Академия Света на улице Тьмы

Глава 26

Я села рядом с ним и спросила:

- Разве тебя выбрала не стихия Артефакторики?

- И она тоже, - кивнул Матвей. - Меня выбрали сразу две арки. Не семь, конечно, как тебя, но тоже неплохо!

Матвей улыбнулся без капли зависти, а я смутилась.

- Почему-то я пропустила момент твоего распределения…

- Бывает. Ты, по-моему, как раз отвлеклась на своего невысокого плечистого друга.

Мне сразу захотелось объяснить, что Никита — просто мой сосед. Даже другом его можно было назвать лишь с натяжкой, а Матвей явно намекал на что-то большее!

Но тут в мрачную, тускло освещенную аудиторию, вихрем ворвался круглый человечек.

- Здравствуйте, ребята! - пухлячок лет сорока на вид провел рукой по переносице и растерянно взглянул на свою ладонь.

Мы поздоровались. Полагаю, все мы думали об одном и том же — упитанный подвижный мужчина подходил на роль преподавателя некромантии так же хорошо, как борец сумо — на роль прима-балерины в Большом театре.

- Опять где-то очки забыл, - пожаловался нам мужчина.

Тяжело вздохнув, он щелкнул пальцами и в руку ему упали очки. Упали из ниоткуда.

- Вот это, я понимаю, магия! - Матвей привстал. - А нас так научите?

Водрузив очки на нос, преподаватель сразу обрел куда более серьезный вид. Он провел рукой по абсолютно гладкой, без единой волосинки, голове, и сказал:

- На моих занятиях адепты сидят по одному. Места, как видите, достаточно.

Это была чистая правда. Половину аудитории занимали порядка двадцати столов. Вторая половина была просто пустым пространством. Я подумала, что на свободной части аудитории адепты могут отрабатывать практические некромантские навыки.

Что это могут быть за навыки, мне даже думать не хотелось.

- Меня зовут Николай Клодов, - представился лысый преподаватель некромантии. - Я попрошу вас, Анна Ренет, занять отдельное от вашего друга место.

Глаза Николая блеснули за стеклами очков.

Я повиновалась и, пока устраивалась за соседним столом, думала о том, как обманчиво бывает первое впечатление. Пожалуй, роль некроманта вполне подходила суровому Николаю Клодову. Очень даже подходила.

Преподаватель окинул взглядом почти пустую аудиторию и сокрушенно покачал головой.

- Впервые на моей памяти такое, - сказал он, вроде бы ни к кому не обращаясь. - Всего четыре будущих некроманта! И куда, спрашивается, катится наш мир?

Задав этот риторический вопрос, Клодов встряхнулся. Сообщил нашей малочисленной группке, что пора переходить к делу и одним движением руки вырастил преподавательский стол до высоты примерно в полтора метра.

- Чтобы всем было видно! - объяснил Николай.

Сначала мне показалось, что смотреть там особо не на что. На светлой столешнице возвышалась кучка земли, похожая на муравейник.

Единственное, о чем я успела подумать — это о том, что стол серьезного преподавателя не самое подходящее место для разведения муравьиной фермы!

Николай раздраженно цокнул языком.

- Призываю вас, адепты, использовать те навыки, которые вы уже получили. Освободите сознание от посторонних мыслей. Все, о чем мы будем говорить на этом занятии — чрезвычайно важно. Так что я настоятельно рекомендую не забивать головы всякой ерундой!

Произнося эту речь, Клодов смотрел только на меня. Чувствуя, как заливаюсь краской, я низко опустила голову и коснулась кулона, спрятанного у меня на груди под плотной тканью форменного платья.

Прикосновение к фамильному артефакту успокаивало и как будто делало меня увереннее.

Николай встал перед классом. Его голос зазвучал низко и ровно.

- Некромантия — это не просто управление мертвой энергией, как считают многие. Это искусство находить баланс между жизнью и смертью.

Преподаватель провел рукой над небольшим курганом земли, который, конечно же, оказался никаким не муравейником. Земля зашевелилась, из нее показались тонкие, бледно-зеленые стебли, которые тут же увядали, не успев расцвести.

От увиденного у меня перехватило дыхание. Зря я так предвзято относилась к некромантии!

- Видите? - спросил Николай. - Даже в смерти есть жизнь, а в жизни — смерть. И наша с вами задача — научиться управлять этим переходом.

Клодов сообщил, что, в отличие от своих коллег, предпочитает не растягивать теоретическую подготовку на целый месяц. Так что мы сразу приступили к практическим занятиям.

Преподаватель провел нас через всю аудиторию, к неприметной двери, ведущей, как оказалось, в отдельное помещение. Мы по очереди протиснулись через узкий проход.

Я исподтишка поглядывала на сокурсников. Сама я нервничала ужасно и отметила, что и Матвей, и плохо знакомая мне Виктория Новак тоже выглядят взволнованными. Матвей сжал губы в нитку, Виктория так крепко стиснула ладони, что побелели костяшки пальцев.

Зато Екатерина Громова… Вот она являла собой воплощенное спокойствие.

Еще недавно я считала, что доброжелательная девушка совсем не походит на некромантку.

В тот день мне во второй раз пришлось убедиться в том, что не стоит слишком доверять первому впечатлению, которое сложилось у тебя о человеке.

Перешагнув порог аудитории, мы очутились в абсолютно темной комнате. Клодов присвистнул, и тогда вокруг нас вспыхнул ослепительно-белый свет. В его искусственном сиянии я видела только Екатерину Громову. Она вела себя как истинная некромантка — спокойно и собранно, словно бывала в подобных ситуациях множество раз. В глазах Екатерины читалась едва заметная тень превосходства. Она не улыбалась и не дрогнула даже тогда, когда Клодов подвел нас к предмету в центре белой комнаты.

А вздрогнуть было от чего!

В центре помещения стоял саркофаг. По моим оценкам, высота гладкого ящика достигала трех метров.

О том, что может находиться внутри, я постаралась не задумываться.