Академия Тригон. Разбитые

ГЛАВА 10: ВОСПОМИНАНИЯ О ПОЛЕТАХ

В тот момент я не находился на лётном поле. Поглощённый учебной рутиной, к которой привык за годы преподавания, я сверял правильность схем, выполненных студентами, пока мой младший брат парил над академией. Меня совсем не интересовали соревнования по космополетам, поэтому без зазрения совести я пропускал все мероприятия в которых он с удовольствием принимал участие. Даже механизмы строения космокораблей привлекали меня намного больше самих полетов, да и любой другой жизни в целом.

Еще по исполнению двадцати одного года, когда мне пришло электронное уведомление с приглашением обучаться в Тригоне, моя, уже бывшая, девушка Кайли сообщила о разрыве отношений, как только узнала о моем зачислении в академию. Она планировала семью и не представляла возможным ждать моего выпуска три года. Но я тогда не мог отказаться от своей мечты стать ученым. Хотя потом жизнь насильно увела меня с этого пути. Но, по правде говоря, я и вовсе не любил Кайли, и не знал, способен ли вообще на подобные чувства. С тех пор я полностью посвятил себя наукам. И после окончания обучения возвращаться обратно и наблюдать свою бывшую девушку с другим мужчиной я тоже не горел желанием. Так я и решил продолжить работу именно здесь, в Тригоне, не возвращаясь на родную планету садов в поисках подходящей вакансии. Не исключено, что там меня ждала бы другая жизнь. Но оставаясь здесь, я полностью посвятил себя академии.

Прервав мои размышления, в кабинет вбежала молодая преподавательница, чуть ли не сбивая стоящие у входа приборы. Ее светлые волосы с перебойно светящимися нанодиодами растрепались, открывая линии на шее, напоминающие белые узоры. Лабораторный халат, явно больше на пару размеров, бесформенно висел на стройной фигуре. Такие носили все, кто работал либо с устройствами как я, либо с живыми организмами. Она сорвалась прямиком с практических занятий по биоинженерии, чтобы незвано ворваться ко мне.

- Срочно в медсекцию! - задыхаясь проговорила девушка.

Не став задавать лишних вопросов, я последовал за ней. Минуя коридоры и секции академии, мы зашли в стерильно белую комнату. Яркий свет ламп ослепил меня на пару секунд, но прояснив зрение я побледнел от увиденного. Знакомый мне черноволосый парень лежал без сознания на операционном столе. Простыня, которой прикрыли стол, почти полностью пропиталась его кровью. Левая нога парня была раздроблена до бедра, а кости выпирали осколками. Правая оказалась целой, но изрядно исцарапанной. Под светом ярких прожекторов его лицо напоминало фарфор и выглядело практически безжизненным.

- Гилберт…

После проведенной длительной операции я сидел уже несколько часов рядом с его кроватью, и, в ожидании пробуждения, наблюдал как трепещут ресницы закрытых глаз. Что меня радовало, он дышал, почти неслышно, но дышал. И я уже начал бы дремать, как услышал ворчание с нотками сарказма.

- Ооо, - протянул Гилберт, приподнимаясь на кровати, - а я только на днях задумывался, какую же часть тела мне обновить следующей. Это ты так постарался? – он внимательно принялся изучать обновленную ногу и линии между стыками, осторожно проводя по ним пальцами.

- Пришлось.

- Ну, теперь мы с тобой в расчете, братик. – сказал он, намекая на его помощь в создании протеза для моей руки.

- Имплант приживется, и ты снова сможешь летать.

Гилберт посмотрел на меня как на идиота, прищурив свои разноцветные глаза.

- Не смогу.

- Почему? – я по-настоящему не мог понять Гилберта, - Прогресс вполне себе позволяет…

- Я до ужаса боюсь высоты, - протараторил брат, перебив мою мысль.

- Как это понимать? – его слова не укладывались в моей голове, - Ты ведь обожаешь полеты, участвуешь в соревнованиях! И даже планировал посвятить этому предмету оставшиеся годы обучения.

- Да, и надеялся стать первоклассным пилотом, - подтвердил он, - Я действительно обожаю полеты, – брат сделал паузу, смахивая со лба непослушные локоны волос, - до определенной высоты.

Прежде, чем продолжить, Гилберт сменил позу, всем видом показывая, как тяжело ему это далось, и по привычке слегка наклонил голову вправо.

- Обычно я не поднимался выше определенной полосы, чувствуя, как у меня начинает кружиться голова. Но сегодня решил проверить свои силы, да и плюсом собрать больше баллов, – он всплеснул обеими руками перед моим лицом, от чего я невольно дернулся, - Решился и потерял сознание прямо в кабине, а мой корабль, оставшись без управления, рухнул вниз.

В глазах брата отчетливо отразилось все, что он, видимо, успел испытать в тот миг.

- Это тоже можно перепрограммировать, заблокировав мешающие факторы в виде страхов? Представляешь ли ты в управлении космического корабля до смерти боящегося оказаться в бескрайнем космосе?

- Возможно технологии дойдут и до этого, что мы сможем...

- Технологии, – перекривлял он меня, - сколько лет существует академия?

- Довольно много.

- Довольно много - это не ответ! - Гилберт сорвался на крик.

- Никто не знает, основатели Тригона не распространяются о своем возрасте, от чего нам неизвестен и год основания академии.

- То-то же, никто не изобрел ничего подобного тогда, не изобретут и сейчас. Технологии не могут решить все проблемы!