Актриса для Мажора

Глава 10.

Боря приехал в порт и еще издали увидел корабль, на котором ему предстояло отработать следующие три с лишним месяца. Да уж, приятных воспоминаний лайнер не вызывал.

- Ну что? В бой, - сказал сам себе Быков и направился в терминал, не заботясь о своем багаже. Он не сомневался, что все вещи без его участия доставят в каюту.

Встретил его очень вежливый сотрудник службы безопасности корабля, в котором Боря узнал прошлогоднего конвоира, это была явная демонстрация «доброго» отношения со стороны капитана и Боря хмыкнул, поняв, что скучно не будет.

Такое неоднозначное сопровождение не помешало Борису идти по кораблю походкой победителя и с легкой ироничной улыбкой по-хозяйски осматривать лайнер. В белоснежной рубашке, в темных брендовых очках, лощённый, холёный и уверенный в своей неотразимости молодой мужчина. Какие бы причины не привели его на лайнер, показывать, что у него есть проблемы, Борис не собирался. И встречные пассажиры, и члены экипажа отступали под его снисходительной усмешкой, пока он не вошёл в капитанскую рубку, где его самоуверенная аура разбилась вдребезги о скептический взгляд капитана.

Зорин холодно просканировал Бориса, а тот вновь на секунду почувствовал себя бактерией.

- Борис Ярославович, наконец, мы удостоились чести вас лицезреть, - поприветствовал его капитан.

- Спешил изо всех сил, - натянул доброжелательную улыбку Борис.

- Это было лишним, если бы вы ещё задержались, никто бы не был в обиде.

- Не все зависит от нас с вами, Вадим Дмитриевич.

- К сожалению, - с тяжелым вздохом согласился капитан и продолжил: - Итак, вы теперь директор круиза. Должность для нас новая, перечень ваших обязанностей я буду корректировать по ходу дела. А право у вас одно: покинуть это судно и избавить меня от дополнительной проблемы. Воспользуетесь?

- Повременю, - вежливо отказался Борис.

- Жаль. В вашем подчинении будут арт-директор, управляющий судового отеля и шеф-повар. Рекомендую прислушиваться к мнению и опыту этих сотрудников. Особое внимание уделите управляющему, он на этой должности недавно, за все его просчеты буду спрашивать с вас. В управление, техническое обеспечение и безопасность лайнера вы не суётесь.

- Понятно.

- Главное. Вы подчиняетесь мне безоговорочно, за вами постоянно будет особый контроль. - Вадим Дмитриевич добавил в свой и без того неласковый голос еще больше жесткости. - Никакого алкоголя. Я буду ждать вашей ошибки и с удовольствием закрою в карцере, а после - отправлю к родителям.

А Боря добавил в свою улыбку наглости.

- Не сомневаюсь, Вадим Дмитриевич. Раз у нас с вами такой душевный разговор, я тоже признаюсь: я буду следить за вашими действиями не менее внимательно, и ваши косяки меня порадуют почти так же сильно, как и моего батюшку.

Вадим Дмитриевич задумался:

«Может ну его – перевоспитание? Сразу в карцер? Боюсь, не удержусь и прибью гаденыша. Сомневаюсь, что из такого материала может что-то кроме удобрения получиться. Ох, Ярослав Борисович, подложил ты мне свинью в виде своего сыночка. Ладно, карцер оставлю как крайнюю меру».

Зорин подошёл к Боре ближе и тихо произнёс, глядя в глаза.

- Борис Ярославович, на этом корабле я и папа, и царь, и Бог. Чем раньше вы это осознаете, тем менее болезненным будет для вас пребывание на лайнере.

Улыбочка Бори потеряла свою непринужденность, но он не отступил и взгляда не отвёл.

- Будем и дальше харизмой меряться, или я уже приступлю к своим обязанностям? – уже серьезнее спросил Борис.

- Отдельно предупреждаю, - продолжил Вадим Дмитриевич, словно не было последних фраз, - за домогательства и неуважительное поведение в отношении женщин, пока вы в моем подчинении, наказание будет максимально унизительным и неотвратимым.

- Я с некоторых пор очень сильно уважаю женщин, - вновь не удержался от усмешки Боря.

Вадим Дмитриевич мысленно взмолился о ниспослании ему терпения и повёл мажора к арт-директору. Он сочувствовал госпоже Линник, не заслужила она такого наказания, но женщины по сути своей более терпеливы, плюс она вполне крепкий орешек, так что должна справиться, а ему срочно требовался тайм-аут, пока владелец лайнера не лишился своего наследничка.

Анжелика Геннадьевна была предупреждена о прибытии нового директора в лице старого знакомого и ждала его появления в скверном настроении.

Борис вошел в кабинет госпожи Линник и, не обращая внимания на ее враждебный взгляд, принялся лениво ее рассматривать. Что ж, вкус у него всегда был хороший. Не удивительно, что год назад он обратил внимание на эту женщину, даже то, что она была заметно его старше, не делали ее менее привлекательной, а лишь добавляли особый шарм. Светлые, почти белые волосы, наверняка цвет подобран дорогим стилистом, огромные  глаза, тонкие черты лица и красиво очерченные губы – ее лицо было идеальным. Холодная красота в сочетании с ледяным высокомерным взглядом серебряных глаз - она однозначно могла быть прототипом снежной королевы. Высокая, по-модельному стройная и длинноногая, правда, грудь на вкус Бориса маловата, но явно своя.

Анжелика Линник еще больше раздражалась под откровенно-оценивающим взглядом Быкова.

А Боря давно понял, что от него ничего хорошего не ждут, и старался соответствовать. Главное не переборщить и не дать повода себя уволить, а засранцем ему быть никто не помешает.

После демонстрации взаимного неуважения и сухого приветствия, оба директора отправились в гримерку к актерам, куда набились и аниматоры - всем было интересно поглазеть на скандально известного сыночка олигарха.

Анжелика Геннадьевна представила подчиненных новому директору. Мужчины Бориса не интересовали, а среди актрис он выделил несколько симпатичных мордашек, которые посматривали на него с любопытством. Вот здесь противниц силикона явно не наблюдалось, многие актрисочки явно были клиентками пластических хирургов.

Вдруг его взгляд споткнулся о простое лицо, не накрашенное, ничем не примечательное. Боре захотелось еще больше задеть арт-директора.