Академия Тригон. Разбитые

ГЛАВА 6: НЕПРИЯТНОЕ ВОСПОМИНАНИЕ

Гилберт делал вид, что мы совершенно незнакомы. Он обращался ко мне так же, как и остальные студенты. Даже не задерживался после занятий, чтобы остаться наедине и обсудить все прошедшие годы. Только радостный взгляд, обращенный в мою сторону в первые секунды его пребывания в академии, дал мне понять, что он тоже скучал.

Несмотря на все положительные отметки, мой брат ужасно безответственный. Постоянные опоздания, регулярные прогулы минимум пары-тройки занятий в неделю, даже был случай, когда преподавательница застала его в кабинете в объятиях со студенткой! Удивительным образом это действительно никак не отражалось на его успеваемости, поэтому преподаватели даже внимания не обращали на эти выходки. Такая вседозволенность поражала меня.

На моих занятиях он взял в привычку перебивать меня во время лекций, вставляя свои высказывания. Возможно, проверяя выдержку братского терпения. Но если так, то тут он сразу в проигрыше. Терпение — это мое лучшее качество, приобретенное за все годы, что мы росли вместе.

Я успевал совмещать преподавание и работу вместе с потрясающим ученым – Глорисом, являющимся моим протеже. Академии нужны умелые руки, способные создавать механизированные объекты, со встроенными интеллектуальными системами. Мы с ним и еще парочкой ассистентов чаще всего работали над броней из прочнейшего материала Омар, добытого из панцирей гигантских существ, напоминающих с виду ракообразных, от чего и произошло их название. Твари, обитающие в недрах иссушенной планеты, являлись угрозой для ее жителей. По началу обитатели планеты использовали способы защиты из привычных материалов, после внедряя в броню добытые панцири существ, и вскоре дошли до разработки, полностью состоящей из Омар. Ученые создали броню с системой жизнеобеспечения, поддержки и контроля здоровья носителя, а за последние десятилетия усовершенствовали, добавив подслой внутренней кожи и экзо скелет для легкого передвижения. И наша работа состояла в том, чтобы продолжать создавать индивидуальные жилеты по имеющимся разработкам.

В этот раз задача отличалась, броню нашли в не привычных условиях, и нам предстояло изучить объект, подозревая о возможной опасности. И не зря. Внутри оказалась встроена система самоуничтожения. Так как я находился ближе всех к броне, то и обнаружил ее первым, заметив бегущие значения на циферблате. Я поспешно сообщил Глорису, чтобы тот вывел ассистентов. Оставалось всего несколько секунд за которые я успел нажать кнопку отпуска герметизации, что помогло уменьшить силу взрыва и спасти многих. От ожогов мое лицо спас защитный шлем, но весь удар пришелся по моей правой руке. Можно считать, что мне не повезло, но у меня на этот счет другое мнение. В этом случае потеря руки минимальный ущерб. Промедлив немного, погибли бы многие. Конечно, я не стал хвастаться подобным поступком. Те, кому я спас жизнь в тот день, были благодарны и сохранили мою тайну, помогая распространять нелепые слухи об отсутствии моей правой руки.

Так мы и выяснили, что конфликты, остановленные века назад, не подавлены окончательно. По разным планетам подбрасывают объекты со встроенными взрывными устройствами. Жители иссушенной планеты в подарок разрешили использовать часть материала Омар для создания будущего протеза. Как же это любезно с их стороны, не описать словами. Карьеру ученого пришлось похоронить вместе с остатками руки, обосновавшись только в кабинете мехатроники в роли преподавателя.

Начиная приходить в себя, и смиряясь с новыми обстоятельствами, я расслышал уже такой знакомый приближающийся звон металлических каблуков, ударяющихся о пол в тихом помещении. В академии разрешалось носить любую комфортную для себя обувь. Гилберт выбирал мужские туфли исключительно с металлическими вставками на подошве. Звуки шагов разносились по всему коридору, сообщая об его присутствии. Я же не делал акцент на своей обуви, комфорт и бесшумная подошва - стали основными критериями. Хотя отдавал предпочтения сапогам с наличием шнурков. Пока я мысленно благодарил технологии, которые позволяют зашнуровывать обувь по ноге одним касанием, мелодичный голос брата заполнил пространство, разбавив унылую обстановку в мед крыле. Его присутствие всегда прибавляло красок. Лёжа с прикрытыми глазами казалось, что мы находимся на нашей родной планете садов, окружённые яркой зеленью и необыкновенными растениями, но вовсе не в белоснежной комнате академии, скудно обставленной мебелью. Даже не хотелось возвращаться в реальность. С усилием воли я позволил себе осмотреться. Гилберт прислонился к стене около моей кровати, скрестив руки на груди.

- Я тебя не расслышал, ты что-то сказал? - произнес я, внимательно рассматривая своего брата, выглядевшего невероятно напряжённым.

- С пробуждением, - буркнул он с возмущенным видом.

- Это чего ещё вдруг такое недовольство?

- Кто угодно мог бы рисковать частями тела, но не ты!

Такой привычный мне солнечный мальчик искрился противоположными эмоциями, сжимая свои руки в кулаки.

- Стоило бы мне помедлить, - разнесло бы на кусочки всех и каждого, не собрали бы никого. Моя рука - малая жертва, поверь. Это сложная ситуация, где нет времени на просчет вариантов.

Брат долго молчал, уронив голову себе на грудь, возможно, осмысливая мои слова.

- И что теперь?

- Останусь только преподавать.

- Поиграем в конструктор, братик? - Гилберт постарался выдать что-то наподобие шутки, но в его голосе явно присутствовали нотки тревоги. - Я помогу с протезом. Без меня ты точно не справишься, – он подмигнул мне своим правым глазом со встроенной черной радужкой и вышел из комнаты, забрав с собой все краски жизни и оставив один на один с гнетущими мыслями.