Альбарей: поцелуй в темноте

Лайла

Лайла

День выдался не то слово, какой суматошный! Все носились, словно ужаленные пчелой. Барри только и успевал махать шваброй, мы с Уби с ног сбились, относя камрин то туда, то сюда. Еще и кабинет для хаши Эмре готовить пришлось. Это хорошо, что после обеда мы уехали в Опримар, иначе бы свихнулась!

Закуски для вечера на мне. Вообще, я в Альбарей дослужилась до начальственной должности. Официально, я старшая по кухонным делам. Сейчас в моем распоряжении кухонные работники всех отделов - десять человек. Часа за три нам нужно смастерить угощения для четырех сотен гостей. Времени в обрез, но мы привыкли работать в режиме цейтнота. Одно радует, наши обязанности закончатся готовкой. Этум и Лина привезут платья, переоденемся и насладимся вечером. Обещают веселую программу, а под конец – салют. Подготовку к празднованию поручили Китти и Маримар, все держится в строгой тайне и даже Барри не знает, что нас ждет. Точнее, он только о салюте и феерическом шоу знает.

Мы управились как раз вовремя. Приготовили даже больше, чем требуется, с запасом. Уж кому как не мне знать, что работники Альбарей горазды покушать. Тут, правда, не только работники будут, поэтому послушала Уби, приготовила несколько закусок для разных там едов-переедов-недоедов. И смузи сделали, и молочные коктейли, и безмолочные коктейли, и закуски только с рыбой, и только с упавшими фруктами, и только с зелеными овощам и много каких извращений сделали, все ради комфорта наших клиентов.

Этум и Лина подвезли наряды, помогли переодеться, накраситься и сделать прически. Даже синяк мой на лбу Лина замазала так, что не видно совсем. А то, что видно, волосами прикрыто.

Смотрела на Уби с завистью. С ее фигурой сам Марил велел родиться хашисой, но вот не повезло. Высокая, стройная, длинноногая… В алом платье с забранными наверх рыжими волосами в ней никто не заподозрит ашихарку. И только отсутствие знака Марила на запястье выдает этот печальный факт.

У меня дорогих платьев не водится, поэтому Уби поделилась одним из своих: белый сарафан в пол из нескольких слоев шифона, воздушная юбка-солнце и кокетка с ажурной отделкой… Мне понравилось! Передние пряди заколола назад, волосы придавила венком из живой сирени – красота! А с макияжем помогла Лина. Она подрабатывает в Альбарей медсестрой на полставки, а в остальное время работает мастером по маникюру и макияжу. Может даже сморщенный урюк превратить в сочный персик!

Мы с Уби определенно урюками не были и до Лины, а теперь и подавно источали невообразимую красоту во все стороны.

- Все мужчины сегодня вечером будут у ваших ног!

- Вот как? А Этум? Не нужен, значит, уже Этум? – грустно заметил парень.

- Да кончай уже ныть, - Уби помогала Лине собирать косметику. Гости уже шумели в коридоре, проходили в павильон, где начнется представление. Наши смастерили сцену, установили стулья, должно быть очень впечатляющее зрелище! В Альбарей иначе не бывает. – Этум, у тебя так никогда девушки не будет!

- Кхм, кхм! – я сделала вид, что подавилась и выпучила глаза. Уби задела ну очень больную для всех тему.

- Что значит, девушки никогда не будет? Зачем мне девушка, когда у меня невеста есть? Лайла!

Это правда. Моя матушка весьма дружна с матерью Этума. Вообще, прежде ашихары не принадлежали сами себе и не могли распоряжаться своими желаниями и чувствами. Сначала хозяева – хашисы – определяли нашу судьбу. Кому и с кем вступить в брак, а кому до смерти ходить в девках. Когда ашихары получили свободу, то власть тут же перехватили отцы. Они встали во главе семьи и распоряжались будущим своих дочерей и сыновей, подбирая более выгодные партии. Прежде ослушаться отца означало изгнание из рода и забвение. Сейчас все не так строго, но к мнению родителей прислушиваются. Вот и о нас с Этумом родители договорились, когда мы еще на соседних горшках сидели и не могли игрушки поделить. Как сейчас помню, возьмешь у Этума игрушку, а потом реву на полдня. Весь квартал знает, что обидели парня…

Мы выросли. Договоренность о браке осталась, а любви так и не появилось. Уж больно нежная у друга натура, потому разбивать его розовые мечты о нашем возможном браке у меня не получается. Пробовала несколько раз, так опять все скатывалось к реву… А потом и рукой махнула. Все равно у меня нет личной жизни, присутствие Этума никак не напрягает.

- Иди уже, Этум! Я на работе!

- Да на какой работе? Разве на работу ходят в таких платьях! Твоя грудь еще больше кажется, так и хочется потрогать!

Треснула по ладони Этума и погрозила ему кулаком. Будто не знает правила по поводу касаний. Между мужчинами и женщинами по законам ашихар и хашисов все очень и очень мудрено. Потрогаешь кого не надо в людном месте и все, завтра может прийти родня до седьмого колена с требованиями немедленной женитьбы!

- Иди свою потрогай, она у тебя немногим меньше! Ты бы лучше столько руками и ногами работал, сколько языком молотишь. Давно бы уже миллионером стал! Жир бы свой растряс, как минимум!

- Плоский животик не согреет зимой! – возмутился Этум, поглаживая пивное брюшко. - И на пузике лежать мягонько. Попробуй, Лайла! Приложи головку…

- Да отстань ты от меня, Этум! Отстань, говорю!

Пришлось еще минут пятнадцать побегать от приставучего ухажера, пару раз садануть его расческой и кистью для пудры, прежде чем, наконец, удалось выпроводить.

- За всеми этими разговорами в туалет захотелось! Вы идите, я быстренько сбегаю.

- Ты знаешь, где здесь туалет? – удивилась Уби.

Готовили мы в кухонной зоне, а это в противоположной стороне довольной внушительного здания. Туда точно не добегу.

- Да понятия не имею. Но язык докуда надо доведет.

- Твой язык тебя точно куда-нибудь не туда доведет, - предупредила Уби. – Пойдем вместе?

- Ой, ой, не могу терпеть! Вы идите, догоню. Где, говорите, будет праздник?

- Ноль первый павильон.

- Ой, прижало-то как. Все, бегу!