Академия Вороньего Шпиля

Глава 2

Путь в кабинет Декана оказался путешествием в самое сердце Вороньей Цитадели. Личный секретарь, мужчина с лицом, будто высеченным из пожелтевшей слоновой кости и абсолютно непроницаемым взглядом, вел Алису по коридорам, куда обычным студентам доступ был заказан. Грубый камень стен сменился темным, отполированным до зеркального блеска деревом, в котором пульсировали прожилки, похожие на застывшие молнии. Воздух стал гуще, тише и холоднее. Он пах не книгами, а старой, концентрированной магией — застывшей смолой древних деревьев, озоном после бури и пылью, которой было несколько веков. Под ногами глухо постукивали каблуки, и этот звук тонул в бархатных коврах, протянутых вдоль стен, увешанных портретами не архимагов, а существ куда более странных и пугающих: тени с слишком многочисленными конечностями, существа с глазами-безднами, взиравшие на нее с немым любопытством.

Секретарь постучал в массивную дубовую дверь, украшенную все тем же символом — вороном, сжимающим острую иглу.

—Войдите, — прозвучал изнутри спокойный, бархатный голос.

Кабинет Декана Кроу был огромен и напоминал кунсткамеру забытого бога. Высокие потолки терялись в полумраке, а стены от пола до потолка были заставлены стеклянными шкафами. В них, подсвеченные мягким светом, покоились диковинные артефакты: застывшие в кристаллах ископаемые ящеры, черепа неведомых существ с инкрустированными в глазницы драгоценностями, которые следили за Алисой, стоило ей отвернуться. В центре комнаты стоял массивный стол, заваленный бумагами и странными приборами, тикающими и испускающими легкое фиолетовое свечение, а за ним, в кресле с высокой спинкой, сидел сам Декан.

— Мисс Стормволк, — он улыбнулся, и его лицо, такое строгое на кафедре, смягчилось, но в глубине глаз осталась стальная пытливость. — Прошу, присаживайтесь. Не пугайтесь беспорядка. Хаос — часто лишь нераспознанный порядок.

Алиса робко опустилась на край кожаного кресла напротив. Ее взгляд упал на серебряный чайный сервиз, паривший в воздухе рядом со столом. Сам собой налился чай в фарфоровую чашку с ажурными узорами, похожими на паутину, и плавно опустился перед ней. Пар от него вился странными, слишком правильными спиралями.

— Сахар? Молоко? — поинтересовался Кроу, и крошечные щипцы для сахара зависли в воздухе в ожидании.

— Н-нет, спасибо, — выдавила Алиса, чувствуя, как подушечки ее пальцев слегка покалывают — верный знак, что ее собственная магия, нервная и дикая, реагирует на мощное зачарованное поле кабинета.

— Мудро. Забивать вкус настоящего дымящегося чая — преступление, — он отхлебнул из своей чашки. Его глаза, пронзительные и слишком живые для этого старого лица, изучали ее без неприязни. С любопытством коллекционера, нашедшего редкий экземпляр.

— Как вам наше скромное заведение? Не сломали еще шею на винтовых лестницах?

— Пока нет, — ответила Алиса, пытаясь совладать с дрожью в руках и надеясь, что он не видит, как по ее коже бегут мурашки.

— Хорошо. Лестницы — наша традиционная система естественного отбора, — он усмехнулся, и уголки его глаз лучиками разошлись по морщинистой коже. — Я наблюдал за вами сегодня. На церемонии.

Алиса почувствовала, как кровь отливает от лица, а желудок сжимается в комок.

— Простите, господин Декан, я не хотела…

— О, нет, нет, нет, — он мягко прервал ее, сделав легкий, успокаивающий взмах рукой. — Вы меня неправильно поняли. Это не упрек. Это комплимент. Высказать свое мнение, пусть и отличное от мнения… э… устоявшихся авторитетов, требует известной доли храбрости. Или глупости. Но я, будучи оптимистом, склонен верить в первое.

Он отставил чашку и сложил пальцы домиком. Его взгляд стал серьезнее.

— Видите ли, Алиса… можно я буду называть вас Алиса? Мир магии, который мы здесь преподаем, он… структурирован. Как готический собор. Каждый камень на своем месте, каждая арка выверена. Это надежно. Это безопасно. Но соборы строятся веками. А иногда… иногда молния бьет с ясного неба. Быстро. Ярко. Не вписываясь ни в какие архитектурные планы. Она не подчиняется правилам. Она сама — правило.

Он встал и подошел к одному из шкафов, где под стеклом лежал странный черный камень, испещренный прожилками, похожими на застывшие разряды энергии.

— Ваша магия… она похожа на такую молнию, Алиса. Она не из учебников. Она — изначальна. Сырая, необработанная сила, берущая начало не из заученных формул, а из самой ткани мира, из инстинкта. Вы не читаете заклинаний — вы желаете, и реальность подчиняется. Это болезненно? Непроизвольные всплески? Чувствуете, как она «вскипает» под кожей?

Алиса замерла, он описал все с пугающей точностью. Никто и никогда не говорил о ее даре таким тоном. Не со страхом, не с осуждением, а с… жадным, научным восхищением.

— Да, — прошептала она. — Иногда… иногда я просто злюсь или пугаюсь, и стекла трескаются, или замерзает пол под ногами. Я не могу это контролировать. Здесь… ее пытаются втиснуть в рамки, — тихо добавила она, сжимая пальцы.

— Именно! — воскликнул Кроу, и его глаза вспыхнули. — И это все равно что пытаться посадить дикого лесного волка в клетку с решеткой из правил и циркуляров. Он либо сломается, либо сбежит. Или его сломают. — Он снова посмотрел на нее, и теперь в его взгляде была неподдельная серьезность. — Я не хочу, чтобы сломали вас. Талант такой, как ваш, явление уникальное. Его нужно не ломать, а… направлять. Учить не сдерживать, а фокусировать. Представьте, что может сделать сконцентрированная молния.