пока ты мне не показала, его здесь не было!

Мы молча взирали на фонарь, словно выпавший в наше время откуда-то из прошлого. Фонарный столб, украшенный снизу металлическими завитушками, был гораздо шире, чем привычные для нас фонарные столбы. Сверху столб раздваивался. На концах ответвлений плотно сидели белые круглые плафоны.

Я огляделась. Люди равнодушно шли мимо, только некоторые скользили по нам взглядами, потому что мы с Ником загораживали им дорогу.

Но странного фонаря никто их прохожих не видел.

- Вряд ли он работает, - заметил Никита. - Посмотри на плафоны.

Я прищурилась, разглядывая фонарь. Никита был прав — стекла плафонов были мутными и потрескались в нескольких местах.

И тут я заметила еще кое-что.

Знакомая фигура в колючем сером платке двигалась в нашу сторону с противоположной стороны улицы.

Встав под неработающим фонарем, старушка в потрепанном пальтишке сообщила:

- На вокзал пойду! Нехорошо там, на вокзале-то…

- Тогда зачем туда идти? - спросила я, думая о том, что в таком виде бабулю на вокзал вряд ли пустят сотрудники полиции.

- Зачем идти и куда? Аня, ты вообще с кем разговариваешь?

Голос Никиты доносился до меня словно сквозь плотную завесу. Все мое внимание сосредоточилось на пожилой женщине, которую накануне я видела на пустыре, рядом с Академией.

- Нужно на вокзал, - с нажимом сказала она. - И тебе нужно. Нехорошо там. Поняла?

Я, конечно же, ничего не поняла, но дама, словно выпавшая из тяжелых лет далекого прошлого, уже пошла прочь от меня.

Почему-то в противоположную от вокзала сторону.

- Погодите! - я бросилась за старушкой и попыталась ухватить ее за рукав.

Но ничего не вышло. Моя рука прорезала воздух, а скрюченная фигура в ветхой одежке растворилась в невесть откуда взявшемся тумане.

- Что на вокзале? Зачем мне туда?

Я кричала, совершенно не думая, что обо мне подумают окружающие.

Этим вопросом озаботился Никита.

Он аккуратно, но твердо встряхнул меня за плечи. Я обернулась и, моргнув, уставилась в пространство поверх Никитиного плеча.

- Аня! Какой вокзал? Что происходит?

- Не знаю, какой вокзал. «Новосибирск-Главный», наверное.

Я скинула руки Никиты с плеч и указала на то место, где совсем недавно мы разглядывали старинный фонарь.

- Смотри!

Теперь мы лицезрели перед собой абсолютно пустое место. Там, где стоял фонарь, лежал асфальт — и ничего больше.

Никита провел рукой по своим густым — на зависть всем девушкам — волосам. Походил вокруг несуществующего больше фонаря и сказал:

- Я ничего не понимаю. А ты?

Я-то как раз кое-что понимала. Но решила, что поделюсь своими соображениями с кем-то более опытным. Вот с ректором нашей Академии, например.

В голове звучал голос Марии Петровой. Что же она говорила? Что я могу видеть в городе следы однажды примененной магии. Неужели старушка в платке когда-то использовала магию вот на этом самом месте?

Да нет, вряд ли. Пожилая женщина совсем не походила на человека, наделенного особыми силами.

- Думаю, даже если мы простоим здесь еще неделю — все равно ничего не поймем, - я поднесла ладони к губам и принялась усиленно на них дышать, делая вид, что замерзла. - Так мы идем в кафе?

- Конечно! Тебе нужно поскорее согреться.

В кафе мы заняли мягкий диванчик в самой глубине зала. Никита предложил мне заказать «все, что захочется». Но я ограничилась большой порцией моего самого любимого, клубничного, мороженого. Для себя Никита выбрал пару пирожных и чай.

- Аня, а мне казалось, что ты замерзла, - сказал Никита, когда официант отошел от нашего столика.

- Просто очень люблю мороженое, - я улыбнулась. - Не отказываться же от него в свой день рождения.

- Дай угадаю. Клубничное — твое самое любимое?

- Ну раз я его заказала — догадаться нетрудно!

- Просто…

Никита замялся и откинулся на спинку дивана.

- Что просто?

В неярком освещении глаза моего спутника блестели и казались совсем темными. Ник застенчиво улыбнулся.

- Я заметил, что ты всегда пахнешь клубникой. Любимые клубничные духи?

Я кивнула и не стала уточнять, что моя любовь к летней ягоде не ограничивалась духами. Вся моя косметика — крема, шампуни и даже бальзам для губ — имели клубничный вкус.

- Очень приятный запах, - отметил Никита. - Тебе идет.

В кафе мы просидели целый час, болтая, как старые друзья. Никита рассказывал забавные истории из своего детства, я вспоминала свои.

- А ваши родители связаны с магией? - я проглотила последнюю ложку мороженого и не постеснялась облизнуться от удовольствия.

- Насколько мне известно — нет.

- А Юля…

Я запнулась. Никита меня подбодрил:

- Спрашивай, о чем хочешь.

- Юля говорила, что ее магические способности проявлялись с детства. Что она имела в виду?

Никита уставился в свою чашку с чаем, немного помолчал и все-таки ответил:

- Да, у Юли действительно были… необычные проявления с самого детства. Помню, как-то раз она рассердилась на соседского мальчишку, который дразнил ее, и его самокат вдруг загорелся. Хорошо, что мама была рядом. Еще лучше — что у нее с собой оказалась бутылка воды. Так что самокат она быстро потушила.

- Значит, ваши родители догадывались, что их дочь — не совсем обычная девочка.

- Как тебе сказать…

Ник глянул на меня своими сияющими ореховыми глазами. Прикусил губу и решился.

- С родителями вышло как-то странно.