Академия Теней: Апокалипсис

Глава 40. Киро.

Связь с Элианой оборвалась резко, словно кто-то перерезал натянутую струну. Она уснула — этот щенок влил в неё слишком много силы. Я облизнулся. Во рту — приятный металлический привкус, в носу — сладкий запах аммиака. Её страх за меня. Приятно, но лишнее. Ей нужно беречь себя, а не тратить эмоции на древнего духа, который пережил уже не одну битву.

Тварь двинулась. Массивный ком из плоти и теней перекатился через алтарь, волоча за собой десятки рук — человеческих, звериных, и таких, которым я не мог подобрать названия. От него несло старой кровью и сырой землёй. Чёртов голем.

Я прижал уши к голове и взмахнул хвостами.

Хватит притворяться обычным зверем.

Первый хвост хлестнул тварь по морде — плоть зашипела, запахло палёным. Второй, потяжелее, ударил сбоку, туда, где у этой твари предполагалась шея. Существо заверещало — тонкий, пронзительный визг, от которого внутри круга Элан и Крип рухнули на колени, зажимая уши.

Я лишь оскалился. Для меня этот звук был просто музыкой боя.

Огонь побежал по шерсти, вспыхнул на загривке, на хвостах. Я стал живым факелом.

Какая же приятная мощь… Я и забыл, каково это — сражаться в полную силу. В почти полную…

Из круга донёсся голос Элана — глухой, обрывочный, будто он пытался крикнуть сквозь воду:

— …выключи… эту тварь…

Я оскалился.

Твой круг глушит всё, щенок. Ты сам себя запер.

Я дёрнул хвостом, оттолкнулся и перепрыгнул тварь. В полёте увидел её сверху: тело разворачивалось неестественно быстро, кости хрустели, вставая на место. Десятки рук потянулись ко мне — каждая со своим, особенным уродством.

Голем из сшитых трупов. Как необычно… Чей же ты?

Я приземлился на снег, оставляя горящие следы.

Ну давай, попробуй.

Он оказался проворнее, чем я думал. Я нырнул под удар, но не рассчитал дистанцию — одна из рук выстрелила вперёд, и ржавые когти чиркнули по боку. Неглубоко, но неприятно. Меня отбросило назад, прямо к кромке Разлома, и нас обоих — меня и эту груду мертвечины — затянуло внутрь.

Внутри было тихо. Слишком тихо после грохота боя. Это место напоминало кладбище — перерытое, развороченное, с десятками оторванных конечностей, разбросанных по чёрной земле.

Так вот где тебя создали.

И тут — её голос. Но не тот, к которому я привык. Не мягкий, не успокаивающий, а истеричный, разрывающийся, полный ужаса.

— Киро, сзади!

Я успел. Отпрыгнул назад, и когти голема рассекли воздух в том месте, где только что была моя голова. Глазами я лихорадочно искал Элиану — и увидел. Её тело лежало в кругу, который в это время разрывал Элан. А рядом со мной…

Её душа. Она стояла, выставив руки вперёд, и её силуэт дрожал, как пламя на ветру.

— Сожги эту тварь, Киро!

Голос был пустым. Она применила магию обратного восстановления. Исцеление наоборот. Разрушение.

Второй удар. Коготь прошел в миллиметре от носа. Я оскалился и зарядил один из хвостов на сокрушительный удар. Я поджёг его, но он ещё стоял на ногах.

Трупы сгорают, а магия нет.

К этому времени Элан и Крип вошли в портал. Кто-то из них — не разобрал кто — создал капкан и запечатал голема на месте. Тот рванулся, но призрачные тиски держали крепко.

Элан подошёл ближе и замер, глядя на душу Элианы. Протёр глаза, словно не верил.

— Элиана? Но как… ты же… — он обернулся. Там, в круге, лежало её тело.

— Она в безопасности. Мы не дадим этой твари добраться до круга. — Крип положил руку на плечо Элана.

Элан растерянно переводил взгляд с меня на Крипа, но ничего не сказал — только сжал руку в кулак, что я отсюда услышал хруст его перчаток.

Капкан стал сжиматься сильнее. Крип создал теневые цепи, и они, как змеи, обвили голема, впиваясь в его гнилую плоть. Я вложил в один из хвостов всю свою злость — ту, что копил с тех пор, как меня разорвали на части, — и пронзил грудь твари. Нащупал что-то твёрдое. Сердце. Сшитое из чужих кусков, бьющееся в чужом ритме. Я вырвал его.

Монстр замер. Звуки прекратились.

Вокруг словно остановилось время. Конечности, что пытались разорвать цепи, обмякли. Призрачный дух Элианы стал прозрачнее, а её тело в круге вздрогнуло и задышало — глубоко, жадно, как дышит утопающий, вынырнувший на поверхность.

Разлом схлопнулся с тихим, почти жалобным хлопком. Я рухнул на снег, выпуская лордов из хватки, и позволил себе один-единственный выдох. Всё. Тварь мертва.

— Какого чёрта, Киро? — ледяной щенок поднялся первым, отряхивая снег с плаща. Голос ровный, но желваки на скулах выдавали его с головой. — Как она оказалась там?

Мой четвёртый хвост крепко связан с душой моего проводника.

Я спрятал хвосты — один за другим, втягивая их в тело, чувствуя, как огонь гаснет под шкурой. Рост уменьшался, мышцы опадали, и через несколько секунд я снова стал обычным рыжим лисом. Ну, почти обычным.