Академия Тёмного Пламени. Когда умирает свет.

Глава 5.

Мираэль очнулась в тишине, которую нарушал лишь равномерный скрип открытой створки окна, которая раскачивалась в разные стороны.

Пахло дождём. Камнем. И немного — ромашкой.

Она медленно приоткрыла глаза. Ткань под щекой была мягкой, как мох. Плотная тёмно-серая штора пропускала рассветный свет сквозь вырезанные символы на ткани, отбрасывая на пол танцующие тени рун.

Комната оказалась просторной — три кровати, три стола, арка книжных полок, общий шкаф с гравировкой в виде спящих драконов и балкон, за которым угадывались верхушки леса и башни Академии.

Мираэль села, натянула плед на плечи и прошептала:

— Жива. И, кажется, не в аду.

В этот момент в комнату ворвались две девушки.

Обе — словно полные противоположности, и вместе — как тепло и искра, спор и шутка в одном.

Первая — рыжеволосая, с копной огненных кудрей, веснушками, носом, чуть обгоревшим на солнце, и слишком добрыми глазами. В руках — поднос с кружками.

— О-о-о! Очнулась! Ты посмотри, живая! Ну почти живая!

Она поставила поднос на тумбу и, не спросив разрешения, присела рядом.

— Я — Калла. Не путай с цветком — я кусаюсь. — она хихикнула. — Ты у нас теперь третья. Соседка по комнате.

За ней вошла вторая — высокая, светловолосая, с идеально гладкими прядями и прямой осанкой. Взгляд оценивающий, руки — сложены за спиной. Одетая с почти оскорбительной элегантностью.

— Калла, хватит, а то ты болтаешь как ржавый фонтан.

— Я — Элия. Если забудешь — ничего страшного, ты же только из комы.

Я запоздало кивнула, ещё не до конца понимая, что происходит вокруг.

— Добро пожаловать в Южную башню, Мираэль. Надеюсь, ты не склонна к громкому храпу и магическим взрывам во сне?

Мираэль моргнула.

— Спасибо. Я… не уверена насчёт взрывов. Ещё не проверяла.

Калла прыснула в кулак.

— О-о, а у неё есть юмор. Это редкость для тех, кто выжил после Исповеди Тени.

Мираэль натянула плед на плечи плотнее. Обе девушки смотрели на неё с тенью… сочувствия?

— Что? — голос её стал твёрже. — Вы на меня так смотрите, будто я осталась без ног. Не надо жалости.

Элия чуть опустила взгляд, Калла почесала затылок.

— Эм… это не жалость. Это… ну, уважение, может. Или страх с восхищением. У тебя знак на шее, как у Принесших Равновесие. А это вообще-то… ну… легенда.

— И потом, большинство из нас на Исповеди просто сталкиваются со страхом или болью. А ты — объединилась с собой. Это, ну… немного… пугающе.

Мираэль вздохнула и села ровнее. Кружка на подносе дразняще парила — пахла чем-то терпким, вроде имбиря и черноплодной рябины.

— А я думала, что здесь все угрюмые, неотёсанные, и обязательно всё только чёрное. Скелеты в шкафу, зелья из детских слёз и завтрак в виде воронов…

Калла рассмеялась.

— Ну, скелет у нас есть! Он в подвале, но он добрый. Мы его зовём Харольд.

— А завтрак бывает. Иногда с воронами. Но только по понедельникам, когда кухарка не отошла от выходных. И тогда в кастрюлю летит всё что попалось под руку.

Элия скрестила руки.

— И чёрное здесь — просто практично. Не так видно пятна от крови и неудачных зелий. Хотя я предпочитаю вуали цвета лунного пепла.

Мираэль впервые улыбнулась. Не натянуто. Настояще.

— Спасибо. За… нормальность.

Калла подмигнула:

— Ты пока не спеши. У нас тут с нормальностью — напряжёнка.

Калла хлопнула в ладоши:

— Ну что, хватит сидеть как сычки! Пойдём — покажем тебе Академию. Не всё, конечно, а так, чтоб не заблудилась и случайно не вломилась в кладовую с проклятым инвентарём. — Она скривилась. — Я один раз так сделала, меня потом целый день веником изгоняли.

Элия вздохнула, поправила волосы и строго посмотрела на подругу:
— Никто тебя веником не изгонял. Ты просто споткнулась о собственную иллюзию и проспала в кладовке до утра.

— Ха! Но ведь страшно было, когда дверь сама захлопнулась!

Мираэль, кутаясь в плед, поднялась. Ноги слушались, и в груди стало чуть легче.

— Ладно… покажите ваш легендарный «ад».

Коридоры Южной башни оказались холодными и длинными, но не мрачными. На стенах светились руны, освещая путь мягким серебристым сиянием. Где-то гулко звенели цепи, а за окнами мерцал дождь.

— Тут — библиотека, — показала Элия, не сбавляя шаг. — Но пока тебе туда рано. Сначала надо выжить на первых лекциях. Библиотека любит кусаться.

— Буквально? — уточнила Мираэль.

— Буквально, — серьёзно кивнула Калла. — Я однажды достала книгу, а она меня… ну, не совсем съела, но сильно покусала. Теперь на спине следы, похожие на слово «дура».