Аламейк: Стрела Судьбы

Глава 6

Нас разбудили пять трубных звуков. Так город будят только в редкие дни празднеств. Я открыла глаза и увидела сонного недовольного Тигру.

– Теа, это самый ужасный будильник, знаешь. Тем более для празднения.

– Для празднества, Тигра.

– Да, точно, для него.

Это не было сном. Вся эта неделя не была сном. Жители действительно пострадали, урожай действительно потерян, а люди надеются на какое-то дивное пророчество, сказанное полоумной старухой. Замечательно! Просто замечательно.

Я отправила Тигру немножко убраться в квартире, а сама – лохматая и словно бы изнурённая тяжёлым трудовым днём, отправилась за водой для ванны. Люди на улице, к моему удивлению, уже полным ходом готовились к празднику: кто-то подметал дороги, кто-то доставал украшения и гирлянды, слышны были приготовления к включению печи, но… в общем, было тише, чем вчера вечером. Хоть что-то стало прежним, жители выговорились и спустили тяжкий груз с душ. Груз молчания.

Я принесла домой два ведра с горячей водой и разбавила ее холодными отварами трав. Пока Тигра мылся, я решила убрать за родителями посуду и несъеденный ужин, но застала их как раз за его поеданием.

– Спасибо, Ти. – Ласково сказала мама, которая выглядела изумительно свежо. – Нам сегодня пригодится энергия, многое нужно сделать. – Я могла лишь одобрительно кивнуть. Отец проглотил кусочек холодного картофеля, прокашлялся, как если бы ему пришлось произносить длинную речь, и спросил:

– Ну и что ты думаешь насчёт всего этого? – Я налила в стакан воды, опёрлась на столешницу, помотала головой и сказала правду:

– Ничего.

– Теа, – вмешалась мама. Мы верим тебе. Ты должна это знать. И мы спрашиваем тебя не только потому, что ты оказалась в гуще всех этих… событий. Мы спрашиваем тебя, потому что ты наша дочь, и нам важно твоё мнение.

Ладно, тогда я сказала не совсем правду. Совсем не правду. Хорошо. Я скажу.

– Да, ладно, хорошо. Я не верю в предсказание.

Родители вопрошающе на меня посмотрели:

– Это глупо. Я не понимаю, как все поселенцы могут верить в этот бред. Возможно, всё просто не могло быть и дальше так гладко, как было. А, возможно, так было всегда, просто никто этого уже не помнит. Может и два поколения назад жуки пожирали пшеницу, а об этом никто не написал в хронике, чтобы не пугать будущие поколения. Возможно, эта сумасшедшая женщина когда-то прознала, что у нас хранится этот «волшебный» антикварный лук, украла стрелу от него, и решила над нами пошутить. Да, я не верю, в то что мы можем выбраться из поселения, потому что меня всё устраивает. Я люблю свою жизнь здесь и мне не нужно никакой другой. Простите, если вы ожидали другого ответа. Меня Тигра зовёт. – Закончила я и сразу пожалела, что так много наговорила.Почему у моей речи нет золотой середины, а только лишь крайности? Родители теперь начнут меня бояться и не будут мне доверять! Эх, Теа, всегда ли так хороша правда?

Я помогла румяному брату вылить мятную воду из таза, а затем помылась лавандовым отваром. В зеркало в ванной на меня смотрела Алатея Гал, но и она была другой. Я начала сомневаться, что я – это я. Что дальше? Я построю хижину в лесу, как Велан, буду собирать травы, а потом состарюсь, сойду с ума и начну пугать подростков в лесу? Может быть, так оно и было с этой женщиной? Может быть она – это я?

– Теа, ты не видела мой рюкзак? Я вчера не выложил яблоки! Думаешь, я смогу их на что-то обменять? – проговорил Тигра, стоя за хлипкой дощатой дверью в ванную комнату. "Спускайся с небес на землю, Теа" – сказала я самой себе и решила перед большим совместным завтраком на площади зайти к Брене и Скале. Мама Скалы точно займет одну из ярмарочных палаток, потому что делает очень красивую посуду (даже ту, которую не раскрашивает), а также шьёт очень удобные футболки. Моя мама, скорее всего, будет помогать с украшением, а в этом ей не нужны помощники. Она всё время недовольна тем, что кто-то мешает её «творческому процессу». Поэтому я спрошу у друзей, не нужна ли им помощь в подготовке.

Тигре не терпелось зарекомендовать себя в качестве помощника, но я не горела желанием столкнуться где-нибудь с родителями. Мне всё еще стыдно за то, что я сказала утром, пусть это и правда. Человеку, конечно, не должно быть стыдно за правду, но я-то лучше всех знаю, что язык мой – враг мой. Хотелось вернуться на полевые работы, косить сено, успокоиться, и чувствовать себя в безопасности.

Когда я удостоверилась, что мамы с папой уже нет в квартире, я сказала Тигре, что нас ждёт «важная миссия». Конечно, я запланировала спуститься в кладовую и отыскать там для него какое-то подобие шляпы, потому что сама я уже надела заветную синюю куртку поверх простой льняной фуфайки. Не могу сказать, что чувствовала себя иначе из-за изменённого внешнего вида, куртка казалась тяжёлой и неуютной, слишком большой и мешковатой, пыльной и чудаковатой. Но это было что-то новое и непривычное. Что-то хорошее новое и непривычное.

– Вау, ты такая крутая! – Сказал брат, когда мы спускались по пыльной тёмной лестнице. Я держала в руке почти что огарок от одной из вчерашних свечей. Надо было найти что-то побыстрее, пока воск не сжёг пальцы.

– Где ты вычитал такое слово?

– В одном из комиков.

– Может быть, комиксов?

– Да, а я как сказал? В общем, ты похожа на главного героя этой книжки.