Алая Королева. Симфония

Глава 18. Только ты и я

Литавры вселенским грохотом раскололи мир на мелкие кусочки. Мелодия бесконечности грозила разорвать сознание на части. Нечто подобное Нейт уже испытывал после встречи с Высшими духами. Сопротивляться было невозможно, но и сдаваться никак нельзя: если упустить Рейну – Агату будет не спасти.

Нечеловеческими усилиями Нейту удалось приоткрыть один глаз. Он несся средь безумного хоровода созвездий, мечущихся в фиолетовой, розовой, голубой и ярко-зеленой дымке. Напротив лицо Агаты… или Рейны? Сложно было сказать, ведь оно вернуло свои прежние, мягкие черты. Глаза ничего не выражают, на уголках скопились бусинки слез, губы застыли в грустной, пустой улыбке. Нейт вспомнил, что так Агата выглядела, когда проходила своё испытание.

Вокруг бушевал хаос. Грохот музыки пронизывал каждую клеточку тела, лишая воли, иссушая силы, сводя с ума.

- «Ты должен поторопиться», - прошептал голос в голове, так тихо, что Ривз не был уверен, не показалось ли ему.

Поторопиться. Легко сказать. Нейт снова закрыл глаза. Нужно сосредоточиться, найти в Симфонии свой элемент, свою часть в партитуре.

Да, вот они знакомые звучания сонаты. Неуловимые и тающие на глазах, будто в Симфонии им больше нет места. И все же Нейт отчаянно тянулся к ним, и в конечном итоге ухватился за рассыпающуюся в прах мелодию.

Юноша открыл глаза, он снова находился в зале Башни Света, сидел на полу, придерживая за плечи Рейну, глаза её были всё такими же пустыми, а лицо застывшим, словно восковая маска.

Нейт болезненно поморщившись - Симфония все так же грохотала в голове, - сжал плечи девушки и тихо позвал:

- Рейна… - никакого эффекта. Тогда он встряхнул её и сказал громче:

- Рейна, очнись! Очнись, прошу… - говорить и двигаться было невероятно тяжело. – Черт возьми, - простонал юноша и, собрав остатки сил, прокричал:

- Очнись же!

Рейна дрогнула и медленно перевела взгляд на юношу.

- Они здесь, - слабо проговорила она, но Нейт четко слышал каждое слово. – Они пришли ко мне. После стольких лет… - по щеке скатилась слеза. – Ты не обманул.

- Не обманул, - кивнул юноша.

- Наконец я могу уйти, - её взгляд снова уставился в пустоту.

- Подожди, - спохватился Нейт. – Нужно ещё кое-что сделать… Агата.

- Агата? – Рейна снова перевела взгляд на юношу.

- Да. Прошу тебя, верни её!

- Вернуть?.. О! Прости меня, мой мальчик, но я боюсь, это невозможно… Во всяком случае, я не знаю как.

Нейт пристально смотрел в глаза Королевы. В душе что-то со стоном рухнуло, даже грохот Симфонии теперь ощущался не так остро. Юноша только сейчас понял, что проделал весь этот путь до Башни Света не для того, чтобы спасти мир не для того, чтобы уничтожить Королеву. Это, конечно, тоже было важно, но не являлось самым главным. Прежде всего, он хотел вернуть Агату, увидеть её. То чувство, которое поселилось в груди несколько месяцев назад и пережило так много потрясений, от предательства до надежды, сейчас покрылось коркой сухого песка, потрескалось и медленно осыпалось.

Как это странно, видеть лицо Агаты здесь, перед собой, но чувствовать, что она бесконечно далеко, и им не суждено больше встретиться. Нейт сжал кулаки и упрямо мотнул головой.

- Я её не оставлю, - твердо сказал он.

Рейна слабо улыбнулась и взглянула Нейту за спину. Там вовсю работало устройство, открывшее гипертуннель.

- Думаю, с этим я смогу перенести твоё сознание к ней. Это единственное, что я могу сделать для тебя. Но скорее всего, это билет в один конец, вряд ли твоё сознание выдержит.

- Я готов, - кивнул Нейт.

- Что ж, - улыбнулась Рейна. – Похоже, я ошиблась, здесь нечто большее, чем симпатия, - она коснулась ладонью виска Нейта. – Прости меня, мой мальчик, - грустно прошептала та, кого двести лет с ужасом в голосе называли Алой Королевой. – За всё…

Глаза Рейны расширились, они сияли сиреневым пламенем. Мир на мгновенье померк. Нейт почувствовал, что лежит на чем-то холодном и твердом, звуки Симфонии почти растаяли, но даже её отголоски терзали разум и вызывали страдания.

Нейт открыл глаза. Он находился в той самой пещере на Фуксии, ну, не он лично – его сознание, но все ощущалось очень реалистично, в том числе и собственное тело. Юноша тяжело поднялся, осмотрелся. Расколотый трон, вернее алтарь, по форме напоминающий трон. Десять обелисков, но только один с живой душой.

Агата заметила его, её глаза от удивления расширились, девушка что-то прокричала – слов не разобрать. Нейт сделал шаг вперед, но голову пронзила острая боль, юноша схватился за лоб и упал на одно колено. Мир вокруг закружился, очертания пещеры оплыли, словно на картину плеснули ведро воды. Уши разрывал невыносимый скрип.

Юноша поднял голову. Теперь он был в Усыпальнице Героя. Зал вращался, лепестки-стены медленно раскрывались, дергаясь из стороны в сторону, словно изображение с помехами. Скрип стал нарастать. Статуя Риборга рассыпалась в пыль, на её месте появилась круглая платформа с женщиной в красном платье. Внезапно под Нейтом образовалось черное пятно, он даже сначала подумал - червоточина этюда, но нет, это была обыкновенная дыра, желоб для слива воды из фонтана.

Падение было долгим, свист в ушах почти заглушал мерзкий скрип. Вокруг непроглядная тьма. Только внизу еле угадывался живой оранжевый огонек, но почему-то от него сквозило отчаянием.

Пожар. Языки пламени танцевали над руинами, взмывая на много метров вверх, чтобы бесследно исчезнуть в воздухе, дав место следующим волнам пламени. Темная долина озарялась страшным кострищем чуть ни на несколько километров.

Гармония Орта пылала. Пламя погребало надежды и разочарования, воспоминания и мечты, победы и поражения. Всё здесь, в неистовом огне.

Языки пламени, словно щупальца, тянулись к Нейту. Юноша падал в самое сердце пожара. Пронзительный визг в голове возрос до неимоверной высоты. Руины Гармонии были все ближе. Нейт зажмурился и выставил перед собой руки, пламя уже почти касалось его. Юноша закрыл глаза. Звук в голове достиг своего апогея и вдруг исчез.