Академия Теней: Апокалипсис

Глава 21. Город, которого нет.

Тишина после исчезновения Хранителя продержалась недолго. Крип первым нарушил её. Он всё ещё был бледен — то ли от холода, то ли от пережитого напряжения, — но уже подошёл к россыпи сверкающих осколков, присел и осторожно поднял один, размером с ладонь. Поднёс к свету, пробивавшемуся сквозь хвою.

— Изумительно… — его шёпот прозвучал громко в этой тишине. — Это же не лёд… это магия?

Пока он изучал осколок, ко мне со спины подошёл Элан. Его руки, обычно такие уверенные, слегка дрожали, когда он осторожно приобнял меня за плечи, не решаясь прижать сильнее.

— Ты в порядке? — его губы почти коснулись моего уха, голос был тихим и каким-то… другим. Непривычно мягким.

«Киро, что… что это было?» — проигнорировав Элана, спросила я у лиса мысленно.

Четвёртый хвост, — в его глазах блеснуло что-то янтарное. — Даёт мне форму моего настоящего облика — духа.

Лис лениво подтянулся и зевнул, из пасти повалил пар.

— Элиана? — Элан потряс меня за плечи. — Ответь! Ты в порядке?

Я моргнула, переводя взгляд с Киро, на его лицо.

— Да… Да, всё хорошо. Просто… всё произошло так быстро…

Он выдохнул, и прижал меня к себе. Его губы мягко коснулись моей макушки. Но я ничего не чувствовала — ни тепла его тела, ни нежности жеста. Перед глазами снова стояло то видение: золотой силуэт, изумрудные нити в сердце… и тонкая, едва заметная нить, тянувшаяся от Киро ко мне и к Элану.

Мысль ударила, как обухом:

«Айрвен ошибся? В Элане тоже есть сила ведьмы? От матери?»

— Стоять здесь до утра — не лучшая идея, — снова нарушил молчание Крип, вставая.

Он бросил один осколок на снег, но я успела заметить, как ещё два-три бесшумно исчезли в складках его плаща.

— Уже смеркается. В этом лесу ночевать не советую, даже после такого… представления. — Он подозвал лошадей ближе.

Элан помог мне сесть в седло, его пальцы задержались на моей руке на мгновение дольше, чем было нужно. Мы тронулись, на этот раз шагом. Напряжение между Крипом и Эланом не исчезло, но теперь оно было оттеснено на второй план общим шоком.

Мы ехали, может, полчаса, молча пробираясь сквозь заснеженные чащи. И вдруг лес словно расступился.

— Стой, — тихо сказал Элан, натянув поводья. Он смотрел вперёд, в ложбину между холмами.

Я последовала за его взглядом и застыла. Вдали показался город, а прямо над ним, в самом небе, зиял Разлом. Небольшой, но его рваные края медленно, почти незаметно ползли в стороны, как трещина на стекле.

— Что-то не так? — спросил Крип, оглядевшись.

Он смотрел в ту же сторону, но его взгляд был пустым, рассеянным. Он видел лишь заснеженные холмы и густой лес.

— Ты не видишь? — спросила я, обменявшись понимающим взглядом с Эланом.

— А что должен увидеть? — спросил он вполне искренне.

— Спустимся — увидишь, — сухо бросил Элан и двинулся вперёд.

Мы стали спускаться по тропе. Снег здесь был утоптан, виднелись следы саней, обронённый кем-то клочок шерсти.

— Я не хочу нагнетать, но по карте мы должны были уже прийти, — Крип натянул поводья, и конь пошёл медленнее. — Может, нужно было свернуть с тропы? — Он посмотрел назад, но всё же прибавил скорости.

Мы с Эланом были в своих мыслях и, если честно, не слушали Крипа. Я всё ещё прокручивала в голове видение. Элан, кажется, тоже — его пальцы машинально касались того места на ладони, где раньше был порез.

Конь Крипа шагал прямо за моим. И в тот момент, когда его копыто переступило невидимую черту, Крип увидел. Он просто замер в седле, уставившись вперёд. Его лицо отражало чистейшее изумление.

Перед нами расстилался не город-призрак, не развалины, не скопление беглецов, ютящихся в землянках. Полная жизни картина. Улочки вились между аккуратными, крепкими домами из тёмного дерева и светлого камня. Резные ставни, дымок из труб, гирлянды из засушенных трав и хрустальных льдинок на окнах — они вспыхивали в лучах закатного солнца, как россыпь драгоценных камней.

Люди — мужчины, женщины, дети — ходили туда-сюда с вёдрами, связками дров, корзинами. Повсюду слышался смех, окрики, лай собак, звон кузнечного молота откуда-то из-за поворота. И над всем этим, пугающе близко, висел тот самый Разлом. Но люди не обращали на него внимания. Как будто привыкли.

— Но… как?..

— Добро пожаловать в Солон, — тихо сказал Элан. — Город, которого нет. — Он выдержал небольшую паузу. — Для некромантов…

Мы вышли на главную улицу. На нас тут же стали оглядываться. Взгляды были разные. На мне — ведьме — и на Киро, идущем рядом, останавливались с любопытством и одобрительными улыбками. Какая-то старушка кивнула, как старой знакомой. Молодой парень улыбнулся и приподнял шапку.

На Элане — с интересом и лёгкой настороженностью. Девушки хихикали и бросали на него игривые взгляды, но тут же отводили глаза, заметив его холодное выражение лица. А вот на Крипе — сразу, с первого взгляда. Холодно, настороженно, а кое-где и с открытой неприязнью.

Возможно, дело было в одежде. Мы с Эланом были одеты как обычные северные люди — тёплые плащи, меховая отделка, ничего приметного. А Крип — как адепт Академии, с имперской символикой на плаще. Герб Вальтаров — серебряный дракон на чёрном поле — сиял у него на плече, как мишень.

Я спрыгнула с коня, чтобы идти пешком. Рядом пробежала девочка с караваем хлеба, улыбнулась мне и сунула в руку тёплую лепёшку. Я даже не успела сказать спасибо — она уже скрылась за углом. Киро кто-то погладил по голове — маленькая ручка мелькнула и исчезла в толпе.

А потом из толпы выскочил мальчишка лет десяти, остановился прямо перед Крипом, смерил его мрачным взглядом и… плюнул ему прямо на сапог. Прямо, чётко, демонстративно. Смачно.

Крип отшатнулся, больше от неожиданности, чем от брезгливости. Он посмотрел на мальчишку, потом на нас — растерянность на его лице сменилась пониманием.

— Видимо, некромантов здесь не жалуют, — сухо сказал Элан, не скрывая лёгкой, едкой усмешки.