Бродя по коридорам, Александра вспоминала - какая из дверей ведёт в сокровищницу её личных вещей. Незнание того, что она может там найти, будоражило воображение юной царицы, от которого можно было сойти с ума. Вспоминая события минувших лет, когда она мечтала только о красном платье, внушая его людям идя по улицам Москвы на пару с Мантом, казалось совсем детским, наивным и таким прекрасным, что вызывало улыбку умиления над собой. Теперь же, фантазия, начав работать по полной, рисуя в мыслях платья, от которых смог бы впасть в депрессию любой из известнейших модельеров всего мира.
Непродолжительные поиски нужной двери, привели её к желаемой цели, от которой у неё перехватило дыхание, заставив прокашляться, а все фантазии разбились в пепел малозначительных, детских иллюзий. Все земные цари, государи, фараоны разнообразных государств, за всю свою историю человечества, не смогли бы соперничать с тем, что явилось перед взором Александры.
Ярко - алая комната, обшитая нежнейшим бархатом, светившийся словно золотом изнутри, освещая невообразимое количество платьев, в полном объёме показывая изумительную красоту каждого в мельчайших деталях, вплоть до ниточки. Казалось, что эта комната занимала площадь чуть ли не всего замка, с огромнейшим выбором идеальных платьев, которым не было счёта. Все эти платья, Александра не смогла бы переносить за всю свою бесконечную жизнь, меняя их чуть ли не каждый час. Тут было собрано полное собрание, отвечающее всем критериям Александры, от настроения и погоды, до изменения в весе Александры и её причёски и даже того как накрашены её ресницы.
Но одно единственное платье привлекло её внимание больше остальных. Идеально подходящее по всему, что ощущала сейчас Александра. Изумрудно-зеленое платье с переливами золотисто-белой ткани позади, словно фата идущая с плеч, изображавшее осенний водопад тихой, лесной реки, в которой отражалось небо с многовековыми кронами деревьев. Длинные рукава нежнейшим шелком подчёркивали лёгкость, гибкость и нежность её рук. Узкая талия платья, обрамлённая золотым поясом с изображением неизвестных древних рун, выводила идеал её фигуры, а скромное декольте было как изюминка, дополняющая весь изыск платья и необыкновенную красоту Александры.
Смотря на это платье Александра, практически забыла, ради чего она сюда пришла, и что было в её жизни до этого момента. Ни секунды не думая, она тут же надела его, думая, что просто не сможет его больше снять никогда. Это платье было даже слишком идеально для неё, но снять или расстаться с ним она бы никогда и ни за что не смогла. Теперь все её стереотипы о том, что невозможно любить вещи, были стёрты до полного краха, и развеяны на ветру словно пепел. С нелепой улыбкой, отдалённо напоминающее безумие, она долго любовалась самой собой, красуясь перед зеркалом, радуясь своему счастью, пока в её голову не пришла идея показаться в этом платье перед другими людьми.
Быстрым шагом направляясь к выходу из замка, она рисовала у себя в голове восторженные взгляды людей на данное платье, забывая, что люди смотрели на неё и восторгались ей, и без всякого платья, а потому что она их королева.
Яркий солнечный свет частично ослепил её с непривычки, от долгого пребывания в замке. После непродолжительного привыкания глаз к свету, она увидела жизнь, кипевшую за пределами замка. Жизнь своего народа, который в мгновение ока оторвался от собственных дел уставил свой взор на открывающиеся врата замка. Неловкое молчание тянулось из-за небольшой растерянности самой Александры. Она просто не знала, как приветствовать их в обыденной жизни, чтобы и не слишком обидеть их и не чересчур возвысить себя при этом.
В ответ ей поклонился каждый, кто был в поле её видимости, от чего у неё на лице появилась краска смущения и застенчивости. К тому, что она королева и с ней будут обходиться соответствующие, она ещё не успела привыкнуть и на это уйдёт не один десяток выходов из замка. Чтобы не показаться глупой, она старалась, как ни в чём не бывало идти уверенно и спокойно в сторону от замка, избавив себя от искушения спрятаться там вновь. Глазами выискивая менее людное место, она вспомнила о лесе, где одиноко правил Белоеж, мечтая скрыться от всех, согласившись на общество злобного зверька.
Идя как можно спокойнее, стараясь не ускорять шага, хотя при этом ей хотелось бежать как можно дальше от людей. Собственная скромность - единственная слабость, к борьбе с которой её никто и никогда не готовил. И теперь, оказавшись один на один с этим страхом она проявила слабость впервые за долгие годы. Единственным кого она хотела сейчас видеть - был Мант, который своим природным безразличием смог поддержать её, или же внушить спокойствие и безмятежность, как он уже делал неоднократно.
Всё ещё держа добродушную улыбку приветствия людей, погруженная в собственные мысли, она не заметила, как начала входить в огромное царство маленького зверька.
Отредактировано: 06.02.2023