Академия Теней: Апокалипсис

Глава 22. Дом, милый дом.

Когда мы поднялись по скрипучей лестнице, Ведана показала две комнаты, распахивая двери одну за другой.

— К сожалению, свободны только они.

Внутри были простые, но чистые помещения: кровать, сундук, стол да печка в углу. На подоконнике одной из комнат лежал пучок засушенной лаванды, и от него шёл слабый, успокаивающий запах.

— Я буду в этой, — тут же заявил Элан, кивнув в сторону комнаты слева и глядя на меня. Подразумевалось, что я буду там же.

Ведана резко обернулась к нему, брови поползли вверх.

— Простите, а вы кем ей приходитесь? Супругом?

— Пока нет, — тихо ответила я, чувствуя, как горят щёки.

— Тогда и лезть в постель к девушке нечего, — отрезала она с такой уверенной интонацией, что спорить было бы бессмысленно. — Дама будет здесь. Одна.

Элан замер. Он явно не ожидал, что кто-то посмеет ему указывать — но возражать не стал, лишь поджал губы. Крип тут же фыркнул и похлопал его по плечу с ехидной усмешкой:

— Слышал, наследничек? Этике тебя учат.

Элан молча, но довольно резко стряхнул его руку. Я видела, как на его скулах заходили желваки, — но он сдержался. Впервые на моей памяти он проглотил оскорбление, не ответив.

— Вы двое — обживайтесь, — скомандовала Ведана, обращаясь к мужчинам. — И смените-ка вид.

Она ввела меня в комнату справа и закрыла дверь. Комнатка оказалась уютной, с небольшим окошком, выходящим на вечернюю улицу. За окном уже зажигались фонари — не магические, а обычные, масляные, с тёплым жёлтым светом. Ведана провела рукой по воздуху передо мной, что-то прошептала — и на кровати появилась аккуратная стопка одежды.

На вид одежда отличалась от нашей южной, но она была настоящая северная, ведьминская. Просторные мягкие штаны из тёплой ткани, удобная рубашка из негрубого льна — не в мрачных, а в спокойных, природных оттенках, цвета мха и спелой сливы. Всё лежало, словно сшитое специально по моим меркам. Я провела ладонью по ткани — мягкая, тёплая, ничуть не колючая.

— На, переоденься. Вымоешься позже, в общем тазу, — сказала она, усаживаясь на краешек стола и принимаясь сматывать в клубок длинную шерстяную пряжу, валявшуюся на подоконнике.

Киро, обследовав угол, решил, что самое лучшее место — это центр заправленной кровати, и приготовился для прыжка. Но Ведана, не отрываясь от своего клубка, просто погрозила ему пальцем.

— Ай-ай-ай. Невежливо — грязными лапами на постель хозяйки. Места много и на полу.

Киро фыркнул и всё же попытался прыгнуть. Но его будто что-то удержало в воздухе — мягко, но неумолимо опустило обратно на половик. Я присмотрелась: от пальцев Веданы к нему тянулись едва заметные серебристые нити, такие же, как и пряжа у неё в руках. Они растворились в воздухе, как только он сдался.

— Ого, — вырвалось у меня. — Он вас слушается?

— Со старыми духами нужно уметь договариваться, — просто сказала она, откладывая клубок. — И показывать, кто в доме хозяин.

— Здорово, — посмотрела на Киро, недовольно отфыркивающегося, но ложащимся на пол. — Я надеялась увидеть кого-то из нашего поселения…

Она покачала головой, продолжая сматывать нить.

— Не все ещё дошли. Дороги опасны. Радиан — он отличная приманка и следопыт. Он нарочно отвлекал охотников, сбивал со следа, чтобы дать другим время. Поэтому и пришёл одним из первых. Остальные… они в пути. Скоро подтянутся.

Я переоделась за ширмой в углу. Новая одежда была невероятно удобной, как вторая кожа. Ткань пахла сушёными травами — не то чабрецом, не то полынью, — и ощущение было такое, будто я наконец скинула с себя не только дорожную грязь, но и чужую роль. Пока я возилась, Ведана без лишних слов подозвала Киро к тазу с водой, который чудесным образом появился в углу, и принялась мыть ему лапы. К моему удивлению, лис не рычал и не вырывался, а лишь ворчал про себя, покорно подставляя лапы. Только кончик хвоста нервно подрагивал.

— Почему ты не одна пришла, Элиана?

Я села на кровать.

— Они… они помогли мне сбежать из Академии. Им можно доверять. Они помогают искать хвосты Киро и закрывать Разломы.

Сделала небольшую паузу, наблюдая за её спокойными, уверенными движениями. Ведана вытирала лисьи лапы полотенцем — тщательно, не пропуская ни одного когтя.

— Ведана… Разлом над Солоном. Он становится ведь больше?

Она наконец подняла на меня глаза. В них не было страха.

— Этот Разлом пока не опасен. В нём нет якоря — хвоста твоего духа. Чуть позднее твой… Киро сможет его закрыть. И мы, сестры, поможем в этом.

— Но как?

Ведана отложила полотенце, подошла и села рядом, приобняв меня за плечи. От неё пахло чем-то удивительно уютным и чистым — как тёплое молоко с горьковатой ноткой полыни. Я невольно прикрыла глаза.

— Всему своё время, птенец. Тебе сейчас нужно отдохнуть, а не голову ломать над тем, до чего ещё нужно дорасти. Ты добралась сюда. Это главное.

Я облокотилась на её плечо, внезапно ощущая всю усталость долгого пути.

— У меня так много вопросов к вам…

Она мягко улыбнулась, гладя меня по волосам.

— И на все будут ответы. Всему своё время, птенчик. Своё время.

Она мягко поцеловала меня в макушку и вышла, аккуратно закрыв дверь за собой. Но стоило только ей спуститься вниз по скрипучим ступенькам. Дверь отворилась с лёгким скрипом, и на пороге возникли...

«Ну, хлопцы». По-другому и не скажешь.

Элан и Крип переоделись в простую одежду северного поселения: грубоватые льняные рубахи навыпуск, тёплые безрукавки из овчины, плотные штаны, заправленные в высокие сапоги.

На Элане всё сидело как-то неестественно ровно. Он и в крестьянском наряде продолжал держать осанку наследника. Рукава были чуть коротковаты, обнажая запястья. Он то и дело одёргивал ворот, словно тот душил его. Крип же, наоборот, выглядел в этой одежде удивительно органично, словно всегда её носил, если не считать едва уловимой насмешливой искорки в глазах.

Плечи Киро вздрогнули. Это были беззвучные рывки смеха.