Академия Виндейл-2

Глава 4. Переполох в академии. Его Величество прибыли

Очнулась я в помещении с салатовыми стенами, в котором явственно чувствовались ароматы лекарственных трав. Вокруг было тихо, но я заметила легкий дневной свет, просачивающийся сквозь плотно задернутые шторы. Голова гудела, будто я столкнулась с бегущим на меня магическим барьером.

Я моргнула, пытаясь собрать мысли в кучу. Что произошло? Где я? В нос ударил запах чего-то травяного, горьковатого, но отдалённо знакомого. Лекарственные зелья. А значит…

— Лазарет, — пробормотала я хриплым голосом, даже не осознавая, что сказала это вслух.

Попыталась приподняться, но тут же почувствовала, как спину будто пронзило десятками иголок. Тело протестовало против любого движения, и я тихо застонала, прикрывая глаза.

— Ну вот, очнулась. - Голос был знакомым, но в нём слышалась явная усталость. Я снова открыла глаза и повернула голову.

Рядом, сидя на стуле у моей кровати, находился Стэнли. Он выглядел… измождённым. Тёмные круги под глазами, взъерошенные волосы. Парень был в той же одежде, что и на празднике, но теперь она выглядела помятой и грязной, словно он не снимал её всю ночь.

Я открыла рот, чтобы что-то сказать, но мой друг опередил меня:

— Ты совсем без инстинкта самосохранения, да? — Голос его был резким, но в глазах читалось беспокойство.

Я нахмурилась, вспоминая последние события. Тренировочный зал… Туман… Стэнли толкнул меня…

— Ты меня спас? — спросила, отметив, что голос прозвучал значительно тише, чем мне хотелось.

— Да, а ещё ты меня чуть не угробила, сунувшись туда, куда не следовало, - выходит, он в порядке. Раз зеленоволосый снова ворчит — значит, всё в порядке.

Я фыркнула, собираясь ответить что-нибудь язвительное, но не успела и открыть рта.

Дверь палаты распахнулась так резко, что ударилась о стену, и я невольно вздрогнула. В помещение буквально ворвалась светловолосая женщина в аккуратной шляпке, которая будто бы только что слетела с головы владелицы модной пекарни. Её одежда лишь усиливала это ощущение — опрятный светлый костюм с длинным фартуком, на котором угадывались вышитые узоры. Аромат свежей выпечки и корицы заполнил воздух, перебивая даже привычные травяные нотки лазарета.

— Сынок! — возглас облегчения прозвучал слишком громко для тихого помещения, но женщина, казалось, не заметила этого. Она рванулась вперёд, не оставляя Стэнли ни единого шанса на побег.

Я остолбенела.

Мой зеленоволосый друг, обычно такой уверенный и даже немного заносчивый, вдруг превратился в статую. Он застыл с широко распахнутыми глазами, а когда незнакомка обняла его так крепко, будто пыталась задушить в приступе нежности, я даже услышала его сдавленный выдох.

Я моргнула. Потом ещё раз.

Что?

Я посмотрела на них ещё внимательнее. Женщина прижимала Стэнли к себе, чуть раскачиваясь, словно не могла поверить, что держит его в своих объятиях. А парень… Он выглядел так, будто весь этот внезапный порыв чувств был для него полной неожиданностью.

— Это что, твоя… — начала было я, но запнулась.

Потому что вдруг вспомнила её первое слово. Сынок. У меня отвисла челюсть. Я медленно перевела взгляд на Стианского, и тот, перехватив мой ошарашенный взгляд, быстро помотал головой, как будто пытался убедить в чём-то то ли меня, то ли самого себя. Но и эту ситуацию нам пришлось отложить на потом, потому как в палате неожиданно стало слишком многолюдно.

Дверь, которую всего минуту назад успела открыть светловолосая женщина, снова распахнулась, и на пороге возникли сразу несколько человек. Впереди всех, с неизменной важностью и чуть приподнятым подбородком, стоял сам ректор. За ним следовали магистры Валинский и Крейн — первый с мрачным выражением лица, второй с лёгкой ухмылкой, будто всё происходящее его даже забавляло. Ну и, конечно, как же без мастера Грорри, который выглядел так, будто его только что вытащили из самой гущи какого-нибудь магического катаклизма.

Я глубоко вздохнула и скосила взгляд на Стэнли. Он тоже заметно напрягся, словно уже предчувствовал нечто нехорошее. И неудивительно. Ведь мы, мягко говоря, устроили нехилый переполох в Виндейле. Да ещё и когда? В новогоднюю ночь, в разгар праздника, когда академия была буквально наводнена гостями из других учебных заведений.

И, кажется, нам сейчас достанется. Предчувствуя предстоящие разборки, Стэнли тут же развернулся к главе академии и безапелляционно заявил:

— Всё, что произошло в тренировочном зале, случилось исключительно по моей вине.

Я едва сдержалась, чтобы не закатить глаза. Ну, в принципе, он и не врал. В этот раз в роли разрушителя действительно выступил мой зелёноволосый друг. Я же только пыталась нейтрализовать его магию своим льдом… и получилось у меня, судя по всему, не очень.

А учитывая, что мы оба оказались в лазарете, то из-за собственной глупости сами и пострадали.

Я украдкой осмотрела собравшихся магистров, пытаясь понять, к чему готовиться. Ректор сохранял непроницаемое выражение лица, будто оценивая масштабы катастрофы в своей голове. Магистр Валинский выглядел мрачно, как грозовая туча, будто мысленно уже прописывал нам месяц отработок. А вот магистр Ординский... тот, кажется, откровенно развлекался, наблюдая за этим представлением.

И всё же первым заговорил мастер Грорри, скрестив руки на груди:

— Исключительно по твоей вине, значит? - В его голосе звучало столько сомнения, что даже мне стало неловко.

Стэнли Стианский

А ведь никто из них не верил, что у меня может пробудиться ещё какая-то магия. Все давно списали "запасного сына короля" со счетов, записав в «бракованные» маги — тех, у кого источник есть, но по какой-то причине так и не раскрылся полностью.

Я видел это в их глазах — недоверие, сомнение, даже лёгкую досаду, будто мой внезапный магический выброс стал для них всего лишь ненужной проблемой. Ректор молчал дольше всех. Он задумчиво провёл рукой по подбородку, словно взвешивал все «за» и «против», а затем вынес вердикт: