Академия Темпат. Книга первая. Чтецы душ.

Глава четвертая

Эпизод первый

Я шла за сэром Прансом и его спутницей. Мне было ясно, что необходимость моего присутствия там, куда меня вели, связанно с утренним происшествием. Но мне казалась, что моя роль сыграна, и я не могла предположить для чего и куда мы направлялись. Миновав центральную часть поместья, и пройдя через все правое крыло академии, мы вышли в небольшой холл. Здесь были лишь холодные стены, и скрипучий деревянный пол. В углу этого помещения была старая, обветшалая лестница с шаткими перилами, ведшая на балкон второго этажа, где можно было увидеть множество дверей. Судя по всему, это было больничное крыло, и ему не помешала бы реставрация. Мы поднялись по лестнице, прошли по балкону к дальней его двери, у стены и мои сопровождающие остановились. Обращаясь ко мне, первой заговорила девушка:

- Состояние Митсау очень нестабильно, поэтому прошу тебя быть терпимой к ней. – Она говорила шепотом, выражаясь таким образом, словно я уже умудрилась как-то навредить этой несчастной девушке. Я непонимающе смотрела на лекаршу. – Ты понимаешь, о чем я говорю? – Ее манера общения казалась мне нескладной и не информативной, но, выбора не было, и я коротко кивнула. Пранс-Гонорэт оценив ситуацию, решил вмешаться:

- Руби, это Лантая, - он указал на нее легким движение руки. – Она наш дежурный лекарь в этом учебном году. Нам необходимо узнать, что случилось с мисс Лэндбинегстер, но она отказывается говорить с кем-либо кроме тебя, девочка. – Наконец-то была объяснена причина моего нахождения здесь. – Мы предполагаем, что причиной тому является то, что ты была той, благодаря кому она спасена. Она открыла тебя мощнейший эмпатический поток, если проще, душу. – Пранс изъяснялся разве что не на пальцах. - В связи с этим у вас образовалась тесная связь, довольно редкое явление, но возникающее, как правило, именно в стрессовых ситуациях. На самом деле удивительно то, что ты ее вообще почувствовала… - он отвлекся на то, что я понимающе закивала, и поняв, что мне есть что сказать, ждал от меня ответа.

- Энни, старшекурсница, с которой мы были на поисках Митсау, говорила мне об этом, но в тот раз у меня не получилось ничего почувствовать. Но сегодня утром, мои мысли никак не покидали мысли о случившемся, и я все время думала о Митсау, возможно из-за этого я и почувствовала ее зов. – Предположила я, мужчина, соглашаясь, покачал головой.

- Это занимательно, но об этом позже. Нам нужна твоя помощь. Как ты понимаешь, мы не в том положении, чтобы ожидать, когда Митсау полностью оправиться, поэтому ее связь с тобой, может помочь нам добраться до истины и узнать что случилось. Лантая пыталась объяснить тебе, чтобы ты не мучила ее расспросами, а просто стала ей другом и опорой. Она сама все расскажет, когда придет время. Нам нужно, чтобы ты как можно больше времени проводила с ней.

Выслушав его, я обратила внимание на Лантаю, она сверлила меня взглядом, будто пытаясь оценить, насколько хорошо я все усвоила. Конечно, ее заботу о состоянии лечащихся можно было только похвалить. Но своим напором и неумением изъясняться, она рисковала отпугнуть, любого желающего навестить больного. Но, как я поняла, мне была поручена миссия помощи и коммуникации с пострадавшей, и я не могла отказать им в помощи. Теперь Лантая была готова раскрыть передо мной двери в палату Митсау.

Они пропустили меня вперед, а сами остались за порогом, не желая тревожить Митсау своим присутствием. Я осмотрелась по сторонам. Комнатка была небольшой, каменная кладка стен была побелена, пол застелен узорчатыми коврами, а небольшое готическое окошко пропускало дневной свет, осветивший помещение. В правом углу комнаты, была расположена деревянная кровать где, укрытая одеялами, лежала истощенная девушка, погруженная в дрему. На прикроватном столике стояла ночная лампа и кувшин с водой. Слева от меня, в углу была небольшая, отопительная печурка. За мной закрылись двери, и я осталась наедине с дремлющей Митсау. В комнате было душно, я прошла к окошку и приоткрыла его, запустив свежего воздуха. Около кровати стоял старенький стул, я села на него и решила подождать и, чтобы не тревожить ее, подождать когда она проснется сама.

Время шло, а я смотрела проплывающие в небе облака за окном и размышляла о том, что же могло произойти с Митсау. Я даже подумала об Истинных Темпатах, но помимо того, что о них уже веками ничего не было слышно, кроме историй и детских страшилок перед сном. Это казалось невозможным, но о чем бы я ни думала, как ни старалась найти любое другое объяснение, я понимала, что только у магов уровня Истинных Темпатов могла быть сила, способная довести человека до такого состояния. Даже если бы она случайным образом наткнулась бы на какой-нибудь могущественный артефакт, то для того чтобы он мог сотворить такое, его должен был заколдовать кто-то очень могущественный. И я вновь возвращалась мыслями к Истинным. У меня даже разболелась голова от непрерывных раздумий, а отвлечься было не на что. В тоже время, я осознавала, толку от моих мозговых штурмов мало, и ответы на мои вопросы, вернее вопросы волнующие всех в Академии, могла дать только та, кто пострадала от того, с чем столкнулась.

Я почувствовала на себе взгляд и почти сразу услышала шевеление. Обернувшись, я увидела, как Митсау, глядя на меня, приподнимается в постели. Ее глаза казались вваленными в две черные лунки, а скулы очень сильно выражались из-за впалых щек, настолько, словно их никогда и не было. В голубых глазах не было блеска, а наоборот, даже казалось, что они затянуты какой-то серой пеленой. А светлые, когда-то золотистые волосы, словно бы выцвели и приобрели какой-то сероватый оттенок. Я замешкалась и даже не знала как себя весть, но необходимо было взять себя в руки, и постараться оказать поддержку этой несчастной девушке. Поэтому я выпрямилась на стуле, как бы сбрасывая с себя все обременяющие тени сомнения в том, что я не способна ей помочь, и спросила: