Академия Хищников, или Ведьма для Лютого

3. Жесткое приземление

Мир кружится вокруг меня.

Я кричу, срывая до хрипоты голосовые связки. Кажется, если я все-таки выживу, то говорить смогу не скоро, настолько отчаянные и громкие звуки рвутся из моего горла.

Изо всех сил стараюсь остановить вращение, но стены портала лишь наращивают темп, сплошным пятном мелькая перед глазами. От этого невыносимо кружится голова, а по пищеводу поднимается скудный ужин.

В этой стремительной карусели я никак не могу отыскать Феню.

В перерывах между криками молюсь, чтобы он оказался целым и невредимым.

Хотя что ему будет? У него есть крылья и удивительная способность выживать при любых условиях. Правда когда мы приземлимся, а я надеюсь, что это случится в самое ближайшее время, я лично из него все перья повыдергиваю.

Кукушка недоделанная.

Нет, он, конечно, не кукушка, а самый настоящий Феникс. Но за отвратительное поведение лет пятьсот назад, ненароком разозлив одну старую ведьму, накликал на свою пернатую голову темное проклятье: пребывать в теле серой, невзрачной птицы.

Как говорит Феня, он думал, что хуже ничего не может быть, но нет – ему в хозяйки досталась бедовая я.

Я не обижаюсь на его слова, прекрасно зная его характер, да и любить меньше не могу, прикипев к нему всем сердцем.

До этого дня.

Петух не ощипанный.

Для начала нужно выяснить, что за ворожбу по совету Фени я применила. Может, и ничего страшного. А если нет, то винить стоит лишь себя.

Мне еще предстоит отвечать за свой проступок перед главой нашего Ковена сестрой Агашкой, что я так беспечно, не проверив, не изучив как следует незнакомую вязь, позволила использовать кровь.

Пока размышляю, чуть не пропускаю хлопок под ногами, после которого падаю на... деревянный сверкающий пол.

Где я?

Сильно болят пятая точка и локти, пострадавшие при падении. Я испуганно верчу головой, понимая, что место, а вернее дом, в который меня выбросило, мне незнаком.

Тут все по-другому.

Встав на четвереньки, стараясь не упасть, хватаюсь за первую попавшуюся под руку мебель – деревянный стол. Ноги подкашиваются. Голова до сих пор едет кругом. Фокусирую взгляд, удивлённо открывая рот.

Я в чьем-то кабинете.

Рядом обнаруживается книжный шкаф с книгами в темных переплетах. И запах... он витает в воздухе. Терпкий, мужской – с нотками леса и костра.

Сзади слышится какой-то шум, я вздрагиваю, стараясь рассмотреть его источник, и с облегчением вздыхаю.

Феня.

Его маленькое тело смешно дергается, разбрасывая ни в чем не повинные листы бумаги, стопкой лежащие на столе.

- Феня, – зову тихо, боясь, что нас может услышать хозяин кабинета. – Ты как там?

Фамильяр нехотя открывает один глаз и с укором на меня смотрит.

- Доигралась. Теперь вот и сиди здесь. А кстати, где это мы?

Мне, конечно, хочется ему напомнить, благодаря кому мы здесь оказались, но осыпать друг друга взаимными обвинениями смысла не вижу. Да и не вовремя, нужно выбираться.

- Я не знаю, – медленно подхожу к двери, ведущей из кабинета, прислушиваюсь, стараясь на слух понять, если там кто живой. Главное, не напороться на волка, а то глядишь, и до дома не добежим.

Феня громко размахивает крыльями и поднимается над столом, разгоняя потоки воздуха, от чего листы кружатся и с едва заметным шелестом падают прямо мне под ноги. Подбираю один из листов и замираю, любуясь красивым, ровным почерком. Рука у писавшего твердая. Каждый завиток на месте. В текст вчитаться не успеваю. Меня снова отвлекает Феня.

- Аврора, смотри.

Феня стоит на подоконнике и что-то внимательно, нет, скорее тревожно, рассматривает.

- Аврора!

Я, удивляясь его бурной реакции, спешно подхожу к окну.

Что его там так взволновало?

Феня замер, ошарашенно моргая короткими ресницами, становясь похожим на филина. Его состояние передается и мне, я с тревогой подношу руку к темной ткани и отодвигаю штору, осторожно выглядывая наружу.

За окном городская улица. Обычная. С идеально вымощенной дорогой и аккуратными пешеходными дорожками. Все как у нас.

Но, присмотревшись повнимательнее, понимаю, что Феню тревожат совсем не городские красоты, а люди, что неспешным шагом прогуливаются, несмотря на довольно ранний час.

В их движениях скрывается какая-то особая, не подвластная, например мне, грация и плавность.

Все они разные, но что-то общее в их чертах, повадках есть у каждого.

Вот пара. Мужчина с огромной гривой волос. Он мягко ступает под руку со своей дамой, которая, совсем не стесняясь случайных прохожих, вызывающе виляет бедрами, обтянутыми... ох, у меня даже дух перехватило, в очень откровенном платье. Мужчина принюхивается к окружающему его пространству, его широкие ноздри колышутся. Он резко поворачивается и грозно скалит зубы другому такому же мужчине, что позволяет себе чуть дольше смотреть на его женщину.

Но и другой не уступает. На ходу снимает свою белую рубашку, призывая соперника вступить в поединок... И никого не удивляет, что средь белого дня двое мужчин вдруг начинают бить друг друга. А ленивый взгляд дамы, что скучающе стоит рядом и не мешает мужчинам выпустить пар, настолько поражает, что я не выдерживаю и, шумно втянув воздух, отворачиваюсь, прижимая влажные ладони к грохочущему в груди сердцу.

- Это не может быть ошибкой?

Я знаю, что заданный мною вопрос тихим и срывающимся от увиденного голосом, мягко говоря, глупый. Я не в силах развидеть то, свидетелем чего мне пришлось стать. Мозг отказывается верить уведенному.

Нет. Я сплю. Это все сон.

Но тут Феня, кряхтя, забирается мне на плечо и, помахав крылом перед моим лицом, возвращает меня в действительность и добивает, произнося то, о чем я даже боюсь думать.

- Нет. Мы на землях хищников.