Алая Магнолия в Логове Ворона

Дань

Паланкин покачивался в такт шагам носильщиков, словно лодка на тёмной реке. Шёлковые занавески, вышитые магнолиями — символом клана Алых Магнолий, — едва пропускали серый дневной свет.

Чи Си Янь сидела внутри, выпрямив спину, в тяжёлом свадебном платье цвета алых магнолий и золота. На груди холодным грузом лежало рубиновое ожерелье — последнее напоминание отца. «Это не жертва, — сказал он перед отъездом, — это оружие». Голос его предательски дрогнул.

Ей было всего девятнадцать.

Ещё вчера она бегала по цветущим садам отцовской резиденции, смеялась с придворными девушками и тайком читала запрещённые свитки о древней магии крови. А сегодня её везли через Чёрный лес, словно драгоценную дань.

Воздух за занавесками стал тяжёлым. Пахло сырой землёй, смолой и чем-то металлическим. Деревья здесь росли так густо, что даже днём под их кронами царили сумерки.

Впереди раздался низкий, протяжный звук рогов. Носильщики остановились.

К паланкину подошёл верный стражник Янь — тот самый, что охранял её с детства. Он отодвинул занавеску и тихо, но твёрдо сказал:

— Госпожа, мы уже на их территории. Дальше вам придётся идти одной. Таков уговор.

Си Янь сжала кулаки под складками платья. Она знала, что этот момент настанет, но всё равно сердце сжалось.

Занавеска отдёрнулась полностью. Холодный ветер ударил в лицо.

Перед паланкином стояла молодая служанка в чёрно-серебряном одеянии клана Сюань Мин. Она поклонилась низко и почтительно протянула Си Янь тонкую руку.

Но Си Янь не сразу взяла протянутую ладонь. Её взгляд упал на старую женщину, стоявшую чуть в стороне.

Тётушка Вэнь — та, что растила её с пелёнок, что вытирала слёзы после первых падений и тайком пекла её любимые рисовые сладости. Сейчас глаза старой няни были красными и мокрыми.

— Тётушка… — прошептала Си Янь, и голос предательски дрогнул.

Вэнь шагнула ближе, несмотря на то, что стража Тёмных сразу напряглась. Она взяла руки Си Янь в свои сухие, тёплые ладони и крепко сжала.

— Дальше мне нельзя, моя маленькая магнолия, — тихо сказала она, и в её голосе не было слёз, только твёрдая любовь. — Это их земля. Но ты слушай меня внимательно. Ты — цветок нашего клана. Держи спину прямо, даже когда страшно. Улыбайся, когда хочется плакать. И помни: настоящий цветок не ломается от ветра, он лишь сильнее раскрывает лепестки.

Старая няня потянулась и осторожно поправила прядь волос у виска Си Янь, словно делала это тысячу раз раньше.

— Если станет совсем тяжело — закрой глаза и вспомни наш сад в третьем месяце, когда цветут персики. Я буду ждать тебя там… в мыслях. А теперь иди. Не заставляй их ждать.

Си Янь кивнула, сглотнув ком в горле. Она крепко обняла тётушку Вэнь на прощание — последний раз почувствовав родной запах жасмина и старого шёлка.

Когда она наконец отстранилась, служанка Тёмных всё так же терпеливо держала протянутую руку.

Си Янь вложила в неё свою ладонь. Холодная, чужая.

Паланкин остался позади. Теперь её посадили в повозку. Свадебная процессия передвигалась по узкой каменной тропе, освещённой парящими в воздухе синими призрачными огнями. Чёрный замок вырастал из скалы впереди, словно огромный зверь. Острые башни вонзались в небо, как когти дракона. Над главными воротами реял огромный стяг с вороном, разрывающим алый цветок.

Сотни глаз следили за ней с крепостных стен и из бойниц. Враги. Теперь — её новая семья.

Когда они вошли в главный зал, освещённый лишь чёрными свечами и холодным нефритовым светом, он уже ждал.

Мо Юань сидел на троне из обсидиана. Высокий, широкоплечий, с длинными чёрными волосами, перехваченными серебряной лентой воина. Тонкий шрам пересекал висок и спускался к скуле. Серо-стальные глаза смотрели спокойно и оценивающе.

Он медленно поднялся.

В огромном зале повисла абсолютная тишина.

— Чи Си Янь, — произнёс он её имя, и низкий голос разнёсся под высокими сводами. — Добро пожаловать.

Уголок его губ дрогнул в едва заметной холодной полуулыбке.

— Надеюсь, дорога не слишком утомила мою будущую жену.

В зале повисла тишина. Даже факелы, казалось, притихли.

Мо Юань спустился по ступеням и остановился прямо перед ней. Взгляд скользнул по её лицу, по шее, по рубиновому ожерелью, которое отец надел на неё как последнее напоминание о доме.

— Тебя отдали мне, — произнёс он низким, чуть хриплым голосом, — вместо старшей принцессы Алых. Хм… Дочь наместника.

Уголок его губ дрогнул в едва заметной улыбке.

— Ты мне нравишься больше.

Си Янь невольно сжала пальцы. Она ожидала презрения, насмешки, угроз. Но не этого.

Мо Юань сделал жест рукой.

— Отведите её в покои. Пусть отдохнёт. Завтра свадьба.

Две молчаливые служанки в чёрно-серебряных одеждах сразу подошли. Но он поднял ладонь, останавливая их.

Подошёл ближе. Так близко, что она почувствовала запах — тёмное дерево, дым и лёгкую свежесть горного ветра. Наклонился к самому её уху. Голос стал едва слышным, только для неё:

— Я знаю, что ты меня боишься, малышка. Но я тебе не враг. Не бойся меня. Я не такой, каким выгляжу… Отдохни, цветочек.

Тёплое дыхание коснулось её кожи.

Си Янь замерла. Сердце пропустило удар.

Она ожидала, что попадёт в логово зверя. Что её встретят холодом, угрозами, может быть, даже грубостью. А вместо этого — тихие, почти нежные слова и это странное «цветочек», от которого по спине пробежали мурашки.

Она растерялась. По-настоящему.

Щёки предательски потеплели. Си Янь быстро опустила взгляд, чтобы он не заметил вспыхнувшего в глазах смятения. «Что это было? Ловушка? Игра? Или…»

Мо Юань выпрямился. На лице снова была привычная холодная маска лорда Тёмных. Он кивнул служанкам.

Её повели по длинным коридорам, освещённым синими призрачными огнями. Стены были покрыты древними фресками: вороны, лотосы, разорванные цепи. Покои, которые ей выделили, оказались неожиданно роскошными — огромная кровать под чёрным балдахином, ширмы с вышитыми серебряными драконами, вазы с белыми орхидеями. На столе уже стояли фрукты, чай и лёгкие сладости.