Академия волшебников

Глава 3 - На краю бездны времени

Прошло несколько недель. Сначала дни сменялись с тревожной скоростью, а затем время словно застывало, став для Ричмонда бесконечной пыткой. Поиски Феникса не приносили никаких результатов: ни один след, ни одна зацепка не приводила к юноше. Тревога и чувство вины тяготили Ричмонда с каждой прошедшей минутой, как тяжёлый камень, который невозможно сбросить.

В Академии все шло наперекосяк. Студенты, заметившие беспокойство учителей и Смотрителей, сами начали строить догадки, и слухи о случившемся расползлись быстрее, чем огонь, с которым некогда играл сам Феникс. Все чаще в коридорах мелькали встревоженные лица, а атмосфера становилась гнетущей.

Ричмонд сидел в своём кабинете, бесконечно обдумывая последние слова, которые бросил Фениксу, этот необдуманный упрёк, и его собственное беспокойство только усиливалось. "Я сам подтолкнул его к этому," — думал он, сжимая в руках старинный амулет, когда-то подаренный ему Библиотекарем.

Звук шагов за дверью вырвал его из размышлений. Это была Руж, её лицо казалось бледнее обычного, но глаза полыхали решимостью.

— Директор, — заговорила она, стараясь сохранить спокойствие. — Мы ищем его уже несколько недель. И пока мы бездействуем, он может… он может погибнуть, — её голос задрожал, но она продолжила, — или попасть под влияние тьмы.

Ричмонд оторвался от своих мрачных мыслей и посмотрел на неё. Он знал, что Руж тоже винит себя за то, что не смогла удержать Феникса, и был уверен, что её чувства к нему были глубже, чем просто дружба.

— Я понимаю твою тревогу, Руж, — тихо произнёс он. — Но ты же видишь, все наши усилия оказались напрасными. Он словно растворился… или, возможно, уже выбрал иной путь, — последние слова дались ему с трудом.

Она шагнула вперёд, её глаза горели решимостью.

— Мы не можем его оставить.

Ричмонд вздохнул и отложил амулет в сторону. Он знал, что каждая прошедшая неделя отдаляла их от Феникса всё больше, но с каждым днём возрастала и опасность встретиться с тем, кем он мог стать.

Ричмонд едва успел осознать всю тяжесть ситуации, когда в дверь кабинета снова постучали. На этот раз это был Калидор, один из самых верных Смотрителей, и по выражению его лица Ричмонд понял — новости будут тяжёлыми.

— Директор, — с трудом произнёс Калидор, прежде чем смог найти нужные слова. — Мы только что получили известие… Библиотекарь погиб. Его… его больше нет.

Ричмонд замер, словно холодный ветер пронёсся по всему телу, лишив его тепла и движения. Весть о смерти его друга и наставника, того, кому он поклялся защищать Феникса, пронзила его, как клинок.

— Как это случилось? — наконец выдохнул он, и в голосе его звучала такая боль, что Калидору стало не по себе.

— Следы магии были повсюду, — осторожно начал Смотритель. — Кто-то использовал заклинание иллюзий, чтобы скрыть следы. Тело Библиотекаря нашли в его башне, но следов, ведущих к нападавшим, почти не осталось. Лишь слабый отпечаток чёрной магии… след изгнанников.

Эти слова, как удар в грудь, буквально вышибали дыхание у Ричмонда. Он сжал кулаки, едва сдерживая дрожь. Библиотекарь был тем, кто, несмотря на все свои годы, стоял на страже знаний, и его смерть означала потерю не только для Академии, но и для всего мира магии.

Руж, стоявшая в стороне, не могла оторвать взгляда от лица Ричмонда. Она видела, как с каждым словом его глаза наполнялись болью, а в голосе слышалось глухое рычание.

— Это… невозможно, — едва слышно пробормотал он. — Библиотекарь был… слишком мудр. Как он мог…

Голос его оборвался, и он почувствовал, как горло сжалось, словно обвитое железными кольцами.

Затем Калидор, будто не решаясь продолжать, добавил:

— Мы нашли также следы огненной магии рядом с местом… это может ничего не значить, но есть вероятность, что Феникс был там, или что… что он стал свидетелем этого.

Ричмонд замер, его лицо исказилось от боли и ужаса. Теперь всё встало на свои места. Словно частицы паззла, слагающиеся в одну страшную картину, перед ним открылась правда. Гнев Феникса, его желание узнать правду о своей семье… и его возможное столкновение с изгнанниками. Всё это выстроилось в одно, не оставляя места для надежды.

Руж, сжав руки в кулаки, шагнула вперёд.

— Директор, — её голос был твёрд, но в нём слышалась скрытая боль. — Мы должны найти его. Сейчас он, возможно, нуждается в нас сильнее, чем когда-либо.

Ричмонд посмотрел на неё, и его взгляд выражал не только страх и печаль, но и глубоко спрятанную решимость.

— Я подвёл его… — прошептал он. — Библиотекарь просил меня защитить его. Я должен был уберечь мальчика от этой тьмы, а теперь… Теперь он идёт по пути, который может поглотить его навсегда.

На мгновение он закрыл глаза, словно молясь о прощении. Затем, собрав всю свою волю, он произнёс:

— Мы должны попытаться. Мы найдём его, если ещё не поздно.

С тех пор как Феникс присоединился к Изгнанникам, прошли недели — долгие, холодные, лишённые света. Каэл'Тар тщательно следил за каждым его шагом, проверяя, как далеко Феникс готов зайти ради того, чтобы стать сильнее, ради того, чтобы достичь своих целей. Но с каждым днём это стремление становилось всё более мрачным, запутанным, будто кто-то постепенно гасил последние искры света, оставшиеся в его душе.

Феникс бросался в каждую тренировку, как в бой, сражаясь, не жалея сил. Каэл'Тар видел, что парень ещё цепляется за что-то внутри себя, что-то, что мешает ему стать тем, кем он хотел его видеть. И тогда Каэл'Тар применил более суровые методы. Он заставил Феникса поверить, что слабость — это проклятие, и только избавившись от неё, он сможет обрести силу, достойную магов огня.

Одним из первых испытаний стал приказ уничтожить Изгнанников, которые осмеливались проявлять милосердие или жалость. Каэл'Тар наблюдал, как Феникс, скрипя зубами, всё же повиновался. Это была его проверка, его закалка, и каждый шаг по этому пути уводил его всё дальше от того юного мага, каким он был в Академии. Всякий раз, когда он встречал взгляд напуганных Изгнанников, которых должен был уничтожить, его сердце сначала сжималось, но он быстро подавлял это чувство, вспоминая слова Каэл'Тара.