Аламейк: Стрела Судьбы

1/8. Третья часть

Совсем скоро вдали показались стёртые, сначала тенью, а потом и одним из последних ослепляющих солнечных лучей, нерешительные силуэты. Я не смогла заставить их повернуть назад, ни силой мысли, ни большим желанием. Я оказалась бессильна.

Толпа расступилась, освобождая центральный проход к входу в библиотеку. Я ждала одобряющего взгляда отца, хотела встретиться глазами с Чужаком, но тщетно: отец смотрел решительно прямо перед собой, Чужак смотрел себе под ноги, до конца не веря в реальность происходящего. Только представьте: человек, не помнящий кто он и откуда, оказывается в незнакомом месте, где все принимают его за врага. Более того, эти люди заставляют его выполнить какой-то абсурдный сказочный ритуал, о котором он и сам когда-то слышал.

Кто я такая, в конце концов, чтобы на меня смотрели?

Меня раздражали постоянные перешёптывания, которые звучали громче раскатов грома, били железным молотом по голове. Хотелось, чтобы люди снова молчали, чтобы больше не было этого шума, гама, чтобы люди больше не выражали своего мнения. Спутники Чужака с большим интересом озирались по сторонам и даже пытались улыбнуться несколько озлобленным по отношению к ним жителям. Я позавидовала их смелости: хотелось бы и мне вести себя вот так легко в окружении стервятников!

Время будто застыло. Я смотрела на всё в медленной перемотке, жаль только, не могла поставить этот момент на паузу. Тигра боязливо взял меня за руку, он искренне переживал за Чужака. Или, он уже не был для нас Чужаком?

Его друг был ниже ростом, поэтому пальму первенства всё-таки получил Чужак. Ответственные о чём-то бурно разговаривали и, конечно, не ободряли парня, как всех предыдущих смельчаков, кто-то лишь несмело протянул лук и стрелу и попятился назад. Но Чужак прекрасно знал, что делать и выглядел великолепно. Все те, кто пытался выстрелить до него, казались теперь жалкими пародиями. На площади стояла гробовая тишина, все восторженно смотрели на мощную живую статую, которая настолько подходила этому месту, что все были бы рады, если бы заходившее солнце превратило её в настоящий камень, поселив там на веки.

Но Чужак не мешкал.

Он не думал, какую стойку принять, как взять лук, как натянуть тетиву – они были созданы друг для друга. Стрела взмыла прямо в тающий полукруг тускнеющего светила. И не вернулась. Без сомнений, это был он – человек из пророчества. Тигра еще крепче сжал мою ладонь, жители же выразили своё удивление громкими воскликами.

– Это он!

– У него получилось! – Слышалось со всех сторон, но никто не радовался раньше времени.

Ведь ничего не происходило.

– Ти, так и нужно, да? Почему ничего не происходит?

Чужак медленно опустил лук. Я уверена, что его лицо выражало лишь безмятежность. Но, что теперь? Потеря веры? Что делать всем тем, в ком потухла надежда? Солнце зашло. Хоть что-то шло по плану.

Сказать, что мы были разочарованы – это ничего не сказать. Мы потеряли стрелу так же быстро, как и нашли. Так же внезапно, как и нашли. Я надеялась, что она вернулась к законному владельцу, который решил так жестоко над нами пошутить. Тем временем недовольство поселенцев росло, кто-то даже кинул в балкон какой-то сосуд, который, конечно же, не долетев, разбился у стен библиотеки. Настало время Ответственным сглаживать острые углы ситуации. Рупор взял мой отец. Я точно помню, как сквозь зубы прошипела «Трусы».

– Уважаемые жители! Мы настоятельно рекомендуем сохранять спокойствие и посвятить вечер своим обычным делам. Мы все видели, что стрела и правда была выпущена. Возможно, нам не стоит ждать таких скорых перемен. Но мы уверены, что они, непременно, будут. Это лишь вопрос времени. Спасибо за внимание.

«Это лишь вопрос времени» – эхом проносилось в голове. Но у чужаков время было ограничено. «5. Через 2. На рассвете» – присоединилось к эху. Жители, если и хотели что-то возразить, то никак не могли, ведь Чужак и правда выполнил свою часть пророчества. Молодёжь предложила продолжить праздник, ведь уже завтра всем надлежало вернуться к учёбе и работе, никому не хотелось терять последние драгоценные часы.

И никому вновь не было дела до Чужаков. Я подумала, что нашим людям ведь никогда и не хотелось выбраться из поселения, их всегда всё устраивало, они редко задумывались, что же там находится, за завесой? Вы не подумайте, что я недооцениваю своих друзей, знакомых, нет. Хотя большинство из них вообще говорили редко, я знала, что им всё равно. Они не знали другой жизни, они не интересовались ей.

– Что теперь, Алатея? Мама Гал? – Брена хотела получить от нас формального разрешения присоединиться к остальным.

– Как сказал отец Гал, нам нужно немного подождать. Возвращайтесь к празднованию, к своим семьям и друзьям. – Мама кивком в сторону библиотеки дала понять, что и нам нужно вернуться к своей семье. Брена на короткий миг меня приобняла. Я ничего не почувствовала в её объятиях. Хотела ли она сказать этим, что всё будет хорошо, и мы обязательно найдём выход, или же извинялась за такое чисто человеческое желание – весело провести остаток праздника? Или…?

– Вы это видели, а?! Ну, и картина! С этого юноши только и расписывать холсты!

– Мама? Отец? Вот так сюрприз! – Мама заключила в объятия еще крепкую, но уже суховатую и уставшую женщину, не отличавшуюся вычурным нарядом.

– Неужели этот крепыш, наш Тигра?! – Седовласый мужчина приподнял Тигру над землёй, а потом прижал к себе.