Академия Второй шанс. Магия (любовь) для отчаянных

6

6.1 Трей

— Академия «Второй шанс» не тюрьма и не ссылка. Считай, это еще один курс реабилитации. Там тебе помогут обходиться без основного дара. Если хочешь, это будет как учиться делать всё левой рукой, когда правая есть, но больше не двигается.

— Я смогу восстановить силы? — надежда обожгла не слабее отчаяния.

— Восстановить — нет. Полностью вернуть — да. При определенных условиях. Ценность места, куда ты отправишься, как раз в этом. Академия называется так вовсе не из-за специфики обучения, это такое же прикрытие, как причина, которую я озвучил ректору Эрфу Крамелу, когда просил тебя принять.

Отец щелчком откинул крышку на винтажной чернильнице на столе. Чернил там никогда не было. Штучка обеспечивала моментальную и абсолютную приватность разговора в радиусе воздействия.

Лишь движение отца и щелчок дали понять Трею, что полог безмолвия «Мертвая тишина» активен. Заклинания темной магии высшего порядка не просто были ему теперь недоступны, он их даже не чувствовал. Лишь сырую силу, будто дикарь-самоучка. Всё, что ему давалось, — плетения не выше медиума, да и то ценой невероятных усилий, холодного пота и дрожащих рук.

— Стены академии, — продолжил отец, — шкатулка для уникального артефакта — Зеркала Определенной Вероятности, известного как артефакт Второго шанса. Но возможность загадать желание необходимо заслужить. Совершить что-либо выдающееся.

— Что?

— Я ведь уже упоминал про Турнир? Право представлять Мистморк в Варласе выпало Инморкской академии не иначе как каким-то чудом. Не представляешь, сколько было воплей от недовольных, а Крамел с удовольствием бы избавился от подобной чести и сопутствующей возни и нервотрепки, как отбор, прием комиссии и прочее, включая траты на портальные переходы в Фейвол. По условиям участия, все расходы несет академия, которая заявляет участника на состязание. Принимать спонсорскую помощь разрешается. Благотворительную помощь.

— И сколько стоила твоя просьба принять меня?

— Немало. «Второй шанс» всегда с готовностью принимает пожертвования, поскольку оплата обучения не покрывает бюджет. Там учатся пипы и прочие отщепенцы в основном. И в основном в долг, в счет своих будущих заработков. Но это не должно тебя волновать.

— Слишком всё это… ненадежно, — проговорил Трей, тайком оттирая взмокшие от волнения ладони о подлокотники кресла, но отец заметил. И ладони, и нервное постукивание пятки, которое глушил ковер…

— Крамелу этот Турнир что кость в горле, вряд ли там будет кто-то достаточно достойный для участия даже в незрелищных дисциплинах, а ты идеальный кандидат…

— Издеваешься? — Трей вскочил, не вынеся напряжения, и снова принялся ходить по кабинету. — Даже если я уже был в Варласе и на Турнире, то теперь…

— …в тренеры, — невозмутимо договорил отец. — Сделай так, чтобы их претендент поехал в Фейвол и победил. И у тебя будет возможность использовать артефакт. Ты знаешь куда больше, а в теории и технике подкован намного сильнее, чем их лучшие выпускники, даже несмотря на целенаправленное изучение магии своего типа. Там учат на профиле то, что ты изучал на обзорных лекциях и в рамках общего развития. И я прекрасно помню, что в школе у тебя уже была степень мастера по щитам.

— Детская забава, — нервно отозвался Трей. Само вышло. Голос тоже подводил. Хотелось оставить кабинет и просто поорать где-нибудь, где никто не будет слышать. Он стал слишком неуравновешенным после… после всего.

— Эта забава как минимум сохранила тебе жизнь, а как максимум поможет в достижении цели, — заключил отец.

— Ты уверен, что стоит?..

— Уверен. Альтернатива…

— Оковы. Я помню.

— Для справки. Зеркало Определенной Вероятности уже однажды спасло наш род. Это преимущество. Все Мисты после моего прапрадеда Гиарма — дети Определенной Вероятности и несут в себе часть магии созвучия с артефактом. Это значит, что он отзовется тебе охотнее, чем кому-то другому, исключая, разве что, прямых потомков создателя. Но артефакт очень стар и, как всякая древняя магическая реликвия Золотого Века, может «уснуть» или вовсе «погаснуть». Тебе нужно будет проверить камень.

— Как?

Трей больше не расхаживал по кабинету и не метался. У него была цель, и он готов был на всё, даже тренировать одного из безродных для Турнира, лишь бы ее достичь. Поэтому он взял у отца клочок старинного пергамента, запаянный в стекло с помощью темной магии, чтобы предотвратить старение и разрушение.

Там была фраза из двух слов. Он почти час повторял ее за отцом, добиваясь правильного звучания. В течение нескольких дней до отъезда в Инморк смотрел на надпись так часто, что символы древнего языка магии намертво запечатлелись на изнанке век. Их следовало представить в момент произнесения без малейшей погрешности. Переписать нельзя. Единственная калька с оригинала была сделана рукой создателя артефакта, чтобы разбудить зеркало, если оно «уснет».

— Если артефакт не «уснул», просто находится в состоянии покоя?

— Возможно, он будет немного… недоволен.

— А если «погас»? — снова почувствовав неуверенность, спросил Трей.

— Тогда тебя научат есть и писать левой рукой. Это в любом случае лучше пожизненного блока.