Академия зеркал

34. «Истинная сила»

– Пару веков назад я бы не была так снисходительна. Но надоело мне играться. Разок надо бы честной побыть да верной. Потому слушайте и запоминайте, пока не поздно, – покружив на месте, она отвернулась от них, всмотрелась в темные окна и заговорила медленно, почти вкрадчиво: – Непросто так я заставила вас принять новую Шерт, связать себя крепко и нерушимо на долгие годы, может даже и на всю жизнь. Отринуть, в конце концов, давно забытых предков. Ведь мы-то сделать этого так и не смогли. Побоялись. Не настолько близки были, не настолько глупы и отчаянны.

Подначка прошла мимо. Чего обижаться на правду? Им не стать интриганами и историками, им просто бы понять, как выбраться живыми.

Дивия, наконец, повернулась и взглянула прямо, утеряв божественность и высокомерие.

– Вы должны бы это знать. Легенды, сказки…Однажды ведь мы, «Боги», уже смогли удержать и Морену, смогли удержать и полунощные земли. Почти справились. Но затем раздали божественные силы простым людям, своим подданым, и это разозлило Старых богов так, что они «наградили» по-иному – сделали Новыми Богами. Нам было нельзя больше вмешиваться: спасать или убивать. Так бы и сделались Богами на пепелище, если бы не…

– Белобог, всех спасший, – заключила за неё Элина. – Но при чём тут Шерт?

Ответил вдруг сам Демьян:

– Клятва выше Богов. Даже выше смерти.

Дивия вдруг улыбнулась, только вот совсем нерадостно.

– Верно. А их клятва была и вовсе лакомым кусочком. Неправильная, ускользнувшая от взглядов. Потому, когда Яромир предложил обмен, его послушали.

– Сомневаюсь, что наша Шерт так же весома.

– А вам и не зачем ублажать Старых богов. И даже нас. Вам должно стать чем-то большим, но прежде всего остаться людьми. Защищать, а не подчинять. Любить, а не ненавидеть. Стать семьёй и родом, а не высшими и недоступными.

– И всё это благодаря какой-то Шерт? – не выдержал-таки Каллист. Любитель длинных лекций и философских трактатов, ему категорически не хватало разъяснений.

– О, не просто какой-то, – Дивия даже засмеялась. – Да, она связывает людей, не даёт навредить или убить. Но важнее, она меняет Богами предначертанный путь. И вы уже свернули с проторенной тропинки. Да ведь осталось кое-что ещё. А вернее сказать кое-кто. Их сдержать сможем только мы.

– Как? – поторопила Элина, не успев прикусить язык.

– Провести «Вящий суд», – декларировала торжественно. – Пусть Боги разбираются с Богами. Чем не потеха?

Они переглянулись неловко. О чём пыталась сказать?

На выручку опять пришёл Демьян:

– Если это то, о чём я думаю, нужно торопиться. Чтобы призвать Богов, придётся собрать их потомков, по одному от каждого Рода. Якобы они несут в себе не те разделённые силы, которыми одарили близких и подданных. Они, мы, сохранили первородную силу, «истинную силу».

– Верно, – Богиня не скрыла гордой улыбки.

– В принципе, это легко, – встрепенулся Измагард, что-то просчитывая, – собрать всех. Как минимум трое уже есть. А остальные должны быть в Академии.

В самом деле? Элина принялась судорожно вспоминать, кого могла знать. В тревоге мысли путались. Как хорошо, что не ей их искать и уговаривать, объясняться. Как плохо, что им с Северианом предназначалось дело куда сложнее…

– Но самое главное – не забудьте слова. А когда всё получиться, там уж я постараюсь помочь. Обряды любят свидетелей.

***

Это место преследовало Элину. Поначалу в кошмарах, затем воплощённое наяву оно стало олицетворением всех её страхов. Зал зеркал. Сотни отражений, искажённых форм и лиц. Казалось, зайдя внутрь, ты уже не найдёшь выхода, потеряешься навсегда.

Золотой рассвет пробивался сквозь потолочный витраж. Блики играли на полу, и может в другое время это место кому-то дарило покой и уют… А сейчас здесь всё было залито кровью.

Несколько тел лежали полукругом, обезображенные до неузнаваемости – с них словно содрали кожу и пропустили через мясорубку. Другим знакомо перерезали горло и оставили мучиться, захлёбываться в собственной крови. Учителя ли, ученики…

Были и те, кого они знали.

Откинувшись спиной на разбитое зеркало, сидела Аглая Авдеевна. Она была ещё жива, шевелилась и дышала. Только…ничего не видела больше. Ей выкололи глаза.

Ближе всех к выходу лежал Артемий Трофимович. Что вообще забыл здесь? Какой из него защитник и воин? Белый костюм сделался багряным. Рубашка расстёгнута, а в груди торчал чёрный меч.

В центре опустившись на колени замерла грузная фигура. Короб валялся сломанный, инструменты разбросаны. Один из рогов отломился, а маска раскололась. Смотритель? Как бы ни хотелось заглянуть ему в лицо, узнать загадку, мучавшую академию не первый год – на это не было времени.

– Неужели, гости пожаловали? Я-то заждался да столько хлопот…

Над одной из жертв склонилась знакомая фигура. Заметив их, Далемир поднялся во весь рост. Обтер руки о чёрный кафтан и отсалютовал им серебряной чашей:

– Давненько не виделись, Севериан. Смотрю, передумал-таки. Решил не стоять в стороне?

– Мы здесь, чтобы остановить вас.

Элина заозиралась, ища ещё одного нарушителя. Но как бы ни старалась, в этом огромном зале Яромира не было. Не мог ведь прятаться в зеркалах?

В боевой готовности Севериан призвал меч и не сводил глаз с Далемира, любое движение намереваясь назвать поводом.

– Похвально, – тот усмехнулся. – Да только кажется, запоздали вы. Скоро от этого мира ничего не останется.

– Это мы ещё посмотрим! – прорычал Севериан и замахнулся.

Далемир не испугался и даже не дёрнулся.

– Ах, бедные наивные дети. Готов поспорить, вы и не догадываетесь, за что на самом деле сражаетесь, какие ставки поставлены на кон. В большой игре вы просто куклы, безвольные игрушки, в одних только мечтах на что-то способные.

Элина думала, что меч пройдёт сквозь него, как если бы был призраком: пустым и бесплотным. Но лезвие легко изрезало плечо, вспороло ткань и кожу. Темным пятном потекла кровь.