Академия универсалов. Зельем сыт не будешь

5.2

— Боги! — взвыла Аделаида, плюхнувшись на кровать. — Мама, это не то, о чем все думают!

— Аделаида, я тебя совершенно не понимаю! Разве так ведут себя благовоспитанные леди? Разве так я тебя воспитала? Бесспорно Эминар Дартиас обаятельный мужчина и отличная для тебя партия. Я бы сказала блестящая! Но вы ведь совсем друг друга не знаете и я уже молчу о том, что ты его студентка. Как неосмотрительно с вашей стороны так глупо попадаться! А матери рассказать? Об этом ты не подумала?

Глаза Аделаиды округлились. Она быстро замахала свободной рукой в знак отрицания.

— Мама, остановись! Между нами ничего нет! Это все всего лишь глупое стечение обстоятельств!

— То есть ты его не охмурила? —  показалось или в голосе матери на долю секунды промелькнуло разочарование. Кажется, Розалия Тристан успела приглядеться к идее выдать нерадивую дочь замуж за известнейшего лорда, тем самым избавив себя от тяжкой ноши в виде универсального мага, все время попадающего в различные неприятности. Но новоиспеченный ректор Арвинской академии оказался женихом непробиваемым и непреступным, как каменистая скала. И смотрел он на Аделаиду, как на случайное недоразумение, без предупреждения свалившееся на его плечи вместе с доброй сотней не менее взбалмошных адептов.

«Скорее он меня» — с грустью подумала она, но в слух выдала совершенно другое.

— Конечно, нет. Это странно, — и пока не начались расспросы, Аделаида поспешила завершить неприятный разговор. — Я расскажу обо всем позже, мама. Мне надо бежать. Скоро начнется занятие.

Леди Розалия Тристан понимающе закивала.

— Иди. И если что держи меня в курсе.

— О чем ты говоришь? — удивилась она.

— О лорде Дартиасе, конечно же. Он явно будет получше твоего Кадена. Терпеть не могу его мать! Змеюка она подколодная!

— Мама, — она покачала головой и прикрыв за собой дверь, вышла в коридор. — Каден не мой. Я тысячу раз просила не произносить при мне его имя, а на Летнем балу вы с его матерью весьма любезно беседовали.

— Оно неудивительно. Я со всеми любезна, — не без гордости поведала Розалия. — Но у любой благожелательности бывает предел. Мою Юлая Росствер исчерпала, когда беспардонно заявила, что ты, моя дорогая, никак не достойна ее драгоценного сыночка. Уму не постижимо, какая наглость!

— Она правда это сказала?

— Да! Ты только представь, как мы утрем ей нос, если ты заполучишь себе в женихи Эминара Дартиаса. Каден ему и в подметки не годится. Вот это будет новость!

— Прекрати, — тут же одернула ее Аделаида, не желая более развивать этот бессмысленный разговор. — Он ректор, мама. Между нами ничего нет и быть не может.

— Как скажешь, дочь, — не стала спорить леди Тристан. — Но все же держи меня в курсе новостей и впредь будь осмотрительной.

Завершив глупый и местами неловкий разговор, Аделаида двинулась дальше по коридору, в кабинет зельеварения. Тината Товерхард, ведьма в третьем поколении, обворожительная, с огненно-рыжими волосами, постукивая каблучками, вошла в аудиторию, тут же окинув адептов изучающим взглядом. Ее карие глаза, чаще всего напоминали тягучую патоку, а если вглядеться, в них можно было рассмотреть танцующие языки пламени. Возраст преподавательницы по зельеварению был совершенно непонятен, но выглядела она совсем молодо, порой походя на юную адептку. Настоящая ведьма, ничего не скажешь!

Поздоровавшись, она с удобством устроилась на преподавательском столе, закинув ногу на ногу и деловито сцепив руки на груди.

— Как отдохнули, адепты? — спросила она. Ее голос был чересчур низким с заметной хрипотцой и с непривычки резал по ушам.

— Прекрасно, госпожа Товерхард, — ответил светловолосый и долговязый юноша с первых рядов. Был он ее неофициальным любимчиком, единственным, кого эта грозная женщина порой жаловала, а все потому что в его крови давнешенько затесалась ведьминская примесь. Но это не мешало Даниелю Траеру варить отменные зелья и иметь высший балл по оному предмету. — Как насчет вас?

— Чудно.

И принялась Тината Товерхард неспешно и вкрадчиво рассказывать о косметических зельях и их многочисленных разновидностях, и если женская половина была в полном восторге от происходящего, то мужская откровенно скучала, время от времени отчаянно зевая, но из-за всех сил стараясь сохранить увлеченный вид. Для укрепления полученных знаний адептам было велено сварить зелье для ускоренного роста волос, с чем многие успешно справились и в последствии обзавелись длиннющими шевелюрами. У некоторых, переборщивших с дозировкой, она опустилась аж до самых пяток, подметая дощатый пол и норовясь примкнуть под чужие ботинки.

Обеспечив обильный заработок столичным парикмахерам, ведьма объявила об окончании занятия и поведав универсальным магам о теме следующего, царственно удалилась.

— Любовные зелья! Надо же! — восторгались некоторые на входе из аудитории.

— Они запрещены. Вряд ли нам позволят их сварить, — одергивали их другие.

— Было бы неплохо заполучить себе немного, — смеясь, мечтали третьи.

Аделаида выбрала строгий нейтралитет и решила остаться в стороне от обсуждений. Но потом задумалась.

Может ректора им напоить?

Она тут же себя одернула!

Ее глупые чувства были не столь великими, чтобы враз позабыть обо всех доводах рассудка и внезапно возжелать ответной симпатии от ректора собственной академии. О таком похабстве думать было страшно, что уж хотеть.

Оставшиеся занятия прошли относительно спокойно, без всяких происшествий, входивших в категорию из ряда вон, что безусловно не могло не радовать. Вернулась в комнату Аделаида с закатом, после того, как отужинала с приятелями в столовой, при том лаконично отказавшись от намечавшейся под покровом ночи вечеринки. Логика неоднозначно подсказывала, что нелегальное мероприятие, устраиваемое в тайне от администрации академии, не самая блестящая идея для той, кто в ближайшее время собирался не вляпываться в неприятности, влекущие за собой непрошеное наказание в виде позорной отсылки домой. Нельзя было не признать, что ректор Дартиас разительно отличался от своего предшественника магистра Роули, смотревшего на их развлечения сквозь пальцы. И кое-что, именуемое шестым чувством, Аделаиде наглядно нашептывало, что планируемое веселье, ни разу не обходившееся без градусных напитков, не увенчается ни толикой успеха, а превратно будет накрыто ректорским колпаком. Она попыталась внушить эту простую истину друзьям, сполна настроившимся на веселое времяпровождение и от того оставшимся глухими к ее доводам.