Академия Света на улице Тьмы

Глава 43

Мария рассказала, что Елена Романова в свое время тоже попыталась справиться самостоятельно. Сама создала три защитных кристалла, сама провела обряд защиты.

Но это не сработало.

- У нее, у этой Елены, хотя бы была кровь ведьмы, раз уж она сама ею была, - заметила Катя. - А вот где нам раздобыть хоть капельку ведьминской крови?

- Я подумаю, что тут можно сделать. - Мария встала и кивнула на книгу на моих коленях. - Позволишь, Анна?

Я протянула книгу преподавательнице, с волнением ожидая возможной реакции. От Александра книга защищалась. А вот Кате спокойно далась в руки.

Интересно, как книга отреагирует на прикосновение Марии?

Старинное издание без споров легло в руки Марии Петровой.

Я выдохнула. Потому что уже понимала, что написанная ведьмой Романовой книга может служить неким маркером надежности. Скорее всего, своей реакцией она подсказывала, кому я на самом деле могу доверять.

- И что будем делать? - спросила Катя.

- Вы отправитесь домой и отдохнете. А я изучу книгу. Возможно, найду что-то новое.

Мы с Катей попрощались с Ивановой и двинулись к выходу.

- Аня, задержись на минутку, - окликнула меня Мария.

- Я тебя на улице подожду, - дипломатичная Екатерина вышла и плотно прикрыла за собой дверь.

Я вопросительно взглянула на Марию. Она поглаживала книгу в своих руках и смотрела куда-то в сторону.

Наша опытная преподавательница определенно нервничала.

- Аня, - наконец произнесла она, - у меня к вам просьба, которая может показаться странной. Не могли бы вы поискать дома фотографию вашего отца? А еще лучше — свидетельство о вашем рождении. Я понимаю, что ваши поиски наверняка вызовут вопросы у вашей матери…

- Да без проблем, - я вклинилась в паузу. - Мама в командировке. Я поищу. Может, объясните, зачем?

- Непременно. Когда найдешь.

Катя ждала меня на скамейке под раскидистым дубом. Она сидела прямо, слишком прямо — я бы сказала, еще прямее, чем обычно.

Щеки ее пылали.

- Что-то случилось?

Громова вскочила с места и пошагала к выходу с пустыря. Я поспешила за ней.

Взбудораженная Катя остановилась только во дворе моего дома. Она повернулась ко мне и, кусая губы, сказала:

- Я наткнулась на него. Честное слово, абсолютно случайно!

- Ничего не понимаю. На кого ты наткнулась?

- Да на ректора же!

- И что?

- Он вылетел из двери. Прямо на меня. И…

От воспоминаний Екатерина раскраснелась еще сильнее.

- Что «и»? Катя, да что случилось-то?

Я и сама уже разволновалась не на шутку.

- Он был в одной рубашке, - округлив глаза, прошептала Катя. - И рукава закатал до локтей. Я смогла… В общем, я смогла разобрать одну надпись.

- Ты же говорила, что эти надписи на его руках — непонятные символы.

Я села рядом с Катей и приобняла ее за плечи. Ее хрупкое тело ходило ходуном, Катя то и дело вздрагивала и обхватывала себя руками.

- В этот раз я смогла разобрать некоторые символы. Прямо как с книгой, помнишь? Непонятные буквы вдруг стали понятными.

Я сглотнула.

- И что там было написано?

- «… Ждут тебя, когда ты будешь готов».

- Ждут тебя, когда ты будешь готов, - повторила я. - И что бы это могло значить?

Я стояла рядом с бледной Катей, размышляя о том, что могли бы означать распознанные ею символы на руке ректора. Вот бы увидеть их самой!

- Поднимешься? - спросила я.

- Нет, - Катя зябко поежилась. - Пойду домой.

- Далеко живешь? Может, тебя проводить?

- Не надо. Тут пять минут ходьбы.

Махнув рукой на прощание, Катя развернулась и пошагала вниз по улице. Я проводила ее взглядом и открыла подъезд.

Лифт остановился на первом этаже. Дверцы разъехались, и на площадку ступил Никита.

- Аня!

Он так искренне обрадовался, что, кажется, даже забыл, что в последнее время старается соблюдать со мной дистанцию.

Никита протянул ко мне руки, и я, не зная, как правильно отреагировать на этот жест, легонько их пожала.

- Ты замерзла, - нахмурился Никита.

- Гуляла, - туманно пояснила я. - Там прохладно.

Никита взял мои ладони в свои, поднес к губам и подышал на мою озябшую кожу. От такой заботы мне стало неловко и почему-то захотелось плакать.

- Извини, - я мягко отняла свои руки и шагнула в кабинку лифта. - Я спешу. И… Спасибо. Спасибо, Никита, тебе за все.

Светло-карие глаза с печалью наблюдали, как я нажимаю кнопку тринадцатого этажа.

- Ты помнишь, - произнес Ник.

- Что ты всегда рядом, - вымученно улыбнулась я.