Академия Тригон. Разбитые

ГЛАВА 13: ВОСПОМИНАНИЕ. СЛЁЗЫ

Всякое может случиться в перерыве между занятий, но чего я точно не ожидал, так это увидеть брата, сидящего прямо на полу в подсобной комнате моего кабинета. Я точно помню, как перед уходом на обед блокировал двери паролем, но ему это вовсе не помешало пробраться внутрь.

Гилберт не сразу заметил моего присутствия, продолжая все так же сидеть, закрывая лицо руками, покрытыми тонкими черными линиями от стыков между имплантов, которые он уже сознательно вживил в свое тело. По его щекам текли слезы, скатываясь на непромокаемую ткань комбинезона. Это второй раз в жизни, когда я увидел брата таким.

Меня поразило то, что из всех возможных мест, где можно вдоволь наплакаться, он пришел именно сюда. Мы больше ни разу не говорили после случая на соревнованиях по космополетам, он даже полностью исключил из своих часов мой предмет, как только представилась возможность выбора направления. А я уже надеялся, что все налаживается, ведь после потери моей руки и совместного создания протеза, он перестал вести себя так отстраненно. Но возобновление нашего общения продлилось совсем недолго.

-Гилберт? - я тихо кашлянул, привлекая внимание брата, - Ты плачешь?

Какой же дурацкий вопрос, но это всё, на что я сейчас был способен. Уверен, что я выглядел нелепо, стоя в дверях с открытым ртом, пошатываясь и не решаясь сделать шаг вперед.

-Представляешь?! - брат поднял на меня свои раскрасневшиеся глаза, в которых словно маленькие кристаллики блестели слезы.

- Ты всё еще расстроен из-за полетов? – я попытался найти причину его заплаканного вида.

- Зачем, Криспин, скажи, зачем люди чувствуют? – задыхаясь от слез произнес он, игнорируя мой вопрос, - Зачем им это бестолковое сердце?

Я оцепенел, не зная, как реагировать на такой всплеск эмоций. Не дожидаясь моего ответа, брат резко вскочил, грубо толкнув меня своим плечом и выбежал из подсобной комнаты, оставляя разносящийся эхом звук от металлических каблуков. Я еле удержался на ногах, не ожидая удара с его стороны. Всё произошло слишком быстро, чтобы я успел хоть как-то среагировать. Мне хотелось остановить его, сказать что-то подбадривающее. Но я этого не сделал. Да я и вовсе не знал, как. Выражать эмоции никогда не было моей сильной чертой.

Дверь из кабинета щелкнула, и я снова остался один. Минуты две я пялился на то место, где только что сидел мой брат, не понимая, что это, черт возьми, вообще было. Проведя взглядом по комнате я заметил еще кое-что. Вся аппаратура была включена, а бумага хаотично разбросана по полу. Термопринтер еще не остыл от использования. Но зачем ему что-то печатать на обычной бумаге?