Академия Тьмы. Танец под луной

Глава 4

Чувствую, как обжигает щёку, как в голове стучит и звенит. И Дикая боль.

Что со мной? Где я?

Ничего не могу вспомнить.

Рядом мужчина. Он что-то говорит, крепко прижимая меня к себе, но я не вдаюсь в подробности. Кажется, что он чем-то обеспокоен.

Говорит о какой-то ране.

И тут меня словно простреливает: рана!

Перед глазами проносятся картинки: ночь, моя квартира и трое грабителей. Если быть точнее, то один из этих троих — мой убийца.

Я помню, как меня закололи ножом, ударив в живот много-много раз. Как я захлёбывалась собственной кровью, не имея возможности ни закричать, ни даже вдохнуть воздуха — я умирала.

Ещё один, последний удар того злодея — точно в грудь.

И мой мир померк.

Тогда вопрос: где я сейчас? Кто этот мужчина, который что-то там шепчет, покачивая в своих крепких объятиях? И почему он называет меня Сиерой? И мой голос… он чужой мне. А может, это потому, что я перенесла жуткую травму?

Может, меня спасли? Может, я в больнице и нахожусь в коме?

Всё может быть.

И всё же, слишком уж тогда реалистичная картинка у меня в голове, да и прикосновения мужчины я ощущаю очень даже живо.

Что он делает? Спасть? Но… но я не хочу!

Пытаюсь сопротивляться, но не выходит, и меня снова накрывает тьмой.

Просыпаюсь неожиданно, словно от удара. В нос ударил резкий запах, заставляя поморщиться.

Что это за гадость?

— М-м-м, — простонала, пытаясь отвернуться, но вонючий «аромат» будто следовал за мною по пятам.

— Очнулась? Вот и славно. Вот и хорошо, — услышала я чей-то скрипучий голос.

Тут же открыла глаза, резко садясь.

Перед глазами моментально всё поплыло, и меня замутило.

— Ну, что же ты, милочка, — хмыкнул неизвестный, — не нужно делать столь резких движений, тем более после столь серьёзного ранения. Ума не приложу, как ты вообще выжила, Сиера.

Снова это странное имя.

Пытаюсь прогнать туман перед глазами и сконцентрироваться.

Передо мной, в тускло освещённой комнате стоял пожилой мужчина с длинными седыми волосами, заплетёнными в тонкую косу. Седая борода до груди, морщины вокруг, некогда, голубых глаз и добродушная улыбка.

Одет в какой-то жуткого вида балахон и, кажется, ночнушку. Или это платье? Короче, чёрт его знает.

На ногах ботинки с загнутыми носами.

— Вы кто? — тут же вырвалось у меня.

И снова голос, который я не узнаю. Он не мой!

— А-а, с памятью, как я вижу, у тебя беда. Или нет? — и он с какой-то хитрецой взглянул на меня. — А ну-ка, деточка, скажи старику, что последнее ты помнишь?

Нахмурилась.

— Помню свою квартиру…

— Чего-чего? — не понял старикашка.

— Квартиру. — Смотрю на него, он — на меня. И, кажется, он реально не понимает, о чём я ему говорю. — Ну, дом такой.

— А, ясно, — кивнул он. — А что ещё?

— Грабителей и убийцу. Помню, как я хотела убежать, но… — сглотнула. — Но не успела. Тот, кого звали «Серым», несколько раз ударил меня ножом в живот.

И я тут же схватилась за него.

Под руками явственно ощущалась тугая повязка.

Значит, это и в самом деле было — меня зарезали.

— Скажите, уважаемый, а где я?

— А ты, милочка, судя по всему, заняла чужое тело. Дух твой мятежный покинул родное тело, да перенёсся сюда, заняв место чужой души, что покинула своё пристанище.

Сижу, смотрю на него, как тормоз.

— Чего? — хлопаю глазами, пытаясь сообразить, о чём он мне толкует.

— А того, что умерла ты в своём мире, девочка. Вот чего. А тут, как я теперь понимаю, погибла Сиера — невеста нашего магистра тёмных искусств. Ох, не обрадуется он тому факту, что в теле его возлюбленной теперь находится душа другой девушки. Что нет больше его Сиеры.

Слушаю его, а у самой волосы на затылке шевелятся.

Заняла чужое тело? Умерла? Другой мир?

— А…

Не успела закончить, как в помещение ворвался высокий, темноволосый мужчина. Тот самый, что держал меня в своих объятиях.

— Сиера! — в его глазах отразилось облегчение, а на губах улыбка. — Ты в порядке.

Он тут же подлетел ко мне, садясь рядышком на кровать и беря меня за руку.

— Как ты себя чувствуешь? — И, не дождавшись ответа, тут же обратился к старику: — Альфер, скажи, как её раны?

— А что раны, — вздохнул он, — они-то затянутся. Но ты, Крейн, должен кое-что знать.

Мужчина тут же нахмурился.

— Что случилось?