Академия Тригон. Разбитые

ГЛАВА 8: НЕ ПО ПЛАНУ

Две недели не большой срок, но что-то может войти в привычку. Такими темпами у меня могло развиться косоглазие. Эта раздражающая девчонка всегда садилась в дальний угол кабинета. Не было строгого поручения следить за ней и дальше, но мой взгляд продолжал изучать то ненавистное мне место. На сегодняшней лекции я ее там не нашел. Пока до меня медленно доходило осознание ее отсутствия, я уже успел мысленно выругать Кис за прогул, хотя и знал, что ей это не свойственно. Две недели прошли. Так почему я не почувствовал облегчения? Я продолжал убеждать себя, что задача, поставленная Советом, выполнена, и девушка не нуждается в моем наблюдении. Но что-то все еще не давало мне покоя.

Чтение привычных лекций шло затруднительно, мои мысли разбивались на осколки, с трудом собираясь в цельные предложения. Старшекурсники отсиживали мехатронику без особого желания, не замечая, как я, запинаясь, повторял одни и те же фразы. Ближе к концу занятия на меня навалилась непреодолимая усталость. Еще немного, и я был готов отключиться, рухнув без сознания посреди кабинета.

После смерти брата сон оказался роскошью для меня, которую я не был в состоянии себе позволить. Когда часы академии показывали полночь, я оставался единственным блуждающим по коридорам от своего кабинета до комнаты моего брата. Что я только не перепробовал, пытаясь взломать эту проклятую дверь. Система безопасности просто на блестящем уровне. Доступ имелся лишь у владельца и самого Совета, связаться с которым не представилось возможным. А если кого-то примкнет в собственной комнате, то можно сразу попрощаться с надеждой выбраться из нее? Или в таких случаях предусмотрены другие варианты? Я знал о всех правилах академии, но меня до ужаса злило решение Совета не допустить меня в комнату родного брата. Поэтому, как только голограмма на потолке сменялась с закатного солнца на глубокую ночь, я, не сдаваясь, продолжал искать способы снять блокировку с двери.

Прозвучал спасительный сигнал, и еле дождавшись пока студенты освободят помещение, я закрыл кабинет и последовал следом за ними в коридор.

- Тебе бы поесть, Криспин, совсем щёчки впали, – сочувствующе прокряхтела проходящая мимо преподавательница астрофизики, когда я направлялся к лифту.

- Спасибо за замечание, - проворчал я в ответ, - мне бы поспать тоже не помешало.

По академии перемещалось множество лифтов, имитирующих разнообразные ландшафты, и в каком предстоит ехать всегда оказывалось сюрпризом. Двери неспешно разъехались, и передо мной предстал вид на зеленеющий парк. Как только я ступил на каменную брусчатку, заменяющую пол лифта, искусственный ветерок взъерошил мои волосы. Озеленение пространства в Тригоне не редкость, в секциях отдыха легко можно найти комнаты, засаженные травой и даже с встроенными в полы искусственно-созданными прудами. Но я скучал по дому, по тем живым деревьям и растениям, растущим на наших землях. И эти не естественные локации вызывали ничего кроме отвращения.

Добравшись до своей комнаты, я тут же упал в объятия мягкой кровати, даже не раздеваясь. Меня не было здесь по меньшей мере пару дней. Все свободные часы, не смыкая глаз, я работал в подсобной комнате над усовершенствованием протеза. Пробуя и добавляя что-то новое в механическую руку, в надежде, что дверь в комнату брата все-таки поддастся с моим очередным изобретением. В процессе меня отрубало прямо за рабочим столом, лишь иногда в перерывах между занятиями, мне удавалось добраться до кровати и отдастся минутам сна. Сейчас был как раз тот случай. Только моя голова коснулась подушки, все мысли разом обрушились на меня, не давая заснуть, прокручивая недавние события на повторе. Но как только перед глазами начали мелькать волосы цвета бирюзы, я погрузился в сон.

По ощущениям прошло не больше десяти минут, раздражающий писк будильника продолжал раздаваться, действуя мне на нервы и извещая о скором начале следующей лекции. Не с первой попытки, но мне удалось отключить этого мерзавца. Заставив себя подняться, я снял механический протез и направился в ванную комнату, в надежде, что холодный душ приведет меня в чувства. Я намеренно окатил себя ледяной водой. В душевой автоматически включилась система прогрева, не давая замерзнуть, перестраивая воду на комфортную температуру. Ну и дела. Не дадут околеть даже по собственному желанию. Струи воды омывали давно зажившие шрамы на моем теле, их было не много, но каждый являлся весьма памятным. В основном все они были получены во время работы над механизмами в академии, лишь парочку я приобрел в детстве. Самой весомой травмой стала потеря правой руки. Именно Гилберт помог мне создать механический протез по прошлым технологиям, действующий на индивидуальных импульсах моего мозга с внедрением в конструкцию материла Омар. Мы оба вложились в эту разработку. Тогда то он и показал свои способности во всей красе, сумев восстановить порядок импульсов в моей руке и присоединить протез к телу без внедрения имплантов. Брат установил датчик по внешнему контуру моей руки, подключив его через два прозрачных проводка, присоединенных к моему затылку, тем самым открывая возможность улавливать импульсы мозга и приводить протез в движение. Меня снова кинуло в дрожь от нахлынувших воспоминаний о брате. Пережив многое, я окончательно убедился – ничто не сравнится с душевной травмой.

С максимально недовольным выражением лица я выбрался из душа, успев заметить отражающегося в зеркале уставшего мужчину, уже мало похожего на того, кого я наблюдал здесь раньше. Не помешало бы побриться, хоть это вряд ли бы помогло моему лицу выглядеть лучше, но сейчас на это времени совсем не оставалось. Приодевшись в свежий комбинезон и накинув измятый халат, я всеми силами заставил свое тело выйти в коридор и направиться на занятие. Ну что ж, Криспин, преподаватели не прогуливают.