Алая дева для дракона

Глава 4

Мы покинули храм, причём дракон ушёл, даже не оглянувшись, а Карнор кивнул ему вслед и процедил мне сквозь зубы:

― Догоняй, – он тоже скрылся где-то во внутренних помещениях храма, и я осталась одна.

Кругом было темно, пусто и холодно, прямо как в моей жизни. И только за спиной светилось Серебристое древо, напоминая те счастливые года, что мне перепали, прежде чем мою судьбу сломали и изуродовали.

Я медленно пошла к выходу, думая об этом.

Непроходимые леса Ф’аола, моего родного мира, всегда таили множество тайн… Издревле среди нашего племени ходили предания о чародеях, появляющихся из ниоткуда, о колдунах, способных убить молнией, о вспышках синего света в густых чащах. Даже мы, дети, считали это просто сказками, пока однажды окрестные леса не озарились синим сиянием.

Герои тех страшных легенд хлынули на наши мирные земли. Предания ожили и стали кошмаром наяву.

Я – Лар Окраи, внучка старейшины, правнучка шамана, тоб-сара... Моя семья, жившая на краю поселения, была первой жертвой пришельцев. Убили всех, но пощадили меня, десятилетнюю девчонку. И заставили смотреть на бойню... Я никогда не забуду того ужаса. Чужаки просто поднимали руки, с пальцев срывались синие молнии, и люди, которых я знала и любила всю жизнь, падали замертво. Мужчины, женщины, дети… Захватчики не щадили никого, а наши самые сильные воины и шаманы не могли противостоять неизвестному врагу.

Часа не прошло, как моё племя было истреблено. Остались лишь семь девочек, примерно моих лет. Те, кого ещё только ждала инициация. И если бы тогда я знала, что готовит мне будущее, бросилась бы на убийц, а не застыла в ужасе, не чувствуя своего тела. Я сделала бы всё, чтобы умереть…

Потом такой возможности не было, но теперь, когда я вырвалась из лап хозяев, моя жизнь, наконец-то, принадлежит мне. И не важно, что думает дракон.

Вспомнила о Брессаре, и только вышла на улицу, как едва не врезалась в его широченную спину.

― Ты что там, грехи замаливала? Не поможет. Убийц не прощают!

― В таком случае, их остаётся только пожалеть, – я прямо посмотрела в колючие, холодные глаза мужчины. – Можешь сколько угодно ненавидеть меня, но мне не в чем перед тобой оправдываться, поэтому скажу один раз, а дальше думай, что хочешь. Я не убивала твоего отца. Вообще никого не убивала. Много лет хозяева сковывали мой дар Саллаором, так же как это сделал ты браслетом. Однако я не враг тебе, Маркус Брессар из рода Пламенных. Иначе к чему мне было сдаваться вашему ордену? Ведь меня послали убить тебя...

― Ты врёшь! – злобно прошипел дракон, и его зрачки стали вертикальными, в карих глазах полыхнуло пламя. – И когда я выведу тебя на чистую воду – убью.

― Убьёшь жену? Даже если тебя оправдают, то не дадут снова жениться, – каким-то удивительным образом мой страх пропал, словно тот лист Фаттиа забрал его одним прикосновением. – В Марашохе не разрешают жениться тому, кто не уберёг первую жену. Ты последний в своём роду. Не оставишь наследников, и Пламенные исчезнут. А ведь у вашего народа наследником считается лишь ребёнок, рождённый в законном браке...

― Всё рассчитала, да? Не удивлюсь, если мы знаем далеко не всё о выродках из народа тоб-сара. Может, это ты убедила правителя поженить нас? Глава ордена не сумел проникнуть в твой разум. Почему? Ты ментальный маг? Если так, то влияние твоё оказалось не столь велико. Мы женаты, но...

Он выхватил из-за пазухи свиток и протянул мне.

― Читай, если обучена. Если нет, то вкратце скажу, что тут. Этот документ разрешает мне прикончить тебя без всяких для себя последствий, когда выясню, что ты врала о своих намерениях или злоумышляла против любого жителя Марашоха. Я найду, за что тебя прикончить, чтобы и не жила такая тварь! Освобожусь и буду жить счастливо с той, кого выберу сам! – он зло усмехнулся, видя, как я схватила свиток и пробегаю его глазами.

Было больно и обидно, но мне не привыкать к угрозам и подлости, поэтому удалось даже улыбнуться и насмешливо глянуть на Брессара.

― Можешь сколько угодно лелеять эту надежду. Только ты ничего не выяснишь. Нечего выяснять. А если захочешь воспользоваться этой бумажкой и оклеветать меня, подтасовать доказательства вины, что же... Духи всё видят. Они отомстят за невинную жертву. И не удивляйся потом, что в твоём роду горе и бедствия станут частыми гостями. И да, – я коротко рассмеялась, – ты действительно ничего не знаешь о моём народе. Мы называли себя фаоларро, что значит, жители вечного леса. А тоб-сара переводится с нашего языка, как алая дева. Так звали девочек и женщин с красными волосами, обладавших оборотным даром. Таких никогда не было много, и никто не считал нас злом. Ты тоже оборотень, и тоже можешь убивать. Так почему зовёшь меня тварью, не заслуживающей жизни? Чем ты лучше? Скольких убил ты сам?

Красивое лицо дракона перекосилось от ярости.

― Говори пока... Посмотрим, как запоёшь в замке. Я заставлю тебя заткнуться, научу знать своё место! – рявкнул Брессар, схватил меня за руку и потащил на огромное поле позади храма, туда, где взлетали и садились драконы.

У края пустыря он отпустил меня, прорычав через плечо:

― Когда обернусь, выйдешь на середину, чтобы мог подхватить. Ослушаешься – пожалеешь.

Посреди поля его тело вспыхнуло, и передо мной встал гигантский, мощный дракон, покрытый матовой чешуёй бурого цвета. Существо расправило красные крылья, взмыло в воздух и заревело. Повернувшись ко мне, дракон выплюнул струю огня.

Н-да... Манеры у муженька ужасные...

Я, может, и ослушалась бы, хотя бы для того, чтобы подразнить и позлить самоуверенного гада, но в столице было опасно, и чем скорее мы улетим, тем скорее я окажусь ещё дальше от своих мучителей.

--------------------

Лар