Академия зеркал

19. «А балом правят сердца»

Чем ближе подбирался день бала и зимнего равноденствия, тем отчаяние становились некоторые ученики. Академия полнилась историями о безумцах, что пели серенады под окнами общежитий, запускали «фейерверки» с очевидным: «Ты пойдёшь со мной на бал?» и даже срывали уроки, вставая на одно колено и делая «предложения». Как будто вдруг наступила весна – всеми завладела любовная лихорадка. Даже учителя попали под удар: им то и дело приходилось выбрасывать розовые конверты с признаниями. Конечно, смельчаков вместо ответов ждало наказание.

И вот когда пресловутое двадцать второе декабря наступило, предвкушение и нервозность окутали всю округу. Часы пробили восемь.

– Так, смотри вверх.

Оставалась всего пара завершающих штрихов. Аделина вызвалась помочь с макияжем. Элина побаивалась даже ненароком смотреться в зеркало – вдруг свалится в обморок.

Десма крутилась рядом, любуясь белым шлейфом платья. Её маска – аккуратный лебединый клюв – небрежно лежала на кровати. Аделина расстаралась и для Десмы: белая подводка расходилась узором подобно перьям, тени и румяна почти не оставили следа, уступая идее естественности. Мастерица на все руки! Поэтому сегодня, начиная с пяти часов вечера, в дверь постоянно кто-то стучался и молил о помощи. Но не каждый удосуживался вниманием местного божества – только те, кто этого заслуживал.

Повертев её лицо то вправо, то влево, Аделина, наконец, удовлетворённо заключила, протягивая круглое зеркальце:

– Готово!

Десма тут же обернулась, и по одной её реакции можно было сделать выводы.

– И чего ради мы тут стараемся? Ты нас всех затмишь! Мальчики точно уронят челюсти. Ну Деля, ну руки золотые! Бросала бы грезить о Канцелярии и переходила к Материалистам – центры красоты всегда в спросе!

Аделина на это лишь закатила глаза и отмахнулась. Элина же всё никак не решалась заглянуть. Сама не знала, чего боялась – того, что слишком хорошо или слишком плохо?

– Давай, давай, смотрись и оценивай. Или сомневаешься во мне?

Деваться некуда, и словно совершая подвиг, встретилась глазами с отражением.

Вау.

Она точно зеркалом не ошиблась? Кто это по ту сторону?

Аделина расстаралась, даже слишком, иначе как назвать то, что ей как будто удалось вылепить новое лицо? Макияж и правда творил чудеса. Акцентом были «кошачьи глаза»: тёмные тени и подводка приподняли уголки, подарив взгляду хищность. Даже появился намёк на скулы. Куда же подевался наивный оленёнок?

Ей нравилось. И не нравилось. Одновременно. Зачем же опять пряталась в чужом облике?

– Ты и правда волшебница, – выдавила Элина.

– И на том спасибо. Теперь пошлите. А то ещё в дверях полчаса простоим, весёлое будет начало.

Бал действительно обещало посетить множество людей, особенно после известий о намерениях имперской семьи. Не только ученики и их родители, но и гости: все значимые лица трёх орденов. Севир даже выдвинул на обсуждение вопрос, хватит ли Зимнего дворца, но директриса в свою очередь заверила – волноваться не о чем.

На улице ожидаемо образовался затор. Десятки учеников в масках зверей и птиц дрожали от предвкушения. Когда Элина наконец пробралась внутрь зуб на зуб не попадал. Красота требовала жертв, и первым стало тепло. Сбросив накидку, она осталась в одном платье. Таком, как хотела Десма: болезненно открытом. Пышная юбка доходила до пола, блестящая сеточка мерцала золотым, а голые руки и плечи то и дело покрывались мурашками. С каждой новой минутой желание переодеться становилось сильнее. Элина ощущала себя самозванкой, лишь выдающей за изящную леди. Фальшивкой. А маска рыси, якобы её ипостаси, и того усугубляла – как из травоядной сделали хищника?

– О, вон мои лисы! Что ж, удачи вам, повеселитесь. Не прощаюсь, конечно, но кто знает, – и Аделина быстро ускользнула к близнецам, потерявшись за чужими спинами.

Десма тоже стала искать знакомое лицо, с её ростом и каблуками это не было проблемой – второй лебедь нашёлся в считанные секунды. Тем не менее, подходить она не спешила, смотря на Элину с сомнением.

– Иди уже. Вы и так сделали столько, что и во век не расплатиться. Теперь твой черёд веселиться.

– Уверена?

Пришлось легонько подтолкнуть её, прежде чем Сашка Уваров дождался свою пару.

Сама Элина поспешила к стене. Всё плотнее сгущающаяся толпа давила, не давала вздохнуть и двигаться. Как собралась танцевать, если уже не могла этого вытерпеть? А будет ли вообще? Она всё вглядывалась в маски, лица, наряды, но никого похожего на Севериана не находила. И чем ближе становился назначенный час, тем сильнее в мыслях сквозило: «А что, если всё было одной несмешной шуткой? Снова?»

– А тебя и не узнать. Поработали на славу, хотя мне совсем не нравится.

Элина вздрогнула, когда прямо над ухом раздался ехидный голосок. Из-под маски енота на неё смотрели два прищуренных глаза.

– Опять не пойму, то ли ты комплимент пытаешься сказать, то ли оскорбить.

– А зачем выбирать, если могу совместить?

Авелин оценивала с головы до ног, даже не пытаясь скрываться. Элина ответила тем же. Одно дело видеть ту в форме, другое – в вечернем наряде. Женственность никогда не была её чертой: даже школьная юбка на самом деле являлась перешитыми шортами. Правилами не возбранялось. Удивительное открытие – та умела шить. Элина готова поклясться, что и это красное на бретельках платье, пусть простое, но сидевшее на ней как на модели, Авелин тоже создала сама. Все сойдут с ума от зависти. В своей простоте и элегантности она смотрелась намного выгоднее, чем блестящие и воздушные «феечки».

– Зато ты однозначно выглядишь просто шикарно. Отбоя не будет от парней, ещё танцевать устанешь.

– Пусть попробуют, – Авелин закатила глаза, доказывая, что праздничный вечер не смягчил пренебрежительного отношение ко всем.

Зато Элина могла похвастаться, что они вновь разговаривали нормально. Без показательного пренебрежения и недовольства. Да только ради этого всё же пришлось согласиться на их безумную авантюру.