Алая роза для Аллы

Глава 5. Кафе

Всю ночь она ворочалась без сна, размышляя о последних словах Михаила, что он уже кого-то впустил в открытые двери. Алла думала, что версии может быть две, одна хорошая, а другая плохая. Хорошая - Михаил намекал, что имел в виду её, Аллу. Плохая – у него кто-то уже есть, может быть даже жена. Не зная, что обо всем этом думать, Алла, как всякая женщина, выбрала самый плохой вариант: Михаил не свободен.

На следующий день привычный контроль не работал. Алла сорвалась на подчинённого, отчёты остались нетронутыми, курсор снова мигал. Радовавший раньше фисташковый цвет кабинетных стен казался грязноватым, и Алла заметила, что секретарь Маша внимательно и даже сочувственно смотрит на неё через стеклянную стену.

Она вышла в коридор, глубоко вдохнула: «Аля, дурында, ты что влюбилась в этого Михаила?! С ума сошла?! Почему, зачем? Да и не свободен он! Выбрось всё из головы!»

Роза, замок, Михаил - всё это маленькими толчками разрушало её привычный порядок. И от этого было немного страшно… и захватывающе одновременно. Несмотря ни на что, Алла чувствовала себя живой и настоящей.

В коридор выбежала Маша.

-Алла Николаевна, вам звонок.

В трубке Аля услышала уже знакомый баритон, от которого защекотало в груди.

-Алла, если вы не заняты сегодня вечером, может, встретимся и обсудим, как вы будете пользоваться замком.

Предлог был идиотский. Но именно поэтому Алла выдохнула в трубку: «Да. В шесть в «Бригантине».

Это маленькое кафе находилось напротив её офиса и было не слишком модным, не из тех, где меняют интерьер каждый сезон и стараются казаться тем, чем не являются. Алле здесь нравилось.

Она вошла. Играла негромкая ретро-музыка. Михаил уже сидел за столиком. Он поднялся ей на встречу и помог сесть.

- Вы часто сюда ходите? - спросил он, передавая ей меню для заказа.

- Иногда, - ответила Алла. – Особенно когда не хочется делать вид, что я где-то «в процессе».

- Понимаю.

Они заказали кофе. Обычный. Без уточнений, сиропов и сложных названий. Алла отметила это про себя: она терпеть не могла глупые понты. Некоторое время они молчали. В этом не было никакой неловкости, они, скорее присматривались.

- Михаил, не могу не спросить почему ваша контора носит такое забавное детское название – «Золотой ключик»?

Мужчина улыбнулся, около глаз появились добрые лучики. Алле он показался очень симпатичным…. И неуловимо знакомым.

- Это забавная и поучительная история. Когда я закончил третий класс, на лето нам задали в рамках внеклассного чтения прочитать сказку «Золотой ключик». А я всё лето гонял в футбол, так и не прочитал. Папа мой был человеком ответственным, решил проверить моё знание сказки. Я и «поплыл». Папа грозно спросил: Ты читал «Золотой ключик?» Я понурил голову и тихо пролепетал: «Читал». Папа сурово на меня прикрикнул: «Ты его не читал, ты его ел!» Помните такие ириски были – «Золотой ключик»?

Алла кивнула, и они вместе расхохотались.

- Вот я и назвал так свою фирму, чтобы помнить об ответственности, чтобы делать дело серьёзно. Чтобы быть, а не казаться.

Михаил посмотрел в окно, за которым лениво ползли машины и люди с одинаково сосредоточенными лицами. Алла рассматривала его руки - спокойные, уверенные, без суеты. Такие руки не дёргаются без причины.

Включили другой трек, что-то из Джеймса Ласта.

- Вы всегда так смотрите? - спросила она.

- Как?

- Будто ничего не ожидаете, но всё допускаете.

Он повернулся к ней:

- Я просто не люблю торопиться с выводами.

- Женщины не любят, когда мужчины не торопятся.

-Верно, - усмехнулся Михаил. – Иногда промедление на секунду может не дать случиться чему-то важному.

Алла усмехнулась. Это было слишком точно, чтобы спорить.

Принесли кофе. Некоторое время они занимались только им - делали первый глоток, прислушивались ко вкусу, будто проверяли, можно ли доверять этому месту.
Наконец, Алла решилась спросить.

-А вы знаете это из личного опыта? -спросила она, помешивая сахар.

- Что именно? – поднял на неё глаза Михаил.

- Что из-за промедления можно упустить что-то важное…

Михаил задумался, словно прислушиваясь к себе. Затем посмотрел на Аллу, решая, можно ли её посвящать в то, что он хотел сказать. И заговорил.

- Знаете, Алла (можно вас так называть, по-простому?) – Она коротко кивнула.

- Много лет назад я отдыхал на даче у родителей. Как-то летним утром вышел на крыльцо подышать. Смотрю, за соседским забором какая-то девчонка смотрит на наши розы.

Глаза Михаила потеплели. Алла, казалось, перестала дышать.

- Шейку тоненькую вытянула, глазищи свои зелёные распахнула и с восторгом смотрит на мамину розу, которую та сама вывела. «Заря» называется.

Алле казалось, что её сердце стучит на все кафе и заглушает звуки музыки.

- Я хотел к ней подойти, промедлил от нерешительности. А она почему-то убежала. Чем-то я её напугал, - в голосе Михаила послышалось сожаление. – А я её часто вспоминаю… Хотя сколько лет прошло…

- Двадцать, - тихо выговорила Алла. Ей было все равно, поступает ли она правильно, прилично это или навязчиво. Потому что именно сейчас она всей кожей почувствовала присутствие момента, когда медлить нельзя. Когда слышится шелест открывающихся дверей, и оттуда дует лёгкий, едва ощутимый, но уже явственный ветер перемен.

- Откуда вы…. – и Михаил запнулся.

- Цвет ваших роз я с тех пор всю жизнь ищу…. И не нахожу. Я сразу его узнала в тех розах, которые лежали на моем пороге.

- Мы ту дачу продали, купили в другом месте, но мама и там растит свою любимицу, - Михаил посмотрел Алле прямо в глаза. Ему казалось, что ветер шевелит его волосы. Хотя, наверное, это был кондиционер. Какая разница? Главное, он понимал: происходит что-то важное.

Они снова замолчали. И это молчание было не пустым - оно было заполнено возможностями, которые никто не торопился называть. Уже было совершенно неважно, какую роль во всем сыграл Макарыч, что означали эти розы на пороге…