Академия Хищников, или Ведьма для Лютого

15. Правда любой ценой

Я выбегаю на улицу, оглушенный недавним состоянием. Понимаю, что мне кровь из носа нужно как можно скорее оказаться в отделе.

Но я все равно сворачиваю на другую улицу.

Информация по поводу ведьмака подождет. Сейчас в первую очередь нужно разобраться с ошейником, который я ни на секунду не перестаю чувствовать. Он все туже сжимается, перекрывая кислород. Я и так дышу через раз, как рыба, выброшенная на сушу. Боюсь представать, что может произойти дальше. Возможно, это мой последний день, и я просто обязан провести его с пользой.

Чуть позже, если позволит луна, я обязательно составлю подробный рапорт, но сначала нужно выцепить кое-кого.

На этой улице, вонючей до омерзения и серой, словно сюда никогда не заглядывает солнце, всегда ошивается всякий сброд.

Хищники, чья жизнь в какой-то момент пошла не по той дороге.

Здесь живут карманники, медвежатники, проститутки – хищницы, у которых двадцать четыре на семь течка и они вынуждены таким доступным способом снимать сводящее их с ума напряжение. А также те, кто до сих пор сколачивает банды и под покровом ночи творит беспредел.

Я по долгу службы знаю каждого по имени или скорее по кличке.

И уверен на сто процентов, что и у них мое имя на слуху. Поэтому, сворачивая сюда, я не боюсь быть убитым или ограбленным.

Не потянут. Кишка тонка. Расслабленно двигаюсь по заданной траектории в поисках определенной вывески.

Мне нужен бар на отшибе под эпичным названием «Дохлый койот». Даже поздним утром там полно народу.

Случайные прохожие нетвердой походкой обходят меня стороной. Но мне сейчас абсолютно плевать на всех и каждого. Я здесь по другую душу.

Нужное здание нахожу быстро.

Тем более неоновая вывеска даже при свете солнца ярко зазывает любителей горячительных напитков и дешевых шкур в свои стены.

Открываю дверь.

В нос ударяет кислый запах перегара, грязных тел и сигар. Я брезгливо морщусь, но целенаправленно продвигаюсь вглубь.

Как я и думал, народу здесь предостаточно.

Кто-то спит тут же, прямо на столе, громко храпя и брызгая слюной. Кто-то еще держится, играя в азартные игры, ругаясь и считая свои деньги.

Играет легкая музыка.

На маленькой, тусклой без света прожекторов сцене никого нет. Хотя в полночь здесь всегда пляшут девки, нескромно демонстрируя свои прелести.

Проклятье.

Надеюсь, что я не поздно. Иначе тот, кого я здесь ищу, уже давно свинтил.

- Господин дознаватель, какими судьбами? – криво улыбаясь, поднимая свое тучное тело с низкого кресла, трубит хозяин этой забегаловки. Его лысая голова неприятно блестит. Он сам весь блестит от пота как боров.

Я его знаю. Барс по кличке Шустрый.

В былые времена он мог держать в страхе весь район. Его парни настолько ловко орудовали своими когтями, что после встречи с ними от бедолаги, которому не повезло сунуться на его территорию, оставались лишь тонкие лоскутки кожи, снятые со спины. И все, ни костей, ни частей тела.

Но потом смерть единственного сына как-то поменяла его мировоззрение и он отошел от дел, полностью сосредотачиваясь на этом баре.

- Не дрейфь, Шустрый. Сегодня лично ты мне не нужен. Я ищу Шавку.

Шустрый любезно улыбается, приоткрывая гнилой рот.

- Повезло. Он еще здесь. Только слез с очередной девки. Шакал ненасытный. И так каждый раз. Приходит и портит очередную девку, – Шустрый гогочет, булькая как самая настоящая свинья.

Меня раздражает его болтовня.

Я хмурюсь, грозно сверкая глазами.

Шустрый, в одно мгновение считывая мое настроение, пресекает бесполезный разговор, рукой указывая на дверь:

- Он там, в соседней комнате.

Я киваю, чувствуя облегчение. Хоть моя работа и связана с развязыванием языков, но никогда она не несет особого смысла.

Я прохожу по коридору. В это помещение я ни разу не заглядывал. Как-то не приходилось. Поэтому цепко слежу за обстановкой. Двери передо мной раскрываются, и в темной комнате среди подушек и перин вижу знакомую рожу Шавы.

Шава, Шавка – дворовый пес. В принципе безобидный малый, который по глупости однажды попал в мои лапы и теперь иногда выполняет для меня особые поручения.

Увидев меня, он сполз с кровати, отталкивая большегрудую красотку в прозрачном одеянии. Его голые пятки и волосатые ягодицы сверкают под массивной кроватью. Мне же становится скучно.

Каждый раз одно и то же. Неужели он до сих пор не понимает, что у меня его трепыхания ничего, кроме изжоги, не вызывают?

Спустя пару минут, когда по его бледному лицу проходит тень и деваться от меня некуда, он поднимается и, звонко шлепая по мягкому месту блудливой хищницы, прогоняет ее из приват-комнаты.

- Теперь я могу говорить? Или ты еще желаешь побегать?

Он затравленно махает головой, на скорую руку накидывая на себя одежду.

- Что тебе надо, Лютый, я ничего не знаю, никуда не влезаю. Я…

Рукой останавливаю его словарный марафон.

- Прекрати, а то я дослушаю и сделаю неправильные выводы. Сегодня мне нужен твой талант и не более.

Шава вздохнул, хлопая круглыми маленькими глазками. Казалось, что его глаза живут отдельно от него, потому что рот, щеки и брови оставались совершенно обездвижены. Очень жуткое и странное зрелище.

- Я, ты знаешь, Лютый, всегда помогу…

Дело в том, что Шава славился абсолютным обонянием. Такого носа я не встречал ни у кого. Он мог разложить запах и точно определить его носителя, вплоть до размера обуви. Если бы не криминальное прошлое, я бы его с руками и ногами взял в наш отдел. А так... приходится довольствоваться случайными встречами.

Я разжимаю кулак, в котором находится нечто, меня интересующее. Кусок ткани, который я случайно оторвал у бесстыжей ведьмы.

Протягиваю его псу. Он недоверчиво фыркает, но ткань берет, поднося ее к носу.

Делает глубокий вдох и медленно закрывает глаза.

- Ммм! Вкусно-то как. Луна... я никогда не нюхал ничего вкуснее. Кто она?