Алая лента

11. Вы поедете на бал?

— Но почему бал? — запоздало она изумилась, уже успокаиваясь. — Должен быть траур, день скорби, ведь…

— Никто не погиб, моя милая. Благодаря героизму одной славной девочки и ее кавалера.

— Там было много врачей, — возразила Полина, вдруг испугавшись. — Я ничего бы не сделала, я…

- Да, император обо всех позаботится. И всех наградит честь по чести. Но тебя ждет награда особая… Пока собираешься, думай над этим.

Кстати, вот еще душечка. Я пока тебя ожидала, посыльный принес.

И протянула Рождественскую открытку.

На ней ровным убористым почерком красовалось послание:

“Полина Ивановна, разрешите мне сопровождать вас сегодня на Рождественском благотворительном балу. Буду премного признателен за добрый ответ. Искренне ваш кн. Владимир Фоминский.”

— Кн? — пораженно пробормотала Полина. — Фоминский? Это же…

— Рюриковичи, — ласково подсказала любимая крестная. Княжич в опале, его батюшка не простил старшему сыну его увлечения медициной.

— Кошмар.

— Я понимаю, что мальчик мог показаться тебе недостаточно перспективным… Но, моя дорогая, наследство их только портит. У Владимира золотые руки, он - восходящая звезда кафедры полевой хирургии и…

— Мы с ним только вчера познакомились, — ошарашенно произнесла Поля Громова.

Силы оставили девушку.

— Приглашение императора совершенно никак нельзя игнорировать, — задумчиво произнесла Софья Андреевна, вставая из кресла так легко, будто юная девушка. — Мальчик прислал тебе приглашение, дабы ты не осталась одна на балу. Без семьи, без знакомых.

— А вы? — Поля с трудом прошептала.

— А я обещалась быть гостьей на празднике в Каменноостровском. Еще год тому, как. И Николя быть не сможет, он строго наказан отцом и отбывает сегодня в расположение войск. Так что… тебе будет ехать с Владимиром. Он, может, и отречен от наследства, но не заслуживает пренебрежения.

Туалеты доставлены, и не отказывайся, это самое малое, чем я могу отблагодарить тебя, милочка. Оставлю тебе свою горничную, будет рада тебе услужить. И… благословляю тебя. К сожалению, твоя матушка не дожила.

Софья Андреевна размашисто перекрестила Полину и, утирая нежданные слезы, с поспешностью удалилась.

Поленька удивленно воззрилась на столик у старого зеркала. Приглашение императора. Приглашение от Владимира. Почерк так похож на него… Эти буквы внушали Полине спокойствие, дарили уверенность. К тому же, крестная совершенно права, больше рядом с ней быть на балу просто некому.

Не Афену же звать.

— Барышня, поторапливайтесь, нам надо успеть еще сделать из вас человека.

Широкоплечая Груня, горничная Горицкой, волокла в холл два больших чемодана и огромный бумажный конверт. Потом уперла руки в боки, оглядывая Поляну, и громко произнесла, взмахнув властно рукой:

— А теперь процедуры!

И Полина решила, что на Дворцовой вчера ей было совсем не так страшно.